Романов. Том 8 (СИ)
Переслав копию фотографии в свой личный архив, великий князь Московский поднялся со своего кресла и направился в спальню. День был длинный и весьма нервный, а Емельян Сергеевич уже давно вышел из возраста, когда можно не спать сутками напролет.
* * *Московский особняк князей Романовых. Князь Романов Дмитрий Алексеевич .
Спустившись в столовую на завтрак, я хмыкнул, глядя на Сергея, сидящего за столом со своей невестой.
Дарья Федоровна Андреева беседовала с довольно улыбающейся матушкой. А тем временем Алексей Александрович хмурил брови, читая рабочие отчеты в телефоне.
— Всем доброго утра, — поздоровался я, толкнув двери.
— Утро доброе, Дмитрий Алексеевич, — поприветствовала меня невеста брата.
Сам Сергей лишь кивнул в ответ. А матушка, не отрывая от этой парочки благосклонного взгляда, указала мне на кресло.
— Как прошла встреча с царем? — подняв на меня взгляд, спросил отец.
— Все хорошо, — заверил я, сопровождая слова кивком. — Сегодня еду снова.
Алексей Александрович несколько мгновений смотрел мне в глаза, после чего морщины на лбу разгладились.
— Наконец-то, — выдохнул он.
— Согласен, — поддержал его я. — Будем надеяться, одного дня хватит, чтобы во всем разобраться. Не хотелось бы задерживаться в столице дольше необходимого.
Князь Романов хмыкнул, а ко мне обернулась Ирина Руслановна.
— Дмитрий, почему ты прилетел один? — уточнила матушка. — Для Виктории Львовны нашлось бы место.
Я развел руками.
— У нас хватает и других забот, так что моя невеста сейчас наводит порядок в своем Енисейске. А я, как только закончу дела в Москве, сразу же улечу обратно в Красноярск.
Княгиня неодобрительно покачала головой, впрочем, высказывать свое мнение не стала.
— Мы прокладываем нефтепровод к тебе в Красноярск, — напомнил отец. — Надеюсь, ты успеешь найти достаточно людей для его обслуживания. Я пока что снимаю сотрудников «Руснефти» с других направлений. Но вечно так продолжаться не может.
Я кивнул главе рода.
— Поэтому мы готовимся открыть представительство «Руснефти». Выпускники профильных вузов появляются каждый год, и введение Красноярска в нашу систему добычи и переработки дает им возможность устроиться, — произнес я, после чего уточнил: — Вы ведь не свернули программу поддержки молодых специалистов?
— Она все еще действует, — подтвердил Сергей, отвлекаясь от своей невесты. — Но ты уверен, что на разрушенный Красноярск у вчерашних студентов будет спрос? Все-таки это не самое благополучное княжество. А мы гарантируем своим людям достойную оплату и отличные условия проживания. Сможет ли Красноярск соревноваться с Казанью в этом аспекте?
— Вода камень точит, — отмахнулся я. — Уже к осени княжество преобразится. Так что, отец, ты дашь добро на открытие нового представительства?
Князь не стал отвечать сразу. Все-таки речь идет о серьезном шаге для компании. Открывать убыточные представительства в захолустье — значит, выбрасывать деньги. А кому нужна такая дыра в бюджете?
Немного подумав, он все же кивнул.
— Я вышлю тебе все необходимые документы, — сказал Алексей Александрович. — Подготовишь все условия, и «Руснефть» поселится в Красноярске на постоянной основе. Пока что, извини за прямоту, Дмитрий, но моим людям придется жить практически на улице. Это не тот уровень, который может считаться приемлемым для нашей компании.
Я не стал спорить.
«Руснефть» — одна из богатейших и престижнейших компаний в Русском царстве. Ее сотрудники действительно не могут себе позволить жить в хлеву. Необходим определенный уровень жизни в княжестве, чтобы открыть там немаленькое управление, в котором будет сидеть пара бригадиров, а полноценное представительство с полноценным филиалом.
— Спасибо, отец.
— Пока что не за что, сын, — ответил тот с улыбкой.
