Встретимся в другой жизни

— Да уж, не в каждом театре такое увидишь, — хмыкнул я.
— О, высшее общество — это тот ещё театр, — усмехнулся Лэй. — Зачем я, собственно, всё это рассказываю?.. Чтобы вы понимали, к кому пойдёте просить помощи, — смерил меня ледяным предостерегающим взглядом он. — Эти люди лишь с виду люди, а на самом деле даже дикие звери добрее и человечнее, чем представители моей семейки.
— Ты с нами не пойдёшь?
Честно говоря, я бы на его месте тоже не горел желанием идти туда, где пережил столько дерьма.
— Даже если бы захотел — не смог.
Блондин расстегнул рубашку и обнажил грудь.
Мы с Юльсиэль выругались.
— Действительно звери, — прошипела сквозь зубы эльфийка, изо всех сил удерживая свою стихию растений.
Вся грудь мальчишки оказалась испещрена шрамами-рунами ритуальной клятвы изгнания. А символы печати были заполнены стихийной магией воздуха.
— Стоит мне по своей воле ближе, чем на сто метров, подойти к любому из владений рода, к члену рода или к любому человеку, принадлежащему роду тысячелетних и имеющему маг-связи с представителями моего бывшего рода или его вассалами, будь то магические договоры, клятвы, обязательства, любые узы, как я начну испытывать нестерпимую боль, и, если продолжу упорствовать, умру мучительной смертью.
Вот же твар-р-ри!
— Кто это сделал?
— Мой дед и по совместительству приёмный отец, — застёгивая рубашку, криво усмехнулся Лорес. — Лорд Астэр Дилэй. Предыдущий глава славного графского дома Дилэй. Сейчас старший в роду его единственный ребёнок, Фрезиус Дилэй, мой настоящий… папочка. Вы наверняка его знаете. Милейший человек.
— Наслышан, — сквозь зубы прошипел я.
Если бы не рассказ Лэя, я бы и подумать не мог, что архимаг Фрезиус… такая мразь. Один из сильнейших магов воздуха, филантроп, политик, ратующий за права обычных людей (коих восемьдесят процентов населения, супротив пятнадцати процентов магов и пяти — тысячелетних людей), видный общественный деятель, посол доброй воли Мидэя — крупнейшего и богатейшего из пяти человеческих королевств…
— Двуличный мерзавец! Я всё дяде расскажу. Этот тип за всё ответит…
— Не стоит, леди, — хмыкнув, «попросил» Лэй. — Политика — дело тонкое. А моя история давняя. И я бы не хотел стать объектом пристального внимания. Особенно сейчас, когда моя жизнь наконец стала… спокойнее. Я просто хочу жить обычной жизнью. И быть хоть немножко счастливым. Надеюсь, вы можете меня понять.
— Конечно, — кивнул я, испытывая к мужу Эвелины… жалость. Натерпевшийся мальчишка живёт воспоминаниями о любимой женщине, в браке с практически точной её копией, и в свои юные для тысячелетнего человека годы желает только покоя.
Лэй подробно описал, как должен проходить ритуал принятия стихии, заметил, что присутствовать во время его проведения могут не только члены рода, но также близкие и друзья.
— В данном случае это не лишнее. Лучше проконтролировать Дилэя. У вас есть листок и ручка? — спросил Лорес.
Юльси протянула свой альбом для набросков и любимую резную ручку с розовым пушистым шариком на конце.
— Благодарю, — хмыкнул блондин и, открыв альбом на пустом листе, принялся что-то писать.
Не прошло и полминуты, как он вернул Лоутс её вещи и протянул мне сложенный пополам листок.
— Вот. Отдайте графу Дилэю. Это должно сподвигнуть его на сотрудничество, — оскалился Лэй.
Я не удержался и заглянул в записку.
Красивым каллиграфическим почерком на листе была выведена лишь пара строк на едином (современном) языке Гилмара, нашего мира: «Ты мне должен… братец. Помнишь Незабудку? Проведи с этой девочкой ритуал принятия стихии как должно — и мы квиты». Ниже — затейливая подпись, принятая и являющаяся обязательной в документах для всех, не владеющих магией: «Лорес Дилэй». «Дилэй» — перечёркнуто.
— Что за Незабудка?
— Я связан обетом, так что, увы, не смогу утолить ваше любопытство, — хмыкнул зятёк.
— Спасибо, Лэй, я твой до…
— Нет, — перебил меня тысячелетний человек с серебристо-серыми глазами. — Я делаю это для дочери, для… Эль. Возможно, это единственное, что я могу для неё сделать. Единственное, что ей от меня нужно, — жадно и отчаянно глядя на спящую Эльзу, тяжело вздохнул он.
— Если хочешь, я могу устроить вам встречу, как малышке станет лучше…
— Только если она сама захочет, — прикрыв глаза, сказал Лорес. — Отец из меня, прямо скажем, не самый лучший.
— Дерьмовый, — ухмыльнулся я. — Но не мне тебя судить. Я и сам был отвратным папашей. Теперь пытаюсь исправить ошибки, возместить Эльзе потерю матери. Да и отца, кстати, тоже. Не хочешь помочь?
— Только если девочка сама захочет, — упёрся блондин.
— Эх, ладно, Лэй, как знаешь. Мы собираемся навестить твоего… братца. Может, подкинуть тебя порталом до дома?
— Нет, я ещё немного побуду здесь. Вам желаю удачи. Главное, помните, что любое слово можно трактовать по-разному. Внимательно слушайте Дилэя, анализируйте каждое его высказывание, взвешивайте каждое слово с позиции его выгоды и обязательно заключите магический договор, подтверждающий, что ни вы, ни Эльза ему ничего не должны. Иначе последствия могут быть крайне… неприятными, — выразительно скривился блондин.
— Я понял, что ты хотел сказать «дерьмовыми», — подмигнул Лэю.
Он хмыкнул.
— Не переживайте, Лорес, я проконтролирую ситуацию, — недобрым огнём зажглись изумрудные глаза подруги.
— Будьте осторожнее, леди. От ваших слов и действий напрямую зависит жизнь Эльзы.
— Этот старый маразматик сам не заметит, как мы его облапошим, — оскалился я.
Юльсиэль закатила глаза:
— «Этот старый маразматик», Фрей, твой ровесник.
— Пф-ф-ф, одно другому не мешает. Открывай портал, Юльс.
— И куда же открывать, гений ты наш? — уперев руки в боки, хмыкнула подруга.
— Думаю, вряд ли за два десятка лет поменялся исторически сложившийся уклад жизни членов рода Дилэй. Так что искать архимага Фрезиуса нужно в городском особняке в столице Мидэя, — заметил блондин и назвал точные координаты. — Но я бы, на вашем месте, не стал заявляться к графу раньше шести утра, ещё и без предупреждения. Он будет очень недоволен.
— Ну, мы как-нибудь переживём его дерьмовое настроение, — фыркнул я. — Зато Его Сиятельство не успеет сообразить со сна, как нас развести на рабское служение.
— Если это твой план, Фрей, то он… не очень, — выразительно выделил окончание фразы Лэй.
Я хотел ответить в том же духе, но Юльсиэль сообщила, что портал в соседнее королевство построен.
Простившись, мы вошли в воронку.
Конец POV.