Запретный атрибут
Это был тот случай, когда вкушение плодов чужой работы резко усиливало коллективизм.
— А теперь можно перейти к вопросу, зачем я взял вас с собой, — повернулся к Илону маг. — Вам предстоит отправиться на переговоры, в результате которых вы, девять из десяти, умрёте…
Произнеся это, Антон выхватил из ножен свой длинный меч и сделав шаг, играючи воткнул его в спину пленника.
От услышанного и увиденного в голове Илона мелькнула мысль применить на тело усиление и попытаться бежать, но секундой позже он осознал, что попросту не сможет это сделать: острый животный страх надёжно блокировал его манаканалы.
— Людям, учитесь доверять людям, мой дорогой друг, — сделав к баронету шаг, Антон схватил Илона за запястье.
И хватка эта показалось полуживому от страха мужчине до безумия холодной.
* * *
Расслабленно сидя в кресле, Понтий Ридо выглядел возможно самым беззаботным человеком на свете. Пристроив вытянутые ноги на специальный стульчик, он с бесконечным интересом изучал лежавший на столе малый воздушный компас. Хитрый прибор не только показывал направление движения относительно сторон света, но и примерно определял высоту, на которой находилось воздушное судно.
Однако, вопреки внешней расслабленности, ментально Понтий находился в большом напряжении.
В мозгу его складывались и распадались довольно сложные схемы. Основные переменные — он, император и иномирец, обладающий невероятно ценным и редким атрибутом «бессмертие».
На этот костяк мужчина накладывал прочие события, людей и варианты, например, произошедшую в Третьем особом форте неудачу, из-за которой которой он, Понтий, попал в опалу и фактически был сослан на фронт, где ему предстояло ждать императорской милости.
Следующей по значимости дополнительной переменной являлась Жанна-Ремарта — вампирша, с которой он познакомился лет тридцать назад, будучи зелёным студентом Имперской академии управления и власти. Жанна была могущественна уже тогда. Непонятно что она в нём нашла и почему пощадила, но вампирша периодически навещала Понтия, словно проверяя насколько «созрел» нетронутый когда-то плод.
А может всё было не так и женщина возлагала на племянника нынешнего императора определённые надежды. В молодости Понтий находил связь с вампиршей интригующей, созрев, начал подумывать как устранить из своей жизни этот неоднозначный элемент.
Связь, впрочем, принесла неожиданные плоды.
Вчера, впервые за несколько лет, Жанна заявилась к нему и прямо, без своих обычных нервирующих шуточек заявила, что у неё есть товар, который она готова продать Империи. Названная цена натолкнула на размышление о вменяемости вампирши, но, уловив суть, мужчина понял, что она более чем адекватна.
Третья важная переменная — решение не докладывать об иномирце до того момента, пока он не попадёт к нему в руки. Решение с одной стороны разумное, ведь после того как он просрал с таким трудом пленённого дракона, подобная информация с его стороны походила бы на неуклюжую попытку выслужиться. Но с другой, узнай кто об утайке, её могли посчитать попыткой «продать товар на сторону».
Пожалуй, решение не докладывать — правильное решение, ведь если иномирец действительно существует, вокруг него могла развернуться нешуточная борьба, цель которой не допустить его попадание в руки разваливающегося от старости императора Биена.
Но доложить рано или поздно придётся, ведь Понтий, ни много ни мало, единоличным решением взял «Святую Марию» — переброшенный к линии фронта флагман имперского воздушного флота.
Впрочем, власти и связей у него всё ещё хватало, а подстёгнутый неудачей аналитический ум, казалось, стал ещё острее.
Заставив внутренне вздрогнуть, позади Понтия возникло чужое присутствие. Подавив желание вскочить с кресла, мужчина сделал вид что всё ещё погружён в созерцание.
Недовольно цокнув, вампирша обошла кресло и стол, после чего грубо бухнулась в стоящее напротив стола кресло. Сделав это, она поправила свою изумрудно-зелёную мантию так, чтобы сидящему напротив мужчине были видны её длинные стройные ноги с идеальной бархатной кожей.
Если бы в этот момент в каюту вошёл один неудачливый иномирец, он бы, вероятно, удивился вдвойне, узнав не только выпившую его кровь вампиршу, но и, что правда менее вероятно, человека в капюшоне. Того самого, который сидел у стены в злополучном подземелье.
Сцепив руки на животе и приподняв этим жестом свою внушительную грудь, Жанна недовольно произнесла:
— Никогда не любила воздушные корабли, а теперь, достигнув Превосходства, я их ненавижу. Работа антигравитационной установки буквально сводит моё восприятие с ума.
— Про улучшенное восприятие магии мне понятно, но отчего ты не любила их раньше? — с вполне искренним интересом поинтересовался Понтий.
— Если бы ты был знаком с магической инженерией, то не задавал бы глупых вопросов. Шесть двухметровых асинхронно парных дисков вращаются со скоростью от восьмиста до тысячи оборотов в минуту. При этом их буквально разрывает магнетизмом и случись горизонтальное смещение любого из них всего на полмиллиметра, всю эту конструкцию разорвёт к демонической бабушке. Что интересно, каждый такой разрыв индивидуален и зависит от того, на какую длину волны попадёт резонанс. Иногда даже остаётся целым корпус корабля, а иногда за компанию сносит среднего размера город. В последнем случае не выживу даже я.
— Силовой агрегат нашего корабля создан «старой империей». Он на порядок надёжнее тех, которые собирают гномы. Хотя бородачи с подобным утверждением категорически не согласны, — улыбнувшись, возразил Понтий.
На возражение это вампирша презрительно хмыкнула.
— Так ты говоришь, что перешла на Превосходство благодаря этому иномирцу? — решил сменить тему мужчина. — Что в нём такого особенного? — осторожно изучая собеседницу, поинтересовался Понтий.
— Ничего особенного, самый обычный иномирец, — пожала плечами женщина. — Скорее всего свою роль сыграла эмпатия. Для таких как я это важно. Пусть полноценной игры не получилось, но высосав его до дна я была редкостно удовлетворена.
— А ты случаем не в курсе, куда после твоей встречи с ним направились драконы и Тайра? — как бы невзначай, поинтересовался мужчина.
Этим вопросом он в очередной раз пытался проверить, не соврала ли собеседница о том, что отпустила переживших события в подземелье людей.
Смерив собеседника презрительным взглядом, вампирша недовольно скривилась, после чего произнесла:
— Вы, людишки, напоминаете мне грызунов. Всё ценное вам надо тащить в норку, прятать в ней и хранить. Плевать, что не нужно и место занимает, главное что «МОЁ» и под рукой. Логика, впрочем, верная, житейская. Однако она — логика хомяков. Я же не норное животное. Я — свободный хищник, обладающий высоким интеллектом. Такие как я не делают запасов. Если мне что-то не нужно, я его не трогаю. Если же оно становится необходимым, то нахожу и беру. Это называется охота. Я доступно объяснила для твоего хомячьего мозга? Надавав тумаков дракону и твоей Тайре, я их отпустила. Всех троих. Взяла лишь кровь и жизнь иномирца. И каково же было моё удивление, когда спустя какое-то время поставленная на его душу метка снова стала активной…