Его шальное счастье

– Я предпочитаю другую соцсеть.
– Поговорим еще на эту тему позже, – отмахнулся Антон. – Почти приехали.
Я увлеклась разговором и пропустила момент, когда вишневый автомобиль остановился у моего подъезда.
Жаль, незаметно подняться в квартиру не выйдет – главные сплетницы двора уже приступили к дежурству на лавочке.
– Я же не хотела, чтобы нас видели, – напомнила с укором.
Антон ухмыльнулся:
– Я буду заезжать за тобой каждое утро – бабки все равно поймают рано или поздно.
– По утрам возить на работу не надо – не забывай, что официально я все еще числюсь в журнале, а у вас стажируюсь.
Мажор досадливо поморщился.
– Хорошо, утро за тобой. Но отвозить домой я буду точно. И да, чуть не забыл: мы должны подобрать тебе новый гардероб.
– Гардероб?.. Зачем?
– Мне не нравится, как ты одеваешься. А еще тебе придется провести выходные в загородном доме деда. Ты же не будешь за праздничным столом сидеть в джинсах?
– Вообще-то у меня есть вечернее платье.
– Одно, которое, скорее всего, не подойдет, – пренебрежительно предположил Антон.
– Два. Классика, подходит для любого мероприятия.
– Ладно, продемонстрируешь мне свой гардероб.
Я представила, как он поднимается ко мне…
– Не хочу тебе ничего демонстрировать. Когда по магазинам?
Хмыкнув, Антон взглянул на явно дорогие часы.
– Можно сегодня. Заодно вместе поужинаем.
Опять повезет туда, где встретится двоюродный брат?.. Не хочу я случайных встреч. Да и вечер у меня занят.
– Нет, сегодня я не смогу.
Антон вскинул брови.
– Будешь рисовать моего братца? Или и вовсе встретишься с ним вживую? – Последнее он произнес со злой иронией, под которую замаскировал раздражение. – Учти, я не позволю нарушить наш договор. И давай откровенно: тебе ничего не светит с Романом. Ему нравятся шикарные девушки со связями и деньгами.
От его слов стало неприятно до тошноты.
– Я и не претендую, – через силу улыбнулась я. – «Золушка» никогда не была моей любимой сказкой.
– Отлично, тогда я за тебя спокоен.
Разговор, в начале деловой, внезапно стал попахивать ревностью. Вот только ревновали не меня. Антон обозлился, представив, что мне мог нравиться не он, расчудесный, а другой мужчина. По-детски эгоистично… Я не психолог, но болезненное соперничество с двоюродным братом отдает манией.
Нарушила тягостную паузу я:
– Если у тебя все, то я пойду, мне еще в гости собираться и узнавать, какие торты любит новая жена отца.
Специально выдав личную информацию, я надеялась осадить Антона, показав, что моя жизнь не крутится вокруг него и его родственников.
Сработало. Взгляд мажора оттаял.
– Твои родители в разводе? Этого нет в досье.
Ого… А он уже и досье на меня собрал? Хотя о чем я? С такими-то возможностями.
– Еще нет, но уже разошлись.
– Мои развелись, когда мне было два года. – Антона тоже потянуло на откровенность.
Я растерялась, не зная, что можно сказать.
– Сочувствую.
– Не стоит, – он качнул головой. – Он был нищебродом. Мать быстро поняла, как в нем ошиблась и что лучше выбирать мужчин своего класса.
Челюсть моя чуть не отвисла. Своего класса? Вот же… Я же читала биографию его деда! Он сын доярки и агронома, а не какого-нибудь графа, во время революции сбежавшего в Европу… А гонору!..
Антон – сноб, высоко ценящий статус, который заработал не он сам. И это еще одна черта, которая меня отталкивала. Интересно, у Романа Ларионова она тоже есть? Так. Не о том думаю.
– Хорошего вечера, Антон! – Попрощавшись, я покинула салон автомобиля.
И меня не задержали очередной порцией пустой болтовни.
Специально остановившись возле бабушек, дождалась вместе с ними, когда отъедет вишневый Range Rover.
– Даша, а кто это? – ласково поинтересовалась баба Галя, когда осела пыль.
– Да так, коллега с новой работы. Привязался ко мне, – вымученно вздохнула я.
– Дрыщ какой-то, – внезапно заявила Степановна и, стукнув тростью, сурово велела: – Гони его в шею!
От неожиданности я чуть рядом с ними не села. Мимо лавочки.
– Не подходит он тебе, – интеллигентно перевела Римма Владимировна заявление подруги.
– Но я и не собираюсь с ним встречаться! – горячо заверила пожилых дам.
Антон, к слову, с неплохой фигурой, звание хилого точно не заслужил.
– Тем более с ним больше не катайся, – кивнула баба Галя. – А то беленького вспугнешь.
– Какого беленького?.. – вот тут-то я окончательно растерялась.
Что-то я ничего не понимаю…
– Того беленького, который здорово умеет кулаками махать, – объяснила баба Галя.
А Степановна с восторгом добавила:
– Как он тех мордоворотов расшвырял! Как щенят! Правильно, что его к себе затащила, только рано из постели выпустила, надо было до утра держать.
– Степановна! – сурово прикрикнула на нее Римма Владимировна. – Не смущай девчонку своими фантазиями!
– Дашка у нас не из таких, в ее постель еще пробраться надо, – защитила меня баба Галя.
Я же стояла, сгорая со стыда и задыхаясь от обиды.
– То есть вы видели, что меня вытащили из дома незнакомцы, но ничего не предприняли? – поинтересовалась сдержанно.
Старушки вмиг притихли и скромно опустили глаза.
– Ага, все-таки видели и даже пальцем не пошевелили?
– Дашка, мы… – начала баба Галя оправдываться смущенно.
– Струсили вы! – перебив, обвинила я и быстро направилась в подъезд.
Вот так вот, убивать будут – любопытные старухи из окна выглянут, но смелости даже переполох устроить не хватит!
Уже в квартире, помыв руки и поставив воду на пельмени, ощутила муки совести.
Зря на бабулек наехала. А что они могли? Больные женщины за семьдесят? Только покричать из окна, что не остановило бы похитителей. Зато трио, которое в тот момент наверняка чаи гоняло в квартире Риммы Владимировны, хорошенько запомнило лица качков и помогло бы составить фотопортреты. Я усмехнулась, представив удивление полицейских, когда им выдали бы четкие описания.
После ужина я успела принять душ и переодеться в черные джинсы и зеленую асимметричную тунику, когда в дверь позвонили.
И кто это пожаловал? Я никого не жду!