Холод

– А как же этика? Вы можете потерять работу.
– Это только если Вы действительно совершили то, в чем Вас обвиняют. – Джон замолкает и внимательно всматривается в моё лицо, своими карими глазами. – Это так?
– Я этого не делала.
– Хорошо. Если мы докажем, что вы не совершали убийства, то я стану героем. А это мне только на руку. – он мило улыбается мне и указывает рукой куда нужно идти.
Джон подводит меня к припаркованному форду, и мы садимся в машину. В полной тишине едем по шумным улицам центра города. Примерно через пятнадцать минут останавливаемся возле небольшого особняка, и Джон говорит:
– Это мой дом. Сейчас мы зайдем внутрь, Вы примите душ, а после всё мне расскажите.
– Хорошо.
– Только правду, Рейчел. Иначе я не смогу Вам помочь.
Я просто киваю в ответ.
Спустя некоторое время после того, как я приняла поистине идеальный, долгожданный и умопомрачительный душ, мы сидим на небольшом диване в гостиной и разговариваем. Я рассказала Джону всё, начиная с того момента, как попала в мотель "Моя Рози". Он внимательно слушал меня и изредка задавал уточняющие вопросы. Он даже ни разу не посмеялся, не закатил глаза над тем, что я видела, как сын мэра Тони Аллен "заморозил" девушку одним лишь взглядом или дыханием. В голове я уже свыклась с мыслью, что это действительно случилось, но стоит это произнести вслух… в общем, я не удивлюсь, если Джон решит, что я сумасшедшая.
Но он молча сидит и смотрит на меня немигающим взглядом. Что он пытается разглядеть на моём лице? Я не до конца смыла с себя кровь? У меня выросли уши как у кролика? Почему он так странно смотрит? Не выдерживаю эту "войну" взглядов и спрашиваю:
– Что не так? Вы мне не верите? – и с замиранием сердца жду его ответ.
– Я… Рейчел, Вы же понимаете, как это звучит? – осторожно начинает он.
– Понимаю.
– Но я не думаю, что вы глупы. И я склоняюсь к тому, что если бы Вы решили солгать, то выбрали бы любую другую историю.
– Звучит, вроде, логично. – неуверенно соглашаюсь я.
– Вот именно. Может ещё чаю? – спрашивает Джон и кивает головой на пустую кружку, которая находится у меня в руках.
– Не откажусь.
Хозяин дома встает и забирает кружку, и в этот момент наши пальцы соприкасаются, и я сама не понимая почему, но отдергиваю руку, словно он обжег меня. Мы оба тактично делаем вид, что ничего не произошло, и я не повела себя как идиотка. Как только шаги Джона стихают в районе кухни, я могу позволить дать себе по лбу.
"Боже, Рейчел, ты не первый раз в жизни находишься наедине с красивым мужчиной. И с каких это пор ты стала скромнягой?" – я только что мысленно обратилась к себе, как к постороннему человеку, может я и правда неуравновешенная? И всё, что я видела в мотеле – это ничто иное, как разыгравшийся больной мозг? Что, если я действительно убила девушку? Как сумасшедший может понять, что он сумасшедший? Я думаю, каждый считает себя уравновешенным. Как я, например.
Нужно узнать у Джона, как именно убили девушку. Встаю с дивана и ещё сильнее запахиваю на себе мужской халат коричневого цвета. Делаю шаг в сторону кухни. Но замираю на месте.
Что-то не так.
Тишина.
Ни единого звука не разносится в доме.
Это подозрительно.
Я окончательно стала параноиком.
Поднимаю полы халата и медленно, шаг за шагом ступаю по ламинату в сторону кухни. По-прежнему тишина. Передо мной дверь, протягиваю руку и тихо дюйм за дюймом открываю её. Сердце разгоняется, но я продолжаю отворять дверь. Готово. Переступаю порог и вижу, что две чашки стоят на столе, но Джона на кухне нет.
Так, так, так. Куда он делся? Как только я оказываюсь на середине кухни, то тут же нахожу глазами дверь на улицу. Она наполовину стеклянная, точнее верхняя её часть из стекла, а нижняя из серебристого металла.
Именно там и стоит Джон. Он с кем-то разговаривает по телефону, при виде меня Джон машет рукой и слегка улыбается. Кстати, улыбка у него что надо.
Фух.
Облегчение накрыло меня такой мощной волной, что если бы не стол, за который я сейчас держусь рукой, меня бы смыло в океан панической атаки.
 
