Башня Нерона

Меня снова начала бить дрожь. Я посмотрел на бетонный пол и представил, как он рассыпается, исчезая в пучине зеленого огня.
– Так что будет, когда нас поймают?
– Вас посадят в камеры, – сказала Лу. – Совсем рядом с хранилищем, где Нерон держит свои фасции.
Я воспрянул духом – совсем чуть-чуть. Не то чтобы эта новость в корне меняла дело, но теперь план Лу хотя бы казался чуть менее безумным. Фасции императора, золотые топоры, символизирующие его власть, связаны с жизненной силой Нерона. В Сан-Франциско, уничтожив фасции Коммода и Калигулы, мы сумели ослабить императоров настолько, что убили их. Если удастся сделать то же с Нероном…
– Значит, ты выпустишь нас из камер, – догадался я, – и проведешь в хранилище.
– Суть такая. – Лу помрачнела. – Конечно, фасции охраняет… нечто ужасное.
– Что? – спросила Мэг.
Замешательство Лу испугало меня больше, чем имя любого монстра, которое она могла назвать.
– Об этом потом. Будем разбираться с нерешаемыми проблемами по одной.
И вновь я был согласен с галлийкой. Это настораживало.
– Ладно, – сказала она. – Лестер, когда столкнешь меня с крыши, вы с Мэг должны как можно быстрее добраться до Лагеря полукровок и собрать отряд полубогов, который пойдет по туннелям. Люди Нерона будут наступать вам на пятки.
– Но у нас нет машины.
– Точно. Чуть не забыла. – Лу посмотрела на свой ремень, словно хотела что-то снять с него, но потом вспомнила, что руки у нее заняты оружием. – Росточек, залезь-ка в мою сумку.
Мэг открыла небольшой кожаный мешочек – и вскрикнула, увидев, что было внутри. Она достала это нечто и крепко зажала в кулаке, не дав мне посмотреть.
– Правда?! – Она заскакала на месте от восторга. – Можно?!
Лу усмехнулась.
– Почему бы и нет? Это особый случай.
– Ура! – взвизгнула Мэг и сунула это неизвестно что в сумочку у себя на поясе.
Я чувствовал, что упустил что-то важное:
– Э-э, а что…
– Хватит болтать, – сказала Лу. – Готов? Бегом!
Я был не готов, но мне так часто приказывали бежать, что мое тело среагировало моментально. И мы с Мэг выскочили за дверь.

Мы бросились бежать по блестящему гудроновому покрытию, петляя между вентиляционных отверстий и спотыкаясь о шатающиеся кирпичи. Как ни прискорбно, вжиться в роль мне оказалось легче легкого. В ужасе и отчаянии спасаться бегством? За последние полгода у меня была масса возможностей отрепетировать эту сцену.
Лу взревела и кинулась за нами. У самого моего уха просвистели два арбалетных болта. Играть «кровожадную галлийку» у нее получалось очень достоверно. Сердце, казалось, выскочило у меня из груди и забилось в горле, словно мне и впрямь грозила смертельная опасность.
Крыша кончилась слишком быстро: миг – и я уже на краю. Внизу простиралась улица, и только кирпичная ограда по пояс высотой отделяла меня от стофутовой пропасти. Я развернулся – и завопил: прямо мне в лицо несся клинок Лу.
Я выгнулся назад – но не успел, и ее меч оставил у меня на лбу тонкую царапину.
Раздался яростный крик, и рядом возникла Мэг. Она отразила следующий удар галлийки и заставила ее развернуться. Лу бросила арбалет, в ее руке появился второй меч, и воительницы-димахеры закружились в неистовой схватке, размахивая клинками, будто сошедшиеся в поединке кунг-фу два кухонных комбайна.
Остолбенев, я наблюдал за ними, не чувствуя боли. Странный теплый дождь стекал по моему лицу. Я вытер глаза, посмотрел на свои пальцы и понял: никакой это не дождь. Не бывает дождя ярко-красного цвета.
Мэг молотила мечами, тесня галлийку-великаншу. Лу пнула ее в живот, и Мэг зашаталась.
От шока мое сознание заволокло вязким туманом, и мысли еле-еле ворочались, но мне удалось припомнить, что и у меня есть роль в разыгрывающемся представлении. Что я там должен сделать, после того как закончу бегать и дрожать от страха?
Ах да. Сбросить Лу с крыши.
В груди у меня забулькал смешок. Глаза заливала кровь. Руки и ноги были как воздушные шарики с водой: теплые, дрожащие и готовые в любой момент лопнуть. Но, конечно, никаких проблем: я просто скину огромную, мастерски владеющую мечом воительницу с крыши.
Пошатываясь, я двинулся вперед.
Лу сделала выпад и левым мечом ранила Мэг в бедро. Мэг вскрикнула, споткнулась, но успела скрестить мечи, чтобы отразить следующий удар Лу, который рассек бы ей голову пополам.
Стоп. Не может такой бой быть постановкой. В глазах галлийки пылала неподдельная ярость.
Лу нас обманула, и Мэг на самом деле в опасности.
У меня внутри заклокотал гнев. Волна жара иссушила туман и наполнила меня божественной силой. Я заревел, как священный бык Посейдона на алтаре (уж поверьте, эти быки не слишком покорно идут на заклание), и бросился на Лугусельву. Она обернулась, глядя на меня широко распахнутыми глазами, но защиту выставить не успела. Я обхватил ее за талию и, подняв над головой с такой легкостью, будто это медбол [11], швырнул ее за край ограждения.
Я перестарался. Вместо того чтобы рухнуть на дорогу, она пролетела над крышами целый квартал – и исчезла. Миг спустя в далеком каньоне Первой авеню звякнул металл и сердито забибибкала автомобильная сигнализация.
Моя сила иссякла. Я закачался и рухнул на колени, по лицу текла кровь.
Спотыкаясь, ко мне подошла Мэг. Ее новые белые легинсы пропитались кровью из раны на бедре.
– Твоя голова, – тихо проговорила она.
– Знаю. Твоя нога.
Порывшись в садовничьих сумочках, она достала два мотка марли. Чтобы остановить кровь, мы перебинтовали друг друга, стараясь пробудить в себе способности к мумификации. У Мэг дрожали пальцы. В глазах у нее стояли слезы.
– Прости, – сказал я. – Я не хотел кидать Лу так далеко. Просто я… мне показалось, что она по-настоящему хочет тебя убить.
Мэг бросила взгляд в направлении Первой авеню.
– Все нормально. Она сильная. С ней… с ней наверняка все хорошо.
– Но…
– Болтать нет времени. Пошли. – Она схватила меня за запястье и подняла.
Каким-то чудом нам удалось вернуться назад, не заблудившись, спуститься по лесам и лестницам и выбраться из пустого здания. К тому моменту, когда мы доковыляли до ближайшего перекрестка, сердце у меня в груди колотилось как попало, словно форель, бьющаяся в агонии на дне лодки. (Тьфу-ты. Прицепились ко мне эти Посейдоновы штучки.)