Встретимся в другой жизни
Сердце в груди сжалось от боли.
Не смей думать о Тэе! Не смей, Лайза!
— Папа нас догонит, — смаргивая слёзы, заверила я и кинулась к запасному выходу.
Нужно бежать!
Как же я сейчас жалею, что у нас нет второй лошади! На Дождике ускакал Тэй…
Не думать! Не реветь! Ты сильная, Лайза! Ты справишься! И кто сказал, что Тэйшар заразился? То, что Синьюс с магами один, вовсе не означает, что другие охотники и его товарищи погибли!
Твоя задача — спасти дочь! Так что беги. Беги, что есть силы!
И я бегу. Час… два… шесть… через луга, леса, болота… запас магии моих артефактов-накопителей на исходе… А топот армии смерти маршем звучит в моих ушах. Кажется, что они везде, повсюду… Но это не так.
Я будто бы чую запах смерти. Такой приторно-сладкий, с лёгкой горчинкой. Он словно проникает в каждую клеточку…
Мари на моей спине всхлипнула и закашлялась.
Я остановилась. Точно громом поражённая замерла на месте.
Осторожно присела и, посадив Маришу на землю, повернулась к ней, моля магию, чтобы мне просто почудилось, показалось, что что-то не так… но… нет. НЕТ! НЕТ!!! НЕ-Е-ЕТ!!! Только не это! Только не моя дочь! Не моя Маришка!
Слёзы потекли по щекам. Я лбом прижалась к чуть более тёплому лбу Мари. Если бы не больные помутневшие глаза и не странный хрипящий кашель, то можно было бы сказать, что малышка просто устала… но нет.
— Мамочка… — испуганно зашептала доченька, — я… умру?
Захотелось заорать. Уничтожить весь этот демонов жестокий мир! Воскресить и заново умертвить чёртову королеву нифелимов с особой жестокостью!
— Нет, милая, — стирая слёзы, с показной уверенностью ответила я. — Мамочка спасёт тебя. Придумает такое лекарство, которое победит болезнь.
— Правда? Ты сможешь снять проклятие, наложенное крылатой королевой? — в любимых глазах появилась надежда.
— Обещаю тебе, милая, я уничтожу это проклятие, — сжимая кулаки до крови, заверила я. — А теперь спи.
Я наслала на Маришу сонные чары.
И зарыдала.
У меня не осталось сил. Никаких сил. Всё напрасно. Моя жизнь никчёмна и бессмысленна. Я не смогла защитить мужа. Не смогла спасти дочь.
— Жалкая… какая же я жалкая…
— Лайза! — послышался знакомый голос.
Я подняла голову, вытерла слёзы и увидела четверых жителей Полесья недалеко от себя.
— Кхе, ты жива? — закашлявшись, полувопросительно заметил сухопарый дядька Фресь.
— Как видишь, — хмыкнула я.
— А где все твои? — вмешалась тучная тётка Бэльс, отирая пот со лба и пылающих от жара щёк… и тут её взгляд наткнулся на Маришку. Женщина противно завизжала: — Заражённые! Они заражённые!
Как и вы. Просто вы ещё не осознаёте, что уже обречены. Проклятие оказалось куда более сильным, чем думают все эти маги-теоретики и горе-практики.
— Не мели чепухи, — фыркнул Дорг. — Девочка просто спит…
— Нет. Госпожа Кряйв совершенно права. Мы заражены, — перебив громилу, спокойно заметила я.
Все сразу же сделали несколько шагов назад и настороженно уставились на меня.
— Ты — сильная ведьма. Ты не можешь болеть этой заразой, — возразил Дорг. — Пошли с нами. Ворожба пригодится в пути. А дочке твоей уже не помочь.
— Добить гуманнее было бы, — громким шёпотом возвестила Бэльс.
Вокруг меня заискрила магия и я внимательно посмотрела на самодовольную бабу, посмевшую сказать такое о моём ребёнке.
