В облаках
— Зачем прослушку к нам устанавливал, любезный? — голосом Дракулы спросил Никита.
Вася угрожающе навис над погорельцем.
— Да она ж левая, для вида... — промямлил тот и вдруг взвился, завопив, почти, как его жена: — Да к нам, на верхотуру и так люди не едут, всем внизу жить хочется, а как мы зарабатывать будем? Столько в стройку, в ремонт вбухали...
— Вбухал он! — прорычала потише супруга. — Мы вбухали, все в кредитах. Только теперь снова бухать придётся!
Сосед повесил голову. Мне стало смешно: мы-то гадали, почему использовалась такая кустарная схема, для уровня Иванченко вообще как самоунижение... Теперь всё стало ясно: стандартные конкуренты приморского городка, в котором гостиница на гостинице; стандартные правила — приезжих гнать, если полезут в бизнес, особенно москвичей. Что в Сочи, что в Крыму между хозяевами гостевых домов, гостиниц и отельчиков идёт сражение. Не раз уже слышал, как выживали местные тех, кто осмелился влезть в чужую территорию. Либо живи сам, отдыхай по-тихому; либо проваливай, не мешай другим зарабатывать кровное.
— Всё рассказывайте, Игорь Васильевич, кто устанавливал? Чьи идеи, кто в деле... — Никита умело дожимал соседа, тот раскалывался, как поджаренный орех под кувалдой.
Я мог бы порадоваться, но вспомнил о Гаечке. При взгляде на Никитоса вскипала волна бешенства: уж он умеет решать вопросы, нарешал...
И вдруг рядом кто-то произнёс будто невзначай:
— "Пустая лодка".
Я обернулся: это был Славик. Со своей улыбкой Будды и ясным взглядом, несмотря на сажевые пятна на только что идеально белой футболке.
— "Пустая лодка", говоришь? — пробормотал я себе под нос.
— Что, Артём Сергеевич? — вытянулся ко мне Никита, как сушёный червяк.
А в моей голове откуда не возьмись закрутились строчки из "Отче наш": "И прости нам долги наша, как и мы прощаем должникам нашим..."
И что мне эта гостиница, дырка в бюджете, и кем я возомнил себя? Дланью карающей? А сам чист?
В груди стало больно, словно опять в лёгкие набился едкий дым.
Она простит меня? Разве простит?
— Достаточно, — распорядился я. — Возьмите контакты исполнителей. В остальном этот любитель ауры и конкурентной войны сам себя наказал.
— Но Артём Сергеевич... — возмутился Никитос, — не стоит...
— Я сам знаю, что стоит, а что нет! — рявкнул я. — Выполнять! — А соседу, облизывающему пересохшие губы, добавил: — Доказательства у нас есть. Если хоть раз ещё подобное... не с нами, а с кем угодно!
— Не-не-не... — выставил, словно сдаваясь ладони вперёд, сосед.
— Та я сама не позволю! — взволновалась грудями его супруга. — И другим не дам! Все тут такие, на улице, имейте в виду! Но мы ни-ни! Спасибо, сосед, за помощь! Спасли нас! Людям вашим...
— Это не мои люди, — зыркнул я на неё, йоговские "яма-нияма" давались тяжело, хотелось придушить. — Здесь каждый поступает в меру своей осознанности!
— Так что ж делать нам?.. — заискивающе подалась ко мне мадам Галина.
— Медитируйте, — ответил я. — И молитесь.
И пошёл в мои "Облака", как по острому краю, понимая, что вот-вот провалюсь. Потому что Эля нужна мне, но она...
— Шеф, что вы творите?! Так же нельзя! — догнал меня Никитос.
Хотелось минуты тишины. Закрыть глаза и выдохнуть. Только дышалось как-то хреново. А рядом люди.
— В моём номере поговорим. Через десять минут, — буркнул я и прибавил шагу.
Взлетел по лестнице на свой этаж, рванул в номер с желанием отдышаться... и замер, глядя на пустой стол. Несколько минут поисков, и вывод: в мою жизнь долбилась не "пустая лодка", а Титаник: ноутбук исчез.
* * *
Я вызвал Никиту и ткнул на "Локатор" в телефоне, чтобы удалённо обнаружить пропавший компьютер. К счастью, есть у меня и хорошие привычки. На экране смартфона высветилась надпись: "100,1 км от вашего местоположения. Проложить маршрут?"
— Мой ноутбук в Симферополе, — сказал я вошедшему Никите, разглядывая карту. — Высылаю координаты. Запускай в нашем приложении поиск по всем доступным веб-камерам.
— Заблокировали учётную запись, шеф? — спросил Никита, быстро открывая свой ноутбук и пробегаясь клавишами по клавиатуре.
Я кивнул, напряжённо следя, как медленно перемещается мерцающая точка "Локатора" по виртуальной карте.
— Это дорога в аэропорт! — воскликнул Никита.
— Угу.
Объект остановился на светофоре.
— Так-так-так... — наклонился над экраном Никитос, словно пытался додавить приложение собственным весом, и вдруг выпрямился, щёлкнув мышью. — Есть!
Приложение засекло дорожной веб-камерой двух пассажиров в чёрном внедорожнике. Изображение было размытым.
— В обработку! — рявкнул я. — И продолжай поиск по камерам.
— Уже. Смотрите, шеф.
Никита ткнул в экран, и я увидел расплывчатое лицо Миланы. Собственно, так я и думал! Я выругался вслух и стукнул кулаком о стол. А затем и второе лицо стало более чётким после обработки — на месте водителя сидел Иванченко. Чёрт, меня никогда не подводила интуиция! Я стиснул зубы. Дела дрянь. Без лишних слов я вернулся в "Локатор" и выбрал опцию "Удалённо стереть данные компьютера". Никита всё понял.
— Шеф... Артём Сергеевич, а как же теперь быть, если всё насмарку — там же последние данные и все коды доступов? — пробормотал он.
Я усмехнулся и подёргал висящую на шее нитку с рудракшами и деревянными пластинами. В одной из них была карта памяти.
— Всё ценное здесь. Я всегда синхронизирую.
Никита громко выдохнул и перекрестился.
— Едем. Подключаю силовиков! — распорядился я.
— Может, не стоит, шеф? — скривился Никитос. — Сами, а? По-тихому?
— Поздно. Всё зашло слишком далеко, — мрачно ответил я, чувствуя к помощнику брезгливость. — Езжай с Маратом. Я с Васей догоню вас. Мне нужно пару секунд.
Никита козырнул и исчез. Я набрал генерала и сообщил о проблеме. Теперь она касалась не только нас: Иванченко мог работать на кого угодно. Он умный и подлый. Оттого я его и уволил. Теперь в аэропорту его будут ждать...
* * *
По-прежнему грязный после пожара, я взбежал на второй этаж и попал в другой мир: цветы, покой, шторы, подсвеченные лампами. Эля мирно беседовала с Мастером. Больше никого вокруг не было: все приводили себя в порядок после эпопеи с огнём. Она сидела, опираясь о сиденье широкого кресла, подалась вперёд. Я не видел её лица, только светлые волосы, собранные в хвост, узкую спину, красивые руки. И вместо того, чтобы броситься к ней и спросить, что в самом деле у неё было с Иванченко, вместо того, чтобы сказать хоть слово, я замер. Меня будто заморозили на месте. Горло стянуло.