Милонгеро

Хрустнула, поддаваясь, дверь. И Тони первой метнулась в ванную комнату.
Альба Инес лежала в ванной. Горячей, аж парящей… и красной от крови. Она даже не соображала, что происходит… пьяная была в стельку.
– Вытаскивайте ее! – рявкнула Тони, позабыв обо всем. – В полотенце заверните – и в мобиль! В больницу!!!
Может, еще удастся спасти? Если не ее ребенка, так хоть бы саму идиотку? [2]
К Паулине Тони так и не зашла. Когда уж тут?
* * *
Лишний раз она порадовалась, что не стала вызывать врача на дом. В больнице, куда она приехала – и то сначала никто на них не взглянул. Тони влетела в приемный покой, словно ураган, за ней Хулио тащил кое-как завернутую в окровавленное полотенце Альбу.
– Врача!!! Скорее!!!
Медсестричка за стойкой подняла профессионально равнодушные глаза.
– Девушка, у вас – что? Присядьте, подождите, сейчас дежурный врач…
– У меня счет на минуты идет!!! – заорала Тони, уже не особо сдерживаясь. – ЖИВО!!!
Девчонка поджала ярко накрашенные губки.
– Сеньорита, вы чего кричите? Вы в медицинском учреждении, а не на базаре…
Все.
Терпение Тони, и без того основательно подточенное предстоящей авантюрой и поступком Альбы, с грохотом надломилось и рухнуло. Девушка сорвала с шеи амулет, сделанный Долорес. Перехватила его за шнурок, так, чтобы ничего не защищало, не было контакта с кожей.
– Немедленно…
Почти шепот. Но это слово оказалось громче любого крика. Потому что следом хлынула сила некромантки, перемешанная с силой Ла Муэрте.
Ледяная, безжалостная, жестокая и давящая…
Кто-то кричал.
Кто-то падал в обморок.
Девочка за стойкой сползла вниз… потом оказалось, что она описалась, словно щенок. Но – сработало.
Хорошо еще Хулио оказался за спиной Антонии и под воздействие не попал, как и Альба. Но вот всем остальным досталось от души.
– Что тут происходит?!
Откуда и врачи взялись? Тони не стала долго объяснять. Она молча сжала амулет в кулаке, чтобы прекратить воздействие, и кивнула на Альбу.
– Помогите. Немедленно.
Доктор, по счастью, оказался опытным и умным. Ему и одного взгляда хватило.
– Беременность?
– Да.
– Дура!
Там еще кое-что сказано было, кроме «дуры», но Тони и внимания не обратила. Она сейчас тоже не лучшего мнения была об Альбе. Нашла когда… и из-за чего…
Дура!
* * *
Когда утих круговорот людей, Тони нацепила на себя амулет и устало опустилась на скамейку в приемном покое. Голова разболелась так, что казалось, ее кто-то стиснул большими щипцами для колки орехов. Но уйти она не могла.
Сначала она узнает, что с Альбой, а потом… потом ей надо сказать все это дяде.
За стойкой поскуливала девчонка. Тони повернула в ту сторону голову.
Скулеж мгновенно прекратился, кажется, медсестричка опять сползла под стойку и старалась дышать через раз. А судя по запаху и желтоватой лужице, которая вытекала из-под стойки… м-да, дышать ей там неприятно будет. С другой стороны, неплохой воспитательный процесс получился. Если ты медик, то изволь вести себя соответственно. И не рассуждать, когда рядом с тобой человек умирает!
– Ритана…
Тони посмотрела на Хулио.
– Пока подождем, ладно? Потом вы поедете домой, расскажете всем, что и как. А я пойду к дяде и тете.
– Да, ритана.
Лакей воспринял ее решение с видимым облегчением. Взял кто-то на себя все дела? Вот и хорошо, вот и ладненько…
Тони молча ждала. Голова была пустой и легкой. Тело после выброса силы тоже казалось чуточку не своим. Мысли?
Какие мысли? О чем?
Девушка смотрела вдаль и думала о перешитом костюме, о магазине… да о чем угодно! Только бы не про Альбу.
Впрочем, долго ей ждать и не пришлось.
– Тони?
Вот уж кто не мог не почувствовать выброс силы, тем более находясь в больнице. Эрнесто Риалон прекрасно понял и что происходит, и где… просто больница – это не одно здание. Их десятка два и на большой территории, это ж столица! Вот и потребовалось ему время, чтобы дойти.
– Эрнесто…
Тони так обрадовалась, что рядом оказался хоть кто-то…
А вот Эрнесто Риалон откровенно растерялся. Тони, гордая и независимая, уткнулась ему в плечо и разревелась. Уже не в первый раз.
А что делать? Нет, неясно. Не целовать же ее?
Здесь ведь люди…
Что случилось-то?
По счастью, Хулио был рядом, так что долго мучиться в неизвестности не пришлось.
– Альба Инес пыталась избавиться от ребенка, – почти шепотом доложил лакей. – Вроде как вовремя нашли, но кто ж знает…
Эрнесто показал глазами на темную макушку у себя на груди. Мол, Тони?
Хулио прикрыл на секунду глаза.
Да, ритана нашла. Она, а то кто ж еще?
Эрнесто скрипнул зубами и принялся утешать. Уселся поудобнее, притянул нагло девушку к себе на колени и принялся гладить по голове, как ребенка, приговаривая, что все будет хорошо, все выживут, и все сделано правильно, и она молодец… а если кто решит помереть, так мы и зомби из него или из нее слепим, ничего страшного, свеженькие они ничуть не хуже живых людей, только жрут больше…
Вскоре рыдания перешли в истерическое хихиканье, и Эрнесто приказал Хулио рысью слетать за кофе. Что лакей и выполнил.
Больничный кофе, конечно, называть этим благородным словом было попросту стыдно, но свою роль он сыграл. Тони окончательно успокоилась, пригрелась в сильных мужских руках, и обнаружила, что на свободу ей не очень-то и хочется. Уютно как-то рядом с Эрнесто. И правильно?
И даже кофе не кажется таким уж гадким, потому что из кармана Эрнесто, улыбаясь, достал коробочку ее любимого мармелада.
– Будешь?
– Спасибо! – просияла Тони и потянулась за лакомством.
В эту секунду и вышел в приемный покой молодой доктор.
– Альба Аракон… кто?
Тони дернулась так, что кофе пролился на пол. Уборщица, которая оттирала последствия испуга сестрички, недовольно заворчала, но не сильно. Рядом с некромантом вообще ворчится плохо.
– Я! Доктор?!