Цветок под куполом

И мы двинулись вперед, лавируя в море страдания и отчаяния, даря надежду и облегчение. Я указывала глазами Яну на следующую цель, и он шел успокаивать и вырывать из глубин горя, потом освободившись, подходила я, а Ян шел к следующему пострадавшему.
За спиной я чувствовала постоянное присутствие Ива, который молчал и ни разу не вмешался. Я продолжала отточенными движениями творить высшее очищение и радоваться, что это были только студенты. Они расстарались с разнообразием заклинаний и все эти люди были бы обречены, но на их счастье сил светлые жрецы тратили немного, и во всех заклинаниях не было глубины и мощи. Они легко снимались высшим очищением, и я дошла до конца намеченного пути почти не устав. Я распрямила спину, и тут как раз прибежал Михаль, таща на буксире почти точную свою копию с тем только отличием, что у него не было куцей бородки.
— Лана, это Патрикус. Мы сделали, все наметили, как вы и велели, — запыхавшись, отчитались они.
— Отлично. Идем на второй этаж, следуем вашими маршрутами. Там палаты, а сквозь стены я видеть не умею. Так что ваша помощь весьма кстати, — я собралась было идти за своими помощниками, как вдруг почувствовала на плечах руки Ива.
— Ты сейчас отдохнешь. За несколько минут ничего не изменится, а тебе необходим отдых. Идем. — Голос Ива звучал непреклонно, и я не решила спорить.
Он повел меня на широкую каменную лестницу с большими ступенями и, сев на одну из них, усадил меня спиной к себе на ступеньку ниже. Потом достал из-за пояса флягу и вручил мне. Ян облокотился на перила и с усмешкой наблюдал за нами. Михаль и Патрикус смущенно встали у основания лестницы и смотрели на нас снизу вверх как пара напроказивших маленьких тролля.
— Пей, Ана. Это придаст сил, — его руки снова опустились мне на плечи и стали ласково поглаживать, слегка массируя. Потом он наклонился и стал легонько целовать мою шею, а его руки переместились ниже и стали нежно гладить мою спину.
— Если уважаемая лана устала, у нас есть замечательный целебный настой. Он хорошо бодрит. Я могу принести? — Михаль робко посмотрел на Ива.
— Нет. Она не будет пить неизвестных мне отваров. Прости, парень, но я не собираюсь доверить свою женщину твоему аптекарскому искусству, — Ив поднял голову от моей шеи и в упор посмотрел на Михаля.
— Да я ничего такого… Я просто предложил. Простите, я не хотел вас задеть, — его голос прозвучал испуганно. Я резко оглянулась и шикнула на Ива.
— Перестань пугать мне помощников. Они хотят как лучше, и я уверена, что многие еще живы только благодаря им. — И я сердито нахмурила брови.
К моему удивлению Ив смутился, а Ян тихо расхохотался. Окрыленные моей похвалой ребята подняли головы и уверенно посмотрели на меня, а я продолжила.
— Михаль, Патрикус, завтра вы сможете многих отпустить по домам. Рекомендации следующие: постельный режим и ограничение физических нагрузок еще как минимум три дня. Пропишите всем укрепляющие травки и бодрящие отвары. Ну, это вы и без меня хорошо знаете. Порекомендуйте первые три дня соблюдать щадящий режим питания. Это кашки, пюре, супы и бульоны. Твердую, острую и жирную пищу по возможности избегать. И самое главное никакой бытовой магии в течение трех дней. После магической атаки такого уровня, что подверглись большинство из них, категорически нельзя первые трое суток ее использовать. Они все не магистры и даже близко не маги, им доступна только бытовая магия низшего порядка, поэтому категорически нельзя.
— Мы поняли, лана. Все скажем и до всех донесем ваши рекомендации. — Они быстро и уверенно закивали.
— Отлично. Тогда вперед. У нас еще два этажа, — и я решительно высвободилась из надежных и теплых рук Ива, обнимающих меня.
— Уважаемая лана, там много пострадавших с ранениями и переломами. Произошло обрушение здания главы рынка. В этот момент там находились уважаемые торговцы и сам глава рынка. Но их состояние не настолько критичное, хотя и довольно тяжелое у многих. Но мы можем с этим пока сами справиться. Примочки и перевязки. Вы не могли бы уделить драгоценное время только магическим пострадавшим? С этим, боюсь, у нас никто не справится, — голос Михаля звучал взволнованно.
— Разумеется. Вы же сами составили мой маршрут. Вот и ведите, — и я подумала, что как-то все решилось само собой. Мне не пришлось выбирать. Там я действовала по интуиции, спасая только умирающих, а здесь за меня решают эти мальчики. Они же не знают, что завтра ночью я не приду. И я не поставила их перед страшным и невозможным выбором о чьей-то жизни.
Второй этаж встретил меня длинным коридором с прекрасной позолоченной лепниной на потолке. С одной стороны коридора стена представляла собой сплошные окна, рядом с которыми в изобилии стояли кадки с различными растениями. И получался целый сад. А другая стена состояла из дверей, которые, по-видимому, вели в палаты к пострадавшим. И все завертелось и закружилось с той лишь разницей, что теперь мои помощники указывали Яну на следующую цель. Правда несколько раз на нас бросали странные взгляды, и пытались подойти какие-то люди, но Ив решительно пресекал эти попытки.
Мы, не останавливаясь, перешли на третий этаж, который представлял собой точную копию второго. Но рассматривать его моих сил уже не было. К третьему этажу я действовала почти не думая и только следовала за широкой спиной Яна. Пару раз меня обнимал Ив, и давал глотнуть из фляги. За окнами уже пробивались первые робкие лучики светила, когда в конце коридора оставалась всего одна дверь, и я поняла, что дальше не смогу сдвинуться с места.
К моему удивлению Михаль остановился и, запинаясь, стал мне объяснять, что в той палате лежит сам глава рынка и там же дежурит глава госпиталя и еще уважаемые лица. И что состояние там тяжелое, но пока стабильное. Что вся палата отдана только в его распоряжение и если я сочту нужным… Но тут поток его красноречия был решительно прерван Ивом.
— Больше смертельных случаев на сегодняшнюю ночь нет. Я правильно понял? — И он опять очень сурово глянул на Михаля.
— Да. Лана сотворила чудо. Это… — Начал, было, он опять, но был прерван Яном.
— Ана, маленькая, ты как? — И он ласково посмотрел на меня.
А я поняла, что все закончилось. И что я справилась, можно расслабиться и отдохнуть. И как только эта мысль появилась в моей голове, тело отказалось меня слушаться и решительно приготовилось принять горизонтальное положение. Но видимо это поняли все, так как руки Ива успели меня подхватить и прижать к себе. Уже засыпая, я слышала, как он отдает распоряжение принести мой плащ и приготовиться охранникам выдвигаться к ратуше. Дальше я провалилась в сон, и фантазии были очень добры ко мне.
    
Глава 11
 Я знаю способ сделать всех счастливыми, только как их заставить?
Вот так послушаешь одних и понимаешь,
что в голове у них пусто.
А послушаешь некоторых других — понимаешь,
что «пусто» — это еще не так плохо.