Взрывоопасные чувства
Только оказавшись в машине, понимаю, как сильно была напряжена.
– Фу-у-х… – выдыхает рядом со мной Карина. – Лучше бы что-нибудь сказали, и то эффект меньше был бы.
Согласно киваю.
Говорила же, Волков одним взглядом может заставить нервничать. Ему и слова не нужны.
– Поехали отсюда, пока они не решили пообщаться с нами, – говорит подруга, заводя машину.
По дороге домой мы с Кариной обсуждаем открытие нового клуба, запланированное на эту пятницу. Подруга уговаривает сходить. Не сразу, но я соглашаюсь. Мне и самой интересно, что там за модный клуб, о котором уже судачит почти весь универ.
– Завтра с ночевкой у меня, не забудь, – напоминает Карина о нашей договоренности, прежде чем я закрываю дверь машины.
– Хорошо, – отвечаю и, аккуратно закрыв дверь, направляюсь к дому.
С порога, ощутив вкусные запахи, понимаю, что мама освободилась пораньше и решила побаловать нас с отцом домашней едой.
– Дашуль, это ты? – из кухни раздается голос родительницы.
– Я! – кричу в ответ и через пару секунд оказываюсь на кухне, где у плиты суетится мама.
– Уже почти все готово. Переодевайся, мой руки, и за стол, – улыбнувшись в знак приветствия, командует она.
– Я скоро, – чмокнув её в щеку, говорю и убегаю к себе.
Отец как обычно работает допоздна, поэтому мы едим с мамой вдвоем.
– Как дела на учебе? – интересуется мама, как только мы усаживаемся за стол.
– Все хорошо, – жуя просто восхитительную отбивную, отвечаю ей.
– Чем сегодня планируешь заниматься?
– В комнате порядок наведу и буду готовиться к занятиям.
Планы не наполеоновские конечно, но не менее важные.
– Может, с Кариной погулять куда-нибудь выберетесь? А то ты только и делаешь что учишься.
– Мы хотим в пятницу на открытие нового клуба сходить, – раз родительница сама затронула эту тему, решаю поставить её в известность.
– В клуб? Хорошо. Только будь осторожнее. Много не пей.
– Ты же знаешь, я не любительница алкоголя – сморщив нос, произношу.
С алкоголем у меня отношения непростые. Хуже чем с Волковым. От парня меня хотя бы не тошнит. А вот стоит мне выпить что-то алкогольное, как спустя недолгое время мне становится плохо. Так что я стала предпочитать безалкогольные напитки.
– Знаю. Но напомнить – это мой родительский долг. – Нравоучительным тоном говорит мама и почти сразу начинает улыбаться.
Улыбаюсь ей в ответ.
Закончив, мы вместе моем посуду под краном, не став загружать посудомойку.
– Как у тебя дела на работе? – теперь настала моя очередь расспрашивать.
– В целом нормально. Работы много, но я вроде все успеваю. На следующей неделе на пару дней придется уехать на обучающую конференцию. Справитесь с отцом одни?
– Конечно. Не переживай.
– Умница моя, – отложив кухонное полотенце, целуя меня в висок, говорит мама. – Я пойду телевизор посмотрю. Отдохну.
– Хорошо.
Мама уходит, и я, протерев стол, тоже поднимаюсь к себе. Остаток дня навожу порядок в комнате, перебрав заодно вещи, а потом почти до двенадцати засиживаюсь за учебниками, периодически переписываясь с Кариной, которая, как и я, корпит над домашними заданиями.
Глава 8Всю неделю Волков испытывал моё терпение. Или, правильнее сказать, держал в напряженном ожидании.
Иногда при встречах он прожигал меня взглядом, и порой казалось, еще немного, и я получу ожог. Самый настоящий ожог. С волдырями. Таким физически ощутимым был его взгляд. А редкие, заставляющие меня скрипеть зубами усмешки и вовсе пробуждали желание сорваться и накричать на него. Но за что? По сути, кроме усмешек и взглядов Волков ничего не говорил. Ни единого словечка. А порой и вовсе успешно игнорировал. Проходил мимо, словно я пустое место. И почему-то это задевало куда сильнее, чем всё остальное.
Казалось бы, нужно радоваться, что Волков забыл обо мне, успокоился и не пытается при встречах задеть. Но не выходило. Я всё время, всю неделю ждала от него нападок, а когда не дождалась, вместо облегчения испытала раздражение вперемешку с обидой.
Такие нерациональные чувства вызывали злость на себя. И еще больше портили мне настроение, которое, к слову сказать, к пятнице уже было на нуле.
– Да расслабься уже, Дашуль. Завтра у нас пар нет. С Волковым ты увидишься теперь только в понедельник. Впереди выходные. А сегодня мы идем в клуб. Ура-а-а! – ловко перестроившись на другую полосу, предвкушая вечер, говорит мне Карина.
– Угу… – витая в мыслях, в которых меня не оставляет в покое Волков, отвечаю подруге. – Понедельник все равно настанет, и я снова буду как натянутая стрела.
– Может, Кирилл решил прекратить ваше глупое противостояние? Поэтому и не трогал тебя всю неделю.
– Сомневаюсь, – сама не знаю, откуда во мне такая уверенность, что Волков просто так не оставит меня в покое.
– Нужно с этим что-то делать, – после недолгого молчания твердо произносит Карина. – Поговори с Кириллом.
– О чем? – посмотрев на подругу, недоуменно спрашиваю.
– Нужно понять, с чего всё началось. Вы ведь толком не общались, не ссорились даже. Должна быть причина тому, что он постоянно тебя задевает. Будь на месте Волкова кто-то другой, я бы всерьез решила, что он к тебе неравнодушен. Но это ведь Кирилл… он ни с одной девчонкой больше недели не встречался. И пусть ты у меня красавица и умница, я всё равно не могу представить, чтобы он влюбился.
– Вот тут я с тобой полностью согласна. Я тоже не могу представить, чтобы Волков влюбился. Тем более в меня, – говорю, а в глубине души отчего-то становится неприятно. Словно мне есть дело до того, может ли Волков влюбиться в такую девушку как я.
Бред…
– Эй… что за неуверенность в себе?! Ты у меня красавица! – возмущенно реагирует Карина.
– Внешность не главное. Красивых много, – спокойно произношу.
– Может, и не главное, но наличие привлекательной внешности огромный плюс. Не отрицай. Всё-таки в первую очередь оценивают по внешности, а потом уже душевными качествами интересуются.
Вот тут возразить мне было нечего. Карина права. Это как в поговорке: «Встречают по одежке, а провожают по уму». Так и в жизни. Сначала нас привлекает внешний вид человека, а потом мы присматриваемся ко внутреннему. Редко бывает иначе.
Я всегда хотела считать себя исключением, ведь для меня было важнее то, что человек собой представляет, а не его внешние данные, но утверждать, что они совершенно не имеют значения, было бы лицемерно.
– Так что, ты поговоришь с ним? – спрашивает Карина, пока я задумчивым взглядом пялюсь в окно.