Милонгеро

– Благодарю. Мне приятно это слышать. А все же, тан, что привело ко мне вас?
Тан помолчал пару минут. А потом решился – и начал свою историю.
До недавнего времени у Гаспара Марио Солера все было неплохо. Как и у любого тана. Были деньги, была семья, дети выросли, вылетели из гнезда, свои вить начали.
Жена, любовница…
А вот недавно все посыпалось, словно карты, установленные в «домик» неловким ребенком.
Сначала заболела супруга. Никто и не думал, что ее болезнь неизлечима. А оказалось…
Два месяца. Всего два месяца – и ее не стало. Любовницу тан бросил, когда супруга заболела. Честно ей все объяснил, не мог он поступить иначе! Вот попросту не мог…
К ее чести, любовница приняла все с пониманием. Поцеловала, благословила и отпустила. Ни криков, ни скандалов, ни слез…
Зато начало все дальше рушиться в семье.
Два сына. Дочь.
И все трое почему-то решили, что если умерла мать, то и отец вскорости последует за ней. И начали… требовать наследство, делить наследство, что при живом отце выглядело откровенно гадко. Мнение отца тут вообще в расчет не принималось.
Гаркнуть?
Хлопнуть ладонью по столу?
Но это ведь семья! Родные и близкие, его дети, их семьи… если их выгнать, то и вообще один останешься, волком завоешь. А если не выгнать…
Сил у мужчины уже не было. Хотелось иногда упасть, да и завыть волком. Вот просто – могилкой себя чувствуешь. Памятником, над которым голуби собрались, и галдят эти гадкие птички, и гадят, гадят, и сил нет даже руку поднять, да и как ты это сделаешь? Ты же памятник! Тебя даже в расчет не принимают…
И жена умерла.
И выговориться некому…
Вот, на улице столкнулся с ританой Калво, а она вся светится. Не удержался, да и спросил. Та и рассказала про лавочку, в которой разжилась чудодейственными игрушками, и зайти посоветовала. Вдруг что-то да подберут?
Сегодня Гаспар и пошел. Правда, с утра дочь прилетела, и сын. Младший. И такой скандал устроили…
Тони только головой покачала.
– Тан, а вы кушали-то когда?
– Эммм… кажется, вчера? Днем? Последнее время ничего не хочется, ритана.
Тони печально кивнула.
– Тогда кушайте здесь, тан. Пока вы не съедите все, что на столе, и не выпьете кофе, я вас из лавки не выпущу.
– А я думал, без покупки?
– Это уж как вы сами пожелаете…
Тони улыбнулась краешком губ и прошлась по магазину. Вот, сочетание кофе, кота и человеческого участия делает свое дело, уже и глаза заблестели, и улыбка откуда-то взялась… еще сейчас накормим бедолагу…
Сволочи у него детки, конечно. Нет бы отца поддержать, ясно же, для него эти два месяца были, как для другого десять лет. А они еще и добивать принялись.
Осознанно?
Может, что и так. Родители ведь делятся на две категории. Одни – для чувств. Вторые – для материальных благ. Слова разные бывают, красивые и не слишком, а результат все равно один и тот же.
Кого-то любят. От кого-то хотят денег, денег и еще раз денег. Печально…
Пальцы девушки замерли над небольшой шкатулкой.
А что? Отлично подойдет! И вот это, наверное…
К тану Гаспару девушка вернулась, нагруженная сразу двумя вещами. Во-первых, в ее руке болталось колье. Удивительно красивое, хотя и не слишком дорогое. Вроде бы камни поделочные, но так они собраны, так сочетаются, что и золота с рубинами не надо. Яшма, агат, халцедон, хрусталь, а ведь глаз не отвести. Так и играет, так и переливается.
– Тан Гаспар, мне кажется, что вам нужно сходить к вашей подруге. Как ее зовут, кстати?
– Карла Элена.
– Вот, сходите к ней. Ей понравится, как вы думаете?
Тони продемонстрировала колье. Даже на столик его выложила. Тан Гаспар посмотрел и улыбнулся.
– И как вы почувствовали? Карла такие вещи просто обожала… обожает.
– Вот! Значит, примет и не выгонит.
– Зачем я ей… я ее в два раза старше. Старик, она уже кого другого себе нашла…
– Тан, – погрозила пальцем Тони. – Или вы меня слушаетесь, или будете искать подарок в другом месте.
– Я еще не согласился пойти.
– Ошибаетесь. Вы туда пойдете сегодня и сейчас. Сразу же, как от меня выйдете, – качнула головой девушка. – Смотрите…
Ожерелье легло в небольшую серебряную шкатулку.
– Это тоже подарок. Потом поймете. А пока берите – и идите. И знайте, если Карла Элена вас выставит, я вам все деньги верну. И товар обратно не попрошу.
– Невыгодная для вас сделка, ритана.
– Главное, чтобы она была для вас выгодной, – отрезала Тони. – Согласны?
– По рукам.
– Тогда пейте кофе. Голодным я вас не отпущу, что это такое! Думать надо о себе хоть иногда!
Тан Гаспар улыбнулся. Погладил кота и допил кофе.
Он и не думал, вообще-то… но может, и правда, сходить? Ну, выгонят старого дурака! Так что же? Хуже ему уже не будет! Или ненамного будет хуже…
Спустя два часа тан Гаспар стучался в дверь небольшой квартирки.
Он бы нашел Карлу Элену раньше, но она переехала из апартаментов, которые он снял ей на год вперед. И попросила у хозяина разницу. Тот отдал.
А вот адрес новый узнал. И Гаспару его сообщил мгновенно. Жаль только, что добираться пришлось аж через три квартала.
Вот и дверь…
Тан поднял руку и постучал.
– Кто там?
При звуке чистого женского голоса у бедняги сильно заколотилось сердце. Вспотели руки, в которых мужчина сжимал шкатулочку…
Дверь распахнулась.
Карла Элена стояла на пороге. Но…
Судя по ее талии… она была беременна. Примерно… на седьмом-восьмом месяце. И…
– Творец милостивый!
Женщина побледнела, схватилась за горло и начала падать в обморок.
Глухо стукнула об пол шкатулочка. Тан Гаспар бросился подхватывать свою любимую женщину.
Возраст имеет преимущества. И привести девушку в чувство удалось быстро, и глупых вопросов тан задавать не стал.
Чей ребенок?
По срокам – его. И так все понятно. Когда Карла Элена жила с ним, она ни на кого другого и не смотрела. Верность у нее была в крови.
Его ребенок, что уж там. А вот почему он о нем ничего не знал?
– Карла? Почему?
Женщина тоже была неглупа. И вопрос поняла правильно.
– Я хотела. А ты мне в тот вечер сказал про свою жену. Что я – стервятница, на чужой беде свое счастье строить?