Алые небеса

Спустя пятнадцать энергичных шагов бесноватый пешеходный переход остаётся позади. Парень останавливается и безупречно вежливым тоном поясняет:
– Послушайте, мисс, мне жаль, что ваш день не задался, но я тоже спешу и… опаздываю.
– Ой, конечно, не обращайте внимания, не хотела вас грузить, – проговариваю я, неловко улыбаясь.
– Однако позвольте дать небольшой совет. Вон там вход в метро. В зоне касс есть камеры хранения. Аппарат принимает не только воны, но и доллары, правда, иногда сдачу не выдаёт. Оставьте чемодан там, а то в «Пак-Индастриал» ещё примут за террористку.
– А ведь правда, спасибо, я об этом даже не подумала! – спохватившись, ударяю себя рукой по лбу, ведь с чемоданом действительно могло возникнуть много возни.
– Теперь, смотрите туда, вон прямо сквозь аллею. – Подхожу к парню чуть ближе, всматриваясь. – Видите кафе? А за ним виднеется стеклянное здание с пикой, так? – Взгляд скользит вдоль кафетерия, пока не цепляется за заветное строение, которое я сразу же узнаю. – Это и есть «Пак-Индастриал», тут пять минут идти. Надеюсь, вы успеете и всё обойдётся.
– Да, вижу! Спасибо огромное! – Неосознанно касаюсь чужого предплечья и почти подпрыгиваю на месте от счастья.
Незнакомец поворачивается ко мне, кланяется (это вроде как типично для местных, но сама повторять не решаюсь), говоря фразу на корейском. Сейчас моих познаний в чужом языке достаточно – это прощание. Жаль, ответить нормально не успеваю – парень ретируется слишком быстро – лишь выкрикиваю вдогонку:
– Спасибо вам ещё раз и хорошего дня!
У меня нет времени на глупую прокрастинацию, но невольно задерживаю взгляд на стремительно удаляющейся фигуре. На губах растягивается улыбка, а в груди разливается приятное тепло. Всё-таки он первый человек, который мне действительно помог. Жаль, больше не встретимся. И нет, не потому что я его не узнаю среди сотни тысяч азиатов, просто какова вероятность?
– Ох, чёрт, да что же я стою?! – Ещё разок шлепаю себя по лбу, затем резко подхватываю чемодан и мчусь к спуску в метро, желая избавиться от этой махины.
Здесь всё именно так, как меня предупреждал незнакомец, поэтому заминки не возникает. Почти ловко запихиваю сумку в камеру хранения, не думая о том, что тупой аппарат таки зажал деньги. Плевать, главное, что теперь я более мобильна.
Выбежав на улицу, смотрю на часы: девять минут в запасе, успею! Ускоряю шаг и почти бегом залетаю в холл огромного здания, где меня сразу же останавливает охрана.
Мужчина в форме, стоящий на проходной, обращается ко мне на корейском. В ответ хмурю брови и неловко пожимаю плечами, попутно поясняя – я из Америки. Тогда охранник переходит на скудный английский:
– Имя.
– Мэри Хоук, я в списке, проверьте.
Тычу пальцем мужчине в планшет, точнее пытаюсь, но он пресекает мои попытки злобным взглядом, после которого я предусмотрительно поднимаю обе ладони вверх.
– Да, но нельзя, – отрицательно качает головой охранник.
Интересно, если он не может найти в списке упрощенную форму «Мэри Хоук», как долго будет копошиться с именем, данным мне с рождения – Мария Соколова? Думаю, вечность.
– Проверьте еще раз. У меня нет времени. До собеседования осталось несколько минут, пропустите, – возмущаюсь, уже готовая двинуться без спроса, но мужчина перекрывает путь.
– Показать грудь, – произносит он, и в моих глазах вспыхивает ярость.
– Чего? Это что, сексуальное домогательство?! Вы одурели совсем?! Я вас по судам затаскаю!
Видимо гневная речь, явно не до конца понятная охраннику, подталкивает его к мысли, что стоило бы объясниться.
– Нельзя показать грудь.
– А… Вы о моём внешнем виде? Ну, понимаете… У меня самолет задержали, я не успела переодеться…
Дальше, в очередной раз, хочется пересказать ужасную историю полёта, но меня всё равно не поймут. Остается лишь одно – молиться.
– Боже, – страдальчески складываю руки перед собой, бормоча одними губами, – если ты меня сейчас проведёшь внутрь, обещаю-таки выучить корейский, начать ходить в церковь по воскресеньям и всё такое… Что там люди ещё делают?..
Вот и всё, докатилась! Стою посреди холла в чужой стране и молюсь о чуде. Занавес.
Моя псевдо-молитвенная речь почти перетекает в стадию обречённости, как вдруг, словно и правда манна небесная, на плечи опускается какая-то ткань и длинные, бледные пальцы. Инстинктивно вздрагиваю, как перепуганный заяц, произнося типичное матерное слово. К счастью вовремя узнаю уже знакомого парня, который, собственно, и направил меня по нужному адресу, а не как все его сородичи – на три весёлых буквы.
– Ох, братан, отбой тревоги, помощь подоспела. Прости, что побеспокоила, – шёпотом обращаюсь к Создателю и фокусируюсь на происходящем.
Между моим спасителем (на минуточку, второй раз за день, даже не знаю, привыкаю к этому или напрягаюсь) и тупоголовым охранником начинается диалог. Слов не понимаю, однако про себя отмечаю, что тон моего защитника звучит, будто он мозги второму вправляет. Не теряя лица, важно перевожу взгляд на мужчину в форме, вздёргиваю нос для солидности и слегка киваю в такт речи. Очень надеюсь, что они меня сейчас не идиоткой обзывают, а то именно так и буду выглядеть.
Спустя минутку-другую пререканий слышу знакомый язык (не прошло и полгода!) – как всё-таки приятно не чувствовать себя рыбкой в аквариуме.
– Мисс, ваше имя?
– Мэри Хоук, – тихо, почему-то неуверенно произношу я, словно за этим кроется подвох, попутно успевая стрелять глазами от одного мужчины к другому, понимая – мой-то явно круче!
Не буквально мой… Знакомый мой. Даже не знаю, для кого я эти ремарки вставляю, вечно в голове каша какая-то варится.
Спор неожиданно подходит к завершению, из которого, мы, кажется, выходим победителями. Спаситель уверенно, но больше настойчиво, толкает меня к ресепшену, где я получаю бейдж, и мы на полных парах несёмся к лифту. Придерживаю пиджак за четко выглаженные края, очень стараюсь не растянуться на кафельном полу, так как бегать в шпильках занятие на любителя. И вот удача – двери раскрываются как раз вовремя.
Пытаюсь перевести дыхание. Чувствую высоко над ухом тяжелое сопение моего временного спутника из-за негодования, вызванного не расторопным клининговым сотрудником, покидающим лифт. И уже хочу флегматично поправить волнистую прядь волос, упавшую на лицо, как меня бесцеремонно вталкивают в кабину, прежде чем двери закроются.
– Боже! Как это было круто! – даже не пытаюсь скрыть восторженных эмоций. – Спасибо ещё раз, вы меня очень выручили, – доброжелательно улыбаюсь, просовывая руки в рукава.
Так, пиджак на мне явно висит и больше напоминает платье. Надо что-то с этим делать.
– Вам-то этаж какой? – спрашивает попутчик, уже ткнувший на заветную кнопку.