Женская магия или Вызов для попаданки
— Но ты будешь здесь одна? — возразила Рода.
— Я не пропаду. Твой кузен – честный и порядочный человек, я под его защитой. Теперь я точно это знаю. Ты сама говорила, что на экзамене требуется больше теории, чем практики. Что девушек больше опрашивают на предмет знания истории, литературы и политеса. Оставь мне учебники, я буду готовиться сама. К тому же ты нашла для меня Гатти. Ей тоже очень нужны деньги – она мечтает о маленькой лавке в деревне и готова как следует потрудиться за вознаграждение.
— Что ж, — сказала Рода, помолчав. — Возможно, так будет лучше.
Лиза видела, что неопределенность беспокоила подругу, несмотря на все ее заверения. Елизавета считала, что не вправе требовать от нее дополнительной помощи.
Девушки договорились, что Рода вернется в столицу, когда Лиза создаст для нее артефакт защиты. Ни минуты не медля, Елизавета села писать письмо господину Гне, пожилому гному, благодаря которому она полностью пробудила и осознала свой дар.
Передача письма в подгорный мир могла бы стать непростой задачей, но Рода подсказала: есть маги, способные поместить послание в особый кристалл, способный проникнуть через портал. Цена услуги высока, но к ней прибегают довольно часто. Пересылка занимает два-три дня.
Лиза с радостью согласилась оплатить доставку. Она попрощалась с подругой и вернулась к дому василиска. Особняк уже погрузился в сон, и калитка была закрыта. Елизавета воспользовалась ключиком.
Артефакт был «счастлив». Он давно пребывал в спячке, изредка подзаряжаясь от природного магического фона. Открыв замок, он послал хозяйке немой упрек.
— Ну не все же мне находить себе приключения на мою… хм… магию, — пробормотала Лиза, оправдываясь. — Я не настолько авантюристка. Хотя…
Она вспомнила свою нынешнюю роль и покачала головой.
С дверью в дом ключик тоже помог. Внутри было тихо, но Лиза напряглась. Она что-то чувствовала. Магию на кончиках пальцев? Елизавета быстро достала из сумки свой капюшон, нахлобучила его на голову и продолжила путь, надеясь не заблудиться.
У входа в библиотеку Лиза услышала чьи-то легкие шаги, и на локоть ей легла невесомая детская рука.
— Напугала! — вырвалось у Лизы.
К счастью, Кодекс не запрещал помощницам говорить с другими людьми, насколько это позволял транс. Поскольку эмоции и чувства «кукол» были притуплены, общение сводилось к стандартным ритуалам: одобрить меню или сообщить о нехватке той или иной вещи.
Каждое слово давалось «куклам» крайне тяжело. Все полномочия по обслуживанию магических «батареек» принимали на себя их служанки.
Поэтому Лиза потупилась и замолчала, продолжая искоса разглядывать неожиданно явление. А поглядеть было на что. Дочь василиска была похожа на маленькую фею: светлые локоны, огромные голубые глаза и румяные щечки. Из-под пышного платья выглядывали кружевные панталончики. Не хватало только крыльев.
Сходство с волшебным существом усиливали две магические «бабочки» – волшебные светлячки в форме мотыльков – усаженные по сторонам от пробора. От них по волосам стекал нежное бирюзовое свечение.
Хотя Лиза знала секрет этой эффектной позиции, ее поразило, как легко девятилетняя девочка справлялась с непрерывной поддержкой потоков.
Девочка смотрела на Лизу, смешно поджав пухлые губки. Елизавете хотелось бы о многом расспросить ребенка: почему малышка так поздно бродит по дому, где ее няня и как она научилась такой сложной магии. Но Энне-лин требовательно спросила:
— Ты новая «кукла» папы, да? А почему не спишь?
Спросить «А ты?» Лиза не решилась, посчитав это проявлением эмоций.
— Гуляла в саду, — вяло ответила она. — Тошнит.
— Это магия, — авторитетно заявил ребенок. — Пройдет. Хорошо, что папа нашел тебя, мистресс Дива. Этот дом очень большой. Мы платим аренду, о-о-очень огромную.
Энне-лин так смешно закатила глаза, что Лиза чуть не прыснула.
— Тебе нравятся мои бабочки?
Елизавета кивнула.
— А платье?
— Да.
— Ты будешь играть со мной в прятки? Я еще плохо знаю дом, от этого даже интереснее.
Лиза озадаченно промолчала. Насколько игры с хозяйской дочерью впишутся в ее «профиль»?
— «Куклы», — горестно вздохнул ребенок, не дождавшись ответа. — Вы такие неживые. Зато папочка сможет брать заказы, и мы вернемся в Эй-лон-хейм. Не то чтобы мне там нравилось… но в столице хотя бы есть детские чайные и театры. Хочешь посмотреть нашу библиотеку? Я люблю читать про драконов, василисков и нагов, а ты? Я василиск. Смотри, какие у меня бездонные глаза, — девочка вытаращила глазенки и усиленно заморгала. — А ты ведь драк, да?
Девочка обернулась и указала на рыже-красную прядь, выбившуюся из-под капюшона.
Лиза прошла через арку и заправила волосы под вуаль. Впредь нужно быть внимательнее. В анкете она указала, что является потомком древнего звериного рода, но лишние детали сузят поле информации. Уитон не должен узнать, что Элизабет Эреер работает у него «под прикрытием.
— Энне-лин! — донеслось из коридора. — Где ты?
Голос был нежный, женский, приторно-сладкий.
Энне-лин снова закатила глазки и с досадой воскликнула:
— Мисти Лоэй! Нашла меня! Целая мисти на мою голову! Вот к чему мне высокородная одаренная нянька, а? Весь день только учеба и этикет. Даже погулять некогда. С прежней няней было проще: одна легкая позиция – и достопочтенная Алия спит весь день. Но папа узнал и рассердился! И теперь у меня эта… выпускница престижного пансиона.
Девочка раздраженно топнула ногой. Лиза незаметно покачала головой под капюшоном. Ничего себе! Ребенок вовсю применяет магию. Понятно, почему Лерроу не в восторге.
С другой стороны, это хорошо. Значит, проклятие ослабло. На шее у девочки Елизавета рассмотрела те самые альвийские бусы. Она отошла за спину Энне-лин, пока девочка поправляла волосы и тушила «бабочек» (видимо, подобная магия тоже была под запретом), быстро сдернула перчатку и прикоснулась к бусине кончиком пальца.
Плохо дело. Артефакт совсем разряжен – высосан. Сила проклятия велика. На зарядку потребуется несколько недель. Чем Уитон заменяет бусы, пока они собирают магию? Какие еще артефакты против «черной кары» у него имеются?
— О Энне-лин! — на пороге появилась стройная юная дама, явная альвийка-полукровка.
Мисти Лоэй оказалась ровесницей Лизы. Своей красотой няня не уступала Онэй, которую Елизавета считала невероятно утонченной. Блуза и юбка девушки были покроены по последней моде, очень светлые пышные волосы заколоты в прическу с эффектной растрепанностью. Острые ушки украшали скромные золотые серьги, немного старомодные.
Понятное дело, что с роспуском пансионов воспитанницы стали энергично осваивать должности нянь и гувернанток. Но зачем работать девушке альвийского происхождения в юбке за шестьдесят серебряных орлов? Столько некоторые семьи платят няням за целый год.