Закончив завтрак, я распрощался с семьей и отправился в Кремль. Нужно отчитаться государю о том, что я узнал в архиве и получить в свои руки секретные лаборатории. Раз уж они станут работать на меня лично, то и большую часть рутины я могу сбросить на них.
О том, какие проекты переложить на плечи царских исполнителей, я уже подумал. Мелочи вроде лазера, который я усовершенствовал в стенах лаборатории Царского Государственного Университета, теперь можно поручить другим людям. А самому заняться новой версией нейроинтерфейса.
На основе данных Стремнева я уже вчерне представляю, как сделать чип, который не отнимет у меня дар и при этом позволит обходиться без линз и прочих костылей, а взаимодействовать с «Оракулом» напрямую.
Главное, чтобы Михаил II сумел правильно объяснить своим ученым, почему они из передовых специалистов будут переквалифицированы в помощников князя, которому еще и двадцати-то нет.
Искусственный интеллект выдал на линзу сообщение тревожного красного цвета. А в наушнике произнес его же голосом Кристины.
— Князь, не могу установить связь с боярышней Морозовой.
Глава 24
Немногим ранее. Трасса Красноярск—Енисейск .
Виктория Львовна откинулась на сидении и прикрыла глаза. Трудиться в новом качестве градоправителя было для боярышни не так уж и легко. Ответственность за жизни тысяч людей всегда давила на подсознание, напоминая о последствиях ошибочных решений.
Как в случае с Красовским. Петр Григорьевич заслуживал куда более строгого наказания, чем то, что выбрала для него Морозова. И урок, который преподал ей Дмитрий Алексеевич, пришелся весьма кстати. Больше таких скоропалительных решений будущая княгиня не допускала.
— Время в пути два часа, Виктория Львовна, — произнес охранник из числа приставленных Романовым бойцов. — Вы можете отдохнуть. В правом кармане уложен плед и мягкая подушка.
— Спасибо, Сергей, — ответила боярышня, не открывая глаз, но на ее губах появилась улыбка.
Было немного странно, что люди Дмитрия оберегали его невесту, словно Виктория была хрустальной. И за этой заботой совсем не чувствовалось желания угодить князю, да и по лицам было видно, что к ней относятся действительно именно так, как показывают.
И хотя Виктория поделилась с женихом страхами своих подданных, которые сильно опасались солдат Романовых, она прекрасно понимала, что эти люди готовы сражаться за нее до последней капли крови. Не так уж и давно это показалось бы невозможным, однако теперь с каждым днем Морозова все больше расслаблялась в окружении охраны. И хотя она пока что еще не стала Романовой, она уже прониклась к этим бойцам симпатией.
— Боярышня, пригнитесь.
Голос Сергея, ведущего машину, сразу же встревожил Викторию. Она распахнула глаза, взывая к силе...
Время будто замедлилось.
Морозова видела, как резко повернул головной автомобиль, вставая перпендикулярно дорожному полотну. Увидела вспышки выстрелов — охрана уже вступила в бой с неизвестным противником.
Сергей опустил забрало брони и повернул руль, намереваясь развернуться.
Первые вражеские пули заколотили в головной внедорожник.
— Глушат всю связь, — предупредил Сергей, не оборачиваясь к Виктории. — Пригнитесь! Пригнитесь!
Выдохнув, Морозова легла на сидение и зажмурила глаза. Машины хорошо защищены, добраться до сидящих внутри непросто. А у нее единственной есть дар.
Сосредоточиться удалось не сразу, все-таки волнение давило. Но с четвертой попытки боярышня выдохнула облачко пара.
Стихия ответила.
Впереди, где отстреливался головной автомобиль, шесть человек с тяжелым оружием. Морозова ощущала врагов пустым местом и не могла повлиять на них напрямую.
Защита от магии.
В другое время она бы растерялась, однако опыт общения с Дмитрием сделал свое дело. Раз нельзя повлиять на сам объект напрямую, нужно действовать опосредованно.
И Виктория применила первую технику.
Ледяной кол вырвался из кювета, потянулся, расширяясь в стену крепкого льда.