Встретимся в другой жизни
Влюблённые покраснели и отвели глаза.
У-у-у! Слов нет!
— О-о-о, как всё запущенно! — насмешливо фыркнул Фэйтгард и обратился к Ри: — В общем, как я понимаю, уже можно звать тебя невесткой? Или сестричкой, м-м-м?.. Сестричка Шэри и братец Шэр! Шэрима и Шэйтар! Как звучит-то! Сразу понятно, что мама и тётя Нэль начали готовиться к вашему браку ещё до твоего рождения. И крайне серьёзно подошли к этому вопросу.
Ри всхлипнула и отвернулась, пытаясь скрыть слёзы.
Юнсиэль не выдержал и кинулся утешать любимую, бросив на метаморфа испепеляющий взгляд.
Совсем страх потерял? Придурок ушастый!
— А я что? — с усмешкой поднял руки вверх в защитном жесте Высочество. — Просто констатировал факт. И вообще, как-то несерьёзно вы относитесь к отбору. К древнему магическому ритуалу, на секундочку! Только прекрасная таинственная леди Эль выглядит заинтересованной в вашем плане, — подмигнул мне он. — Вы же оба слишком невнимательны для заговорщиков. Я прибыл сюда восемь дней назад. Сначала просто приглядывался к тебе, невестка, оценивая перспективы дальнейшей совместной жизни. А потом обнаружил, что ты по вечерам куда-то сбегаешь, очень подозрительно оглядываясь и магией стирая собственные следы. Заинтригованный, пошёл за тобой. И вот уже три дня наблюдаю за интереснейшими дебатами. Мне, кстати, очень понравилось предложение со слабительными травками в чае братца для кулинарного испытания. Но, боюсь, Шэр не оценит. Он предпочитает кофе.
Ри покраснела от стыда.
Это ж было её предложение!
— Эх, тяжело с вами! — закатив глаза, возмутился принц. — Вот о чём вы сейчас подумали, а? Какие выводы сделали? Только честно!
— Что это низкий поступок, недостойный леди, — покаянно протараторила Шэрима.
— Не то, — скривился метаморф.
— За отравление члена королевской семьи Фэйтгарда наказанием является смертная казнь, — процитировал из учебника по законодательству Юнсиэль.
— Не, ну это понятно, — скорчил скучающую рожицу Высочество. — Но я сейчас не об этом.
— Подмешивать всякую гадость нужно в кофе? — пожала плечами я.
Собеседник просиял.
— Леди Эль, Вы — единственная, с кем здесь можно плодотворно сотрудничать, — отвесил поклон широко улыбающийся мужчина и, поймав мою руку, запечатлел на тыльной стороне ладони поцелуй.
Ри и Юн уставились на нас во все глаза.
Я же уловила главную мысль.
— А Вы хотите с нами сотрудничать, Ваше Высочество? — мило улыбнулась в ответ.
— Мечтаю, — с придыханием протянул этот… принц.
А на его щеках появились очаровательные ямочки.
Эх! Хорош, зараза!
— Мечтать не вредно, Ваше Высочество, — хмыкнула я, отбирая у метаморфа свою руку. — Но сотрудничать с Вами мы будем только под клятвой о неразглашении.
— Обоюдной. И с поправкой о разрешении выдать информацию, если будет угроза жизни и здоровью любого из присутствующих, — тут же перешёл на деловой тон Фэйтгард.
— Согласна, — ответила я и произнесла магический обет.
Мужчина повторил слово в слово.
Мы повернулись к ошарашенной влюблённой парочке.
— Ваша очередь, — заметила я.
Первым отмер Юнсиэль.
— Эль, ты понимаешь, что это плохая идея — посвящать брата Хаартгарда в наш план? — тихим голосом прошипел он.
— Юн, а ты понимаешь, что лорд Фэйтгард и так уже в курсе, и ничто не мешает ему прямо сейчас пойти и выложить весь наш план не только брату, но и всей своей семье? И историю вашей с Ри любви в придачу!
Нет, ну как можно быть таким… недалёким? Всё-таки любовь делает слепцами и глупцами не только людей!
Мда, в этом деле без здравомыслящего союзника не обойтись.
Выругавшись на древнеэльфийском, Лоутс произнёс обет.
Шэрима дрожащим голосом повторила за ним.
Скрепили общую клятву.
— Рад был познакомиться с вами лично, дорогие подельники! А с Вами, прекрасная леди Эль, больше всех! Впечатлён и очарован! — подмигнул мне метаморф и продолжил: — К сожалению, вынужден сейчас вас покинуть — дела. Но завтра обязательно приду на встречу. И давайте всё-таки будем собираться в таверне. В заброшенном парке как-то несолидно строить планы по срыву герцогской помолвки, — оскалился, я так полагаю, профессионал по пакостям. — К тому же близится первое число огаста, и я не берусь утверждать, что братец или мама не пошлют парочку шпионов проверить Ваше самочувствие, леди Феррен.
Драконесса испуганно вздрогнула.
— Обычно то им, конечно, хватает докладов от шпионов Вашей матушки, которые последняя уже полгода любезно пересылает во дворец по маг-почте раз в три дня. Но отбор стартует через две недели, и эта парочка тиранов вполне может захотеть лично удостовериться, что всё идёт по плану, — усмехнулся принц. — Да что Вы так бледнеете, дорогая невестка? Поверьте, леди Нинэль и не подозревает, что Вам не по нраву будущий супруг и Вы нашли себе другого возлюбленного. Иначе бы Вас ещё до начала отбора заперли в родовом замке в Эрзрэне и приказали выкинуть из головы романтическую чепуху, — фыркнул метаморф. — В общем, вот что бывает, если доверить слежку сопливым юнцам-адептам, больше занятым вечеринками, экзаменами, обретению боевой драконьей формы и собственной личной жизнью и совершенно не замечающим драмы, разворачивающейся прямо у них под носом. Причём с объектом охраны и слежки! Профаны! Боюсь даже представить, что с ними сделает светлейшая графинюшка, если наш план выгорит и Шер женится на другой! — весело рассмеялся он и, попрощавшись, пошёл прочь.
Но внезапно остановился. Развернулся. И снова подошёл к нам.
— Чуть не забыл, — разведя руками, улыбнулся мне Фэйтгард.
А потом повернулся к Юну… и дал ему в нос! Кулаком. Со всей силы.
Эльф повалился на землю и взвыл, зажимая сломанный кровоточащий нос и во все глаза непонимающе смотря на Высочество.
— Это тебе за шутку над леди Эль. Нельзя так поступать с женщиной, — ледяным тоном пафосно изрёк метаморф и, подмигнув мне, гордо удалился.
А я стояла, с довольной улыбкой смотрела ему вслед и понимала, что это начало великой дружбы.
Потому как отдавать прожжённому ловеласу и интригану сердце — полнейшая глупость, совершать которую я точно не планирую.
***
Две недели спустя. Последний вечер свободы Ри от магической печати помолвки. Таверна «У Емели-рыбака», второй этаж, отдельный кабинет.
— Не-е-ет, Эль, ты не понимаешь, — протянул Фэйтгард, одной рукой обнимая за плечи меня, а другой — держа практически пустую двухлитровую бутыль с настойкой и разливая крепкий напиток, производства местной стаи оборотней, в четыре рюмки. — Все мужчины — жуткие собственники и ревнивцы! Ни одному не понравится, если девушка будет сравнивать его умения в постели с умениями своих бывших! Даже мысль об этом будет сводить с ума! Правильно я говорю, ушастый?