На грани возможного (ЛП)

Гамильтон продолжил шагать.
— Половина их бронетехники уничтожена. По меньшей мере четыре сотни убиты гвардейцами. Покалеченные, они не будут пытаться атаковать еще какое-то время. Я не собираюсь давать им еще один шанс.
— Кто теперь главный в Лансинге? — спросил Лиам.
— По мнению властей, губернатор Даффилд был убит. Генерал Синклер приложил к этому руку, мы в этом уверены. Государственный секретарь, Лорен Юбэнкс, на прошлой неделе была приведена к присяге в качестве нового губернатора Мичигана.
Бишоп нахмурился.
— Я не так много о ней знаю.
— Я тоже. Но у нее отличный выбор руководства. — Он остановился у изножья кровати Лиама, широкая ухмылка расплылась по его лицу, и отвесил поклон до пояса. — Перед вами недавно получивший звание подполковника и исполнительный офицер Мичиганской оперативной группы.
Лиам улыбнулся.
— Лучшего кандидата и придумать нельзя. Хорошо, что они не назначают на должность исходя из внешности.
Гамильтон проигнорировал его.
— Губернатор Юбэнкс, она умна. У нее хорошая голова, насколько я могу судить. Способная и решительная. И чертовски зла на генерала Синклера, который слетел с катушек. Возможно, она даже посетит Фолл-Крик, чтобы лично извиниться. Но у меня такое чувство, что у нее сейчас куча дел, включая наведение порядка в том бардаке, который оставил после себя Даффилд.
— Мы не получали никакой помощи от правительства со времен Коллапса, — сказала Ханна. — Думаешь, она будет другой?
— Она заверила меня, что ее приоритет — охрана мичиганской границы и защита сельских округов, чтобы они могли посадить урожай и начать заниматься сельским хозяйством. И это не просто пустые слова. Она вкладывает свои деньги туда, где находится ее рот.
— Она перебрасывает часть войск из Детройта из 1-го батальона 119-го полка полевой артиллерии. Они сертифицированы по программе MORTEP — у них есть минометы, и они знают, как ими пользоваться. В нашем распоряжении будет несколько усиленных беспилотников. Минометы и артиллерия. Полдюжины «Черных ястребов». Губернатор приказала мне вступить в бой с силами По и уничтожить его с лица земли с особой жестокостью.
Облегчение захлестнуло Лиама. Это лучшие новости, которые он слышал за долгое, долгое время.
— Это фантастика, — просияла Ханна.
— Еще лучше то, что я командую Юго-Западным Мичиганом. — Он подмигнул Лиаму. — Ты будешь видеть меня гораздо чаще, красавчик.
Лиам фыркнул.
— Не могу дождаться.
— Как она планирует кормить всех этих солдат? — спросил Бишоп.
Гамильтон небрежно пожал плечами.
— Это выше моих полномочий. Но я считаю, что все, что она сделает, будет справедливо и разумно. Она прошла мой «детектор лжи». А Лиам, ты знаешь, что у меня он отличный.
— Раз уж ты сам так часто это делаешь.
Гамильтон усмехнулся.
— Виновен.
Шарлотта потянулась за карточками в руках Ханны, подпрыгивая и радостно гукая. Ханна попыталась отодвинуть их подальше от ребенка, но Шарлотта выхватила одну карточку и с энтузиазмом замахала ею.
Бишоп начал отвлекать ее одной из своих красочных, сверкающих и подходящих для ребенка игрушек, но она его игнорировала.
Гамильтон скорчил глупую рожицу, и она разразилась хихиканьем.
— Видишь? Даже ребенок знает, какой я замечательный. — Он взглянул на часы, затем осмотрел шкафы, заваленные медицинскими принадлежностями, столы и стулья, задвинутые в углы. — Новый губернатор выступает со своей первой речью о положении дел в штате. У вас есть поблизости радио?
— У Аннет есть в кабинете директора. — Бишоп достал беспроводной радиоприемник и поставил его на стойку. Гамильтон повозился с ручкой.
Экстренная передача, которая крутилась последние четыре месяца, больше не повторялась. Вместо этого комнату заполнил сильный, уверенный голос нового губернатора.
