На языке любви

— С тобой правда все хорошо? У тебя было кровотечение? — Допытываюсь я до сути.
— Все в порядке, просто стресс. Прекрати меня допрашивать! — Последнее звучит несколько резко.
— Малыш, я же беспокоюсь о тебе! — Выпаливаю в сердцах и тянусь чтоб обнять.
Дари отшатывается от меня, словно и не было между нами тех чувств, что еще несколько дней назад. Неужели она тоже винит меня? Неужели решила прекратить наши отношения?
— Ты чего ни будь хочешь? Скажи я все сделаю! — Пытаюсь проявить заботу.
— Николас, я хочу домой! — Говорит резко, почти выкрикнув.
— Конечно, родная, утром мы поедем к моим родителям. — Отвечаю поглаживая ее ладонь.
— Ты не понял! — Рычит она выдергивая свою руку из моей. — Я хочу к себе домой, в Россию.
— Хорошо. Закажу борт и мы полетим. — Отвечаю спокойно, словно говорю с человеком на грани.
— Нет. Я лечу одна, Николас! — Бьет меня словами как ножом в сердце.
— Я не отпущу тебя, Дари! Я же люблю тебя! Разве ты уже не любишь меня? — Пытаюсь вразумить мою девочку.
— Все это чушь. Любовь не способна защитить от всего. Ты не можешь быть рядом всегда. — Начинает она и срывается на истерику. — Подобные люди всегда будут в нашей жизни. Конкуренты, недруги и прочие. Я больше не хочу этого. Я не вынесу повторения сегодняшнего вечера! Я хочу тихо жить и растить детей.
— Я тоже этого хочу! С тобой и больше ни с кем! — Выпаливаю в ответ, так же эмоционально.
— Значит ты готов подвергать меня опасности всякий раз? Значит тебе дороже твое я, чем моя жизнь? Тогда это не любовь, Николас, это другое! — Рычит как злобная кошка Дари.
— Значит ты все решила? Конец? Сбегаешь от всего и решаешь, что я должен это принять? — Вскакиваю с кровати и становлюсь в ее ногах, вцепившись в головку.
— ДА! — Просто отвечает, но я вижу как по ее щекам текут слезы.
— Хорошо. Я закажу борт к обеду. Отдыхай! — Сдаюсь на пока и покидаю ее палату.
Выхожу в коридор, где меня ждет мой начальник охраны. Отдаю ему распоряжения по поводу охраны Дари, а сам еду к дяде. Там все меня ждут с новостями о случившемся. Я от звонился лишь один раз, когда нашел ее на пляже в полуобморочном состоянии.
Вечер и ночка удались на славу! Я же готовил для моей девочки предложение с кольцом, цветами, шатром под чистым небом. Я предвкушал, как буду любить уже свою невесту. Как последнее клеймо поставлю на ней и чтоб все понимали это. Но вышло все совсем не так.
Когда я приехал за ней, ее не оказалось ни в таверне, ни в гостинице. Сидевшие на улице у таверны знакомые сказали, что видели как она пошла на пирс. Сразу сообразил что, это не с проста. Позвонил своим людям и начали поиски. Как же я тогда рвал и метал. Потом эта яхта отца Аминты в близи дикого пляжа. Тогда я даже не думал, я действовал и успел вовремя.
Сажусь в машину одного из своих людей, ведь в моем состоянии водить не лучший вариант. По дороге звоню пилоту и прошу запросить воздушный коридор на после обеда. Можно было и раньше, но я стараюсь оттянуть время. Все еще надеюсь, что Дари останется со мной хоть на день.
Я понимаю, что после такого она хочет к родным, хочет ощутить себя нужной и любимой. Но ведь я стараюсь показать ей, насколько она важна и для меня. Но видимо не настолько, чтоб заменить их. Хотя ни один мужчина не заменит родителей, а уж о любви брата и сестры, я вообще не знаю. Я один в семье потому что так вышло. Прогоняю мысли о не рожденном брате, ни к чему мне это сейчас.
