Подонок

Такая хрупкая, нежная, как мне хотелось отрубить руки Вахиду за неё. Как эта мразь вообще посмела её тронуть.
— У тебя глаза очень красивые! — не выдержал я, рассматривая её лицо.
Она была не такая, как Нина, не такая, как другие, а живая, настоящая, с какой-то искрой, которой уже почти ни у кого не осталось, а у неё она была.
— Спасибо!
Мы с секунды смотрели друг на друга, а потом она набрала полную грудь воздуха и, приподнявшись на цыпочки, коснулась губами моей щеки. Твою мать, я не помнил, как это произошло, не мог объяснить, но в долю секунды, подхватил её и прижал к стене. Наши взгляды встретились, а дальше, я уже ничего не мог объяснить. Словно лавина сошла с гор, так быстро накрыло меня. Я резко выдохнул, накрывая её рот своими губами и полностью прижимая своим телом её, буквально впечатав в стену. Она моя, она будет моя.
Она смотрела на меня, и ее глаза сияли подобно драгоценным камням. Этот блеск завораживал, и я тоже не мог отвести от Алёны взгляда. Эта маленькая сумасшедшая свела меня с ума. Помнил, как первый раз увидел ее. Белые волосы, заплетенные в небрежный хвост, слегка румяные щеки, тонкие кисти и хрупкие плечи.
Сперва Алёна, показалась мне ничем не отличающейся от остальных девчонок. Слабой. Но позднее я выяснил, что чертовски ошибался на ее счет. Алёна была сильнее многих из тех, кого я знал. Стиснув зубы, она перешагивала через неприятности и не останавливалась. Кто бы ни задирал ее, кто бы ни обижал и оскорблял, она могла постоять за
Добрая, но твердая духом, честная, и упрямства ей не занимать. А этот поддонок унизил, растоптал её, а я вовремя не вмешался, тогда ещё не зная ничего.
Это было странно, но в один миг я осознал, что она должна быть моей. Алёна была нужна мне. А я был нужен ей. Впервые увидев ее, я почувствовал каждой клеткой своего естества, как между нами образовалась незримая, прочная связь.
Предчувствие чего-то больно кольнуло в сердце. Наверное, это был знак судьбы, что Алёна — именно та, кого я подсознательно искал. Она пойдет за мной, какую бы тернистую дорогу я ни выбрал. Я почти мгновенно обрел уверенность в этом, почти так же, как и в том, что вырву глотку Арману за все его деяния.
Она мой человек. Всегда им будет. Я это понял и почувствовал в один миг то, что не смог чувствовать с Ниной. Тоже самое, я чувствовал с Розой, но не сложилось, Роза меня не любила, она любила своего Армана, подлую мразь, который в итоге её и предал.
Забрать ее в свою жизнь, защищать и оберегать.
— Вугар!
Я, остановился, шумно дыша и смотря на неё.
— Пожалуйста, не надо, прошу!
Отошёл на секунду от неё, а Алёна почему-то едва сдерживала слёзы и, вбежав в комнату, захлопнула передо мной дверь.
 
Глава 28
 
АЛЁНА
У меня текли слёзы, я лежала, на кровати поджав, под себя ноги, и плакала. Нашли игрушку, вначале один, а потом второй. Мне было больно. Странное ощущение, но, как только я увидела Вугара, я поняла, во мне что-то перевернулось. Что-то страшное и дикое. Я влюбилась. Наверное, это называлось так. Любовь с первого взгляда, как только увидела его, поняла, я хочу быть с этим человеком, но это невозможно. Постоянно думала о нём, гнала от себя эти мысли, но ничего не могла с этим поделать. Хотела только одно, остаться с ним и с Кристиной. В дверь постучали. Я осторожно на цыпочках подошла к ней.
— Алёна, прости меня, если я чем-то обидел тебя! У тебя всё хорошо?
— Всё хорошо! Спокойной ночи!
Взяла в руки дневник и легла на кровать, слушая мирное посапывание Кристины.
«22 сентября»
{ДЕСЯТЬ ЛЕТ НАЗАД}
Я лежала на этой доске, свернувшись калачиком, и смотрела в местами пожелтевший потолок. Мне даже никто не обработал руку. Здесь было всем на всех наплевать, и это не могло ни пугать. Даже если ты сдохнешь, на тебя не обратят внимания.
Дверь начала открываться, и внутри меня все сжалось. Явно шли с намерением не покормить и не оказать медицинскую помощь.
Я приподнялась и уставилась на выход.
— У вас мало времени!
В бокс вошел один из охранников, а следом он…. Кого-кого, а его я точно не ожидала увидеть. Арман…. Это вправду был он!
Под ложечкой тут же засосало. Дышать стало нечем. Такой серьезный, со своим стальным жестким взглядом. Наверное, с секунду смотрел на меня, а потом подошел к доске и за запястье стащил меня с нее. Я не сопротивлялась, наоборот, шумно дыша, смотрела на него, с ужасом понимая, как сильно хочу его обнять. Что это? Такая сильная симпатия?
Это пугало меня, но я не могла противиться своим чувствам. Видела, как Арман смотрел на мою руку, как осторожно склонился к плечу и губами коснулся раны. Не обожгло, а словно волна тока прошлась по мне, и я вновь задрожала.
Он оторвался от моего увечья, взял властно, за подбородок двумя пальцами и, смотря в глаза, хрипло произнес:
— Зачем, глупая? Зачем ты это сделала?
Я никогда не считала себя слабой, никогда не показывала никому своих слез, но он единственный, перед кем вдруг не сумела сдержаться.
— Я не хочу, чтобы ты страдал за всех, — я запиналась, шмыгая носом. — Чтобы тебя причиняли боль, а мы жили ценой твоей жизни. Я не хочу этого!
Арман молчал, сдвинув брови.
— Глупенькая, тебя посадили сюда из-за меня, — он с нежностью провел большим пальцем по моим губам. — Не смей так больше делать, поняла? Я вытащу тебя отсюда! Принесу тебе лекарства, воду и еду. Ты поняла меня?
Он еще сильнее сжал мой подбородок. Эта близость заставляла сердце биться раза в два быстрее. Я моргнула, а Арман внезапно притянул меня к себе и, зарывшись в мои волосы, провел своим языком по моей нижней губе. Мне казалось, что еще немного, и я потеряю сознание. Меня никто никогда не целовал в губы, особенно так. Наверное, мятежник все понял, потому что усмехнулся и уже с игривостью коснулся губами моей щеки.
— Я дождусь, пока ты подрастешь, девочка, и обещаю тебе, это будет лучшее время в твоей жизни! А сейчас мне нужно идти, но я вернусь утром. Завтра тебя выпустят. Ты веришь мне?
Я кивнула и закрыла глаза. Рука Армана легла на мою талию. Мне так не хотелось, чтобы он отпускал, чтобы уходил, но я знала, что другого варианта не дано.
Он обязательно вернется, он заберет меня отсюда, и я буду счастлива. По-настоящему буду, с ним… Арман, громко вдохнул запах моих волос, и я увидела, как на его красивом лице заходили желваки. — Потерпи, малютка, — сипло пробормотал он и, осторожно сняв меня с себя, направился к выходу.
Когда в замке повернулся ключ, я вновь закрыла глаза.
Забыла про боль.
Мое тело хранило силу его рук, его прикосновения.
Я неожиданно для себя поняла, что этот отпечаток на моих губах и в моем,