— …Когда правительство подвело вас, вы упорно трудились, чтобы спасти себя. Вы добились многого. Вы выжили. Пока мы не пройдем через это, я намерена сделать все возможное, чтобы поддержать суровый неутомимый дух, который определяет всех нас как американцев. Я сделаю все возможное, чтобы защитить вас, чтобы вы могли продолжать упорно трудиться, заниматься сельским хозяйством, ловить рыбу, охотиться и иным образом кормить свои семьи.
 
— Я могу пообещать, что всегда буду честна. Я не буду лгать вам. Этот кризис будет длиться не один сезон и даже не один год. Пройдет несколько лет, прежде чем снова заработает часть энергосистемы или восстановится национальная система снабжения. Мы сплотимся. Мы выстоим. И вместе мы разберемся с этим…
Как только выступление закончилось, Гамильтон выключил приемник.
— Неплохо, правда?
— Все равно она говорит, как политик, — не впечатлился Лиам. Но с другой стороны, он вообще терпеть не мог никаких политиков.
Гамильтон просиял.
— Ты прав. Но я думаю, мы нашли себе единорога — политика, который искренне заботится о своих избирателях. А вы знаете, что говорят о единорогах.
Лиам закатил глаза. Это единственная часть его тела, которая не болела и не онемела.
— Подполковник Гамильтон, — обратилась Ханна.
— Пожалуйста, зовите меня Чарли. У вас есть на это право.
Она наградила его лучезарной улыбкой.
— Тогда Чарли. Генерал сказал Лиаму, что ЭМИ-атака начала Третью мировую войну. Мир находится в состоянии войны, а наше правительство скрывает это от нас. Это правда?
Гамильтон хрустнул костяшками пальцев, помолчав мгновение.
— До сих пор это были слухи и сплетни. Правительство скрывало информацию обо всем этом, но, наконец, она становится известна.
Он вздохнул.
— Вот что я знаю. Россия и Китай вступили в сговор, чтобы напасть на нас. Они планировали ослабить нас с помощью ЭМИ, а затем высадить войска и уничтожить наш народ. Россия просто хочет уничтожить нас; Китай хочет уничтожить нашу политическую власть и навсегда оставить в прошлом.
— Все наши военные силы, размещенные вне зоны действия ЭМИ, сконцентрировались на Ближнем Востоке. Мы стерли Иран с лица земли. Весь мир пострадал. Никто официально не назвал это Третьей мировой войной, но роза — это роза как ее не назови.
— Или дымящаяся куча коровьего навоза, — проворчал Лиам.
— И это тоже. — Гамильтон снова пожал плечами. — К сожалению, у меня нет больше подробностей, кроме этого.
Ханна покачала головой, не находя слов. Несколько минут никто не разговаривал.
— Мы побеждаем? — спросил Бишоп.
— Мы победим, — серьезно ответил Гамильтон, в его голосе не слышалось ни радости, ни удовлетворения, — но какой ценой?
Лиам представил себе целую страну, разрушенную ядерными боеголовками — города превратились в руины, автомобили расплавились, миллионы тел сгорели в одно мгновение. Полное уничтожение во время войны за Америку, происходящее на другом континенте.
Повсюду страдали люди.
— Мы уже заплатили, — произнес Лиам.
— Ты прав. — Гамильтон снова посмотрел на часы. — Я скоро снова зайду. Оказывается, чтобы Мичиган не заполонили бандиты, нужно работать полный рабочий день. Кто бы мог подумать?
Бишоп пожал руку Гамильтону.
— Спасибо за все, что ты сделал, Чарли.
Гамильтон кивнул. Он подмигнул Шарлотте и отдал честь Лиаму.
— Будьте бдительны, друзья.
— Всегда, — ответил Лиам.
Бишоп проводил подполковника.
Когда они ушли, Ханна повернулась к Лиаму.
— Что ты думаешь? О том, что там происходит.
— Так было всегда, — просто сказал он. — Те, у кого есть власть, борются за большее, уничтожая невинных в процессе. Это происходит везде — в Венесуэле, Ираке, Сирии. Наша задача — выжить здесь и сейчас, перехитрить и пересилить врагов у двери, а не за океаном. Наши военные справятся с ними, в этом я не сомневаюсь.
— Ты прав. — Ханна наклонилась к нему, в ее взгляде светилась сила. — Наш мир здесь. Все здесь. Все, что имеет значение.
Лиам не отвел взгляд.
— Я знаю.
Глава 75
День сто двадцать третий