Стоит мне переступить порог дома дяди, все тот час начинают расспрашивать о произошедшем. И как бы не хотелось, вновь приходится окунуться в то дерьмо, что замутили бывшая и америкос. Постепенно понимаю насколько Дарина права. Я всегда буду в центре внимания и всегда найдутся те, кому я буду как кость в горле. И часто люди не борются с себе равными, выбирая в качестве рычага давления близких и любимых.
— И ты отпустишь ее просто так? — Удивляется мама.
— Нет. У меня есть план. Но пока она летит одна. Я улажу все и поеду за ней. Я буду добиваться ее, даже если мне придется переехать в Россию. Я не потеряю Дари. — Заявляю и получаю понимающие взгляды родных.
— И что ты намерен делать? — Интересуется отец.
— Позвоню Алексису с предложением. Раз так, я готов принять его условия. Это ни что по сравнению с жизнью без моей девочки.
— Это поистине решение настоящего мужчины. — Похлопывает меня по плечу отец.
Ближе к обеду позвонил пилот и сообщил, что вылет в два. Значит осталось совсем немного и мы расстанемся. Еду за Дари в больницу, получив все рекомендации и справки. Возвращаемся в отель молча, Дари так же молча собирает свои вещи. У меня сердце разрывается когда я вижу ее мокрые глаза, но она быстро вытирает их.
Проходим по коридору, где Дари застывает впиваясь взглядом в стену. Да, это то самое место, где мы были впервые близки к нашему первому поцелую. И я бы поцеловал ее тогда, не обмани она меня. Мое сердце сейчас улетает в те самые дни, когда начала зарождаться наша любовь. Видимо и моя девочка думает о том же, поскольку опять слезы струятся по любимому лицу.
Мотнув головой женщина прогоняет воспоминания и спешно шагает на выход. В фойе взглядом цепляется за стойку регистрации, за вход в ресторан и за то место, где она упала на меня. Дари буквально сбила меня с ног и не только приземлившись сверху. Она сбила все что было во мне тогда. Все те настройки, что я задал себе были обнулены и на смену пришли новые, настолько будоражащие, что уже не могу без них. Выходим на улицу. Дарина вытирает слезы, поскольку народ уже прогуливается по окрестностям.
Потом опять тишина в машине по дороге к взлетной полосе. Черт! В эти дни эмоции кидают меня как теннисный мяч из стороны в сторону. Машина хоть и не та, что в Афинах, но воспоминания от этого не хуже. На ней я возил девушек по достопримечательностям. Уже тогда я тайком наблюдал за Дари и понимал, что это не симпатия или любопытство, это именно то самое, что способно свернуть горы. И я готов их свернуть, взорвать и перейти, ради улыбки на любимом лице.
После полет с острова на материк, где весь путь девушка смотрит в окно. Сжимаю кулаки, ведь они чешутся встряхнуть и понять почему все так. Я же вижу как ей плохо, но она не меняет своего решения, даже в аэропорту в Афинах. Она просто идет впереди меня стараясь не смотреть и даже не касаться. Словно пытается сдерживать себя, ведь если позволит себе слабость, то предаст себя. А я все мучаюсь от того, что не могу понять причину нашего разрыва.
— Дари! — Хватаю ее за руку у трапа, не давая взобраться на борт.
— Николас, не надо! Все кончено. Прости если сможешь и будь счастлив. — Шепчет и опять эти слезы.
Хочу прижать хрупкую фигурку, утешить, отогнать все плохое, но она не позволяет. Мы стоим очень близко. Так близко, что я вижу как тяжело вздымается ее грудь, как она медленно сглатывает не поднимая глаз. Внутри нее борьба с самой собой и этот бой эмоциям не победить, слишком сильны доводы ее рассудка. Слишком много всего против, придумала она и решение непоколебимо, как не умоляй.