Икнув, языкастая стерва попыталась спрятаться за дядькой Фресем.
— В таком случае… гуманнее… было бы убить всех нас. Ибо заражены все. А ещё все здесь присутствующие несут угрозу для остального мира, — поднявшись с травы, холодно произнесла я.
— Ты врёшь! — вновь завизжала вздорная тётка. — Не хочешь идти с нами — никто не заставляет! Подыхай здесь! Вместе со своим отродьем! — и, выразительно сплюнув себе под ноги, Бэльс припустила подальше от меня.
Переглянувшись, Дорг, дядька Фресь и пятнадцатилетний Клейв пошли за ней, кивнув мне на прощание.
Я же принялась за диагностику состояния дочери. После чего стала смешивать зелья, чтобы получить лекарство, что хотя бы на время замедлит проклятие…
— Что-то же должно быть, должно… — шептала я, вливая в Мари очередной состав. — Но что?.. Сладко-горький аромат… какой-то цветочный… очень странный… с искрой магии, — анализируя своё ощущение заражённого воздуха, пыталась заставить себя думать логически. — На что похоже?.. Вспоминай, Лайза, вспоминай! Сладко-горький… горько-сладкий… растение… магическое… сотворённое? Редкое… находящееся под защитой… нифелимов! Точно! Аконидельфицисс серебряный! Или же Зеферцербера крылатая! Эндемик Эделии!
Дедуля, спасибо за твою страсть к ботанике и за гербарий и десяток гримуаров с описанием и иллюстрациями редчайших видов флоры!
Итак, Зеферцербера — древнейшее магическое растение, произрастающее рядом с источником! Подвижные древесные лианы с серебристыми цветами, форма которых напоминает представителей крылатого народа. А их запах во время цветения способен одурманить любого! Даже нифелимы защищались от него с помощью амулетов из древесины Астритиса ягодного, зачарованных специфическими огненными чарами «Покров»…
— О, магия! Вот же оно! — я вскочила на ноги. — Нужно попробовать! Срочно!
Кору Астритиса так просто не достать… это растение считается священным и является практически вымершим эндемиком светлоэльфийских лесов… которые сейчас сторожат превращённые в големов ушастые. До начала эпидемии оставалось всего три священных дерева… но, к счастью, дедуля смог урвать кусочек!
Я выковыряла из гербария пластинку — два на четыре сантиметра — и принялась зачаровывать, выкладываясь по максимуму.
Стоило закончить, как воздух вокруг точно посвежел. Мариша вздохнула с облегчением… но чуда — на которое я так надеялась! — не произошло. Да, дышать стало легче, зачарованных частиц — по-видимому, проклятой пыльцы — стало меньше, но… это никого не спасёт… Лишь продлит агонию мутирующих людей… эльфы-то уже все обратились в големов…
— Лайза! — меня потрясли за плечи.
Подняла взгляд — Синьюс. Рядом ещё десяток магистров. Боевых. С вышивкой спецподразделения на рукавах чёрных мантий.
— Лайза, почему ты здесь? Армия смерти уже близко — тебе надо уходить! Немедленно!
Я перевела взгляд на дочку.
Маг понял без слов.
— Мариша заболела, — с болью в голосе прошептал он. Отпустил меня и направился к Мари: — Я помогу. Доставлю её в Лесногорье вместе с тобой.
— Нет! — я преградила путь мужчине. — Ты не можешь, Юс! Мы заражены! Я, Мариша, ты, все они! — закричала я. Отчаянно, надрывно. Магистры уставились на меня, как на душевнобольную. — Мы все заражены! Неужели вы не чувствуете в воздухе? Не ощущаете этот сладко-горький аромат? Проклятие уже здесь, изменённая пыльца Аконидельфицисса серебряного уже проникла в вас и во всех беженцев из этих земель. Мы станем распространителями заразы! Неужели вы не понимаете? Ни у кого из здесь присутствующих нет пути назад! — выкрикнула я.