После пары раз счета до десяти и обратно я наливаю нам свежий чай и отправляюсь обратно в гостиную. Вот же паникерша. Подхожу к дивану, на котором мы ранее сидели и ставлю чашки на маленький журнальный столик, сажусь на своё место и жду Джона. Пора выдохнуть и немного расслабиться, иначе я рискую сделать глупость. А сейчас это последнее, что я могу себе позволить.
– Предпочитаю кофе. – доносится до меня тихий, но уверенный голос брюнета из темной части комнаты.
 
4. Мистер "Киллер"
 
Рейчел.
И вот, спустя шесть часов я сижу в совершенно другом доме, в абсолютно иной гостиной. Но на мне по-прежнему надет огромный коричневый мужской халат, который принадлежит Джону. Я настолько сильно измотана, что сейчас мне совершенно плевать, где я и с кем. Я просто безумно хочу спать, веки опускаются помимо моей воли.
Тем временем воспоминания уносят меня в дом Джона. Это было… страшно и нелепо. Я словно попала в дешевый триллер. Как только я узнала, что брюнет нашел меня, пробрался в дом и ведет себя, словно он хозяин вселенной, не успела я опомниться, открылась дверь кухни, и в гостиную вошел Джон, его лицо в одну секунду изменилось. Сначала оно было спокойным и умиротворённым, а потом напряженным и даже немного злым. Он в одно мгновение выхватил свой пистолет из-за пояса и направил его на брюнета, но стоило мне перевести взгляд на непрошенного гостя, я увидела, как его рука всё в той же черной кожаной перчатке сжимает рукоять такого же оружия. Только пистолет направлен не на Джона, а на меня. Его спокойный и холодный голос до сих пор пробирает меня до дрожи: "Опусти пистолет, иначе её мозги разлетятся по твоей гостиной". Он сказал это и просто ждал, я видела, как Джон засомневался. Он боялся за меня, совершенно незнакомого ему человека, и в следующую секунду за него беспокоилась уже я.
– Ты, – обратился ко мне брюнет. – Выходишь за дверь и садишься в мою машину, как она выглядит ты знаешь.
– А если нет? – со страхом в голосе спросила я.
– Если нет, то я пристрелю его. Потом поеду к твоему брату и сделаю то же самое с ним. Дальше отправлюсь к твоей приемной матери и направлю пистолет четко ей между глаз. Следом найду твою…
– Я поняла, поняла. – говоря это, я ненавижу и боюсь его всей душой. Оборачиваюсь к Джону и с сожалением смотрю на него. – Прости меня за то, что втянула тебя в это.
– Не говори глупостей. Ты меня никуда не втягивала. – говорит Джон, не сводя взгляда с брюнета.
– На выход. – холодный голос заставляет меня поёжиться. Босая, только в одном лишь халате направилась к двери.
– Рейчел? – доносится голос Джона, но я не оборачиваюсь, а просто продолжаю двигаться вперед. – Я найду тебя.
Это последние слова, которые он мне сказал. И что-то внутри меня кольнуло в самую душу. Он не должен этого делать. Я боюсь, до добра это не доведет. Джон был действительно добр ко мне, и это удивительно, но всего лишь за один вечер он стал для меня спасением. Ведь он поверил моим словам, не усомнился даже там, где сомневалась я сама.
Как только я села в машину, мой преследователь тут же занял водительское сидение, мы плавно выехали на дорогу и смешались с небольшим потоком машин. Я бросила последний взгляд на дом Джона и увидела его на крыльце. Отвернулась и подавила в себе желание заплакать. Ненавижу слезы, они показывают слабость и беспомощность, а я не такая. По крайней мере надеюсь на это.
Мы ехали очень долго и единственное, что мне сказал мой похититель: "Никогда больше так не делай, это в твоих же интересах". Что именно он имел в виду, я не знаю. Не делать чего именно? Не угонять его машину? Не сбегать? Не выполнять его приказов? Я не знаю. Но и уточнять не собираюсь.
Сейчас я сижу в огромной гостиной, на большом диване серого цвета и пытаюсь не уснуть. Брюнет сказал сидеть здесь и не шастать по дому. Ждать, когда он придет.