Варвара-Краса против Третьего рейха
-Похоже, поработала СС. - Отметил сердитый Карен. - Видишь, нацисты стараются.
-Тем лучше, они своими деяниями разжигают ненависть в сердцах людей. Сталин погладил усы. - Скоро этот край запылает.
- Пусть лучше горит Германия! - Мальчик поднял кулак. - Взвейтесь кострами бочки с бензином, мы пионеры взрываем машины!
Сталин ценил юмор и рассмеялся в усы.
-Да, если бы все наши пионеры были такими то - Гитлер капут!
-Впереди, кажется лагерь, видны вышки и колючая проволока. - Сообщила остроглазая Таша.
Карен буркнул:
- Тогда атакуем.
На территории лагеря происходили следующие события. Только что пригнали большую, свыше тысячи человек колонну военнопленных. Бои были упорные, и большинство солдат были сильно измождены, ужасно оборваны, многие ранены и шатались. Немцам было нужно на ком-то вымесить свою злость, и они со всей ненависть обрушились на беззащитных невольников войны.
-Шнель! Шнель! Руссишь строиться!- Орали рослые эсесовцы. И все такие холеные и важные, угрожающе смотревшиеся на фоне изувеченных солдат.
Пленным раздали лопаты, многие трофейные тупые, или поломанные. К ним подошел эсесовский полковник Гюнтер Бок, его голос визжал, как у бабы.
-Русские Иваны, теперь вы должны копать себе ямы по горло. Тех, кто не управится за час, расстреляем. По толпе ударила пулеметная очередь, несколько человек упали, забившись в конвульсиях.
Тысяча начала копать, солдаты рыли медленно, но видно было старались, никто не хотел умирать. Большинство из них совсем молоденькие, недавно призванные, оторванные от хат. Их подталкивают прикладами и колют штыками. Полковник смеется, он с наслаждением смотрит на растерзанные тела и лица.
- Россия попрана сапогом Германии. Вы, жалкие черви, наши вечные рабы. Единственный ваш шанс выжить, это хорошо работать на Великую Германию.
Один из солдат не выдерживает, он бросает лопату в эсесовца и кричит.
-Да здравствует Сталин!
Ему в живот вонзается штык-нож, и фашисты начинают его избивать. Потом окровавленное тело волокут к танку. Пленнику надрезают руку и прикручивают сухожилие к гусенице. Затем танк, легкий Т-2, заводят, а солдату плещут водой в лицо, чтобы тот скорее очнулся. Пленный стонет, танк волочет его по земле, а сухожилие растягивается. Там из несчастного советского военнослужащего буквально достают все жилы. Он умирает медленно и мучительно. А фашисты прыгают вокруг дергающегося тела, бьют ногами и хохочут.
-Руссишь швайн! Мы тебя поджарим и съедим.
Смерть крайне медленная и мучительная, сухожилия выходят медленно. Когда пленный затих, его подцепили за крюк и повесили на столб забора, окружающего концлагерь.
-Смотрите, русские свиньи и устрашайтесь. Та же участь ждет и вас.
Затем гитлеровцы заиграли на губных гармошках, они исполняли что-то веселое, похожее на немецкий вариант марсельезы. После учиненной расправы работа пошла быстрее, спустя час ямы были готовы.
-Ну, русские Иваны, вы справились с заданием, а теперь прыгайте в них.
Солдаты заколебались, тогда по ним ударили очередью. Ничего не поделаешь, пришлось прыгать.
-Гуд! Гуд! А теперь. - Полковник дал указание остальным пленным покорно стоящим в стороне. - Закапывайте их!
Невольники задрожали.
-Мы не будем! - Послышался чей-то крик. Немцы ударили из пулеметов. Пленные повалились наземь. Больше сотни так и осталось лежать.
-Что крысы, будете работать. Закопаете. А ну помогите им.
Эсесовцы спустили овчарок, те набросились на пленников, принялись рвать и терзать их.
-Шнель! Шнель! Ладно, оттащите собак.
Понурив головы, пленные подобрали лопаты и принялись закидывать ямы. По их лицам катились слезы, а морды немецких овчарок были в крови.
Вот уже ямы заровнялись и остались только торчащие головы.
-Але гуд! Русские свинья выполнили свою работу, теперь мы потешимся.
Полковник подошел к зарытому по горло солдату и пнул ногой в лицо.
-Ты коммунист?
Тот честно гаркнул:
-Никак нет!
-Швайн! Тебя мы убьем позже.
Затем подошел на этот раз к майору Клименко.
-Офицер! - Проорал он. - Тебе конец собака.
Последовал хлесткий удар по лицу. Из разбитого носа потекла кровь.
-Ты, ничтожный пигмей, познаешь всю силу ненависти Третьего Рейха. - Фашист плюнул сверху, затем вновь ударил тяжелым сапогом.
-Молчишь русский Иван. А ну, моли о пощаде.
-Нет!
-Что нет?! - Рявкнул немец.
Мужчина мужественно ответил:
-Я не унижусь перед шакалами. И если мне суждено умереть, я умру гордо.
Садист проревел: