Книга о бесценной субстанции
– Помнишь нашего лос-анджелесского преследователя? Так вот, я его поймал! В Париже. Думаю, этот тип работает на Хейбера. Он хотел меня убить. А потом забрать книгу и деньги. Я гулял по улице, а он шел за мной по пятам. К счастью, мне удалось его скрутить и притащить сюда. Он давно за нами следит!
– Но как?..
Возможно, Лукас говорил правду, но я почему-то ему не верила. Что-то здесь не сходилось. Если б кто-то хотел нас убить, у него была отличная возможность сделать это прошлой ночью.
Лукас выглядел как-то иначе. Лицо его словно преобразилось: глаза запали, подбородок выдвинулся вперед. Или мне это только мерещилось?..
– Лили! – Его голос звучал резко и сердито. – Он хотел нас убить! Обоих. А потом забрать книгу.
– Тогда нужно позвонить в полицию, – сказала я как можно спокойнее.
– Или… Или…
Лукас смотрел на меня большими умоляющими глазами. У меня подкосились колени. Я прекрасно понимала, что он имеет в виду.
– Нет! Сколько можно повторять? Я не стану этого делать.
– Но ведь этот человек собирался нас убить. Он преступник!
– Ну и что? Это еще не повод брать грех на душу!.. Зачем ты принес сюда книгу?
Подойдя ближе, Лукас хотел меня обнять, но я отшатнулась.
– Представь, какой могла бы быть наша жизнь, – продолжил он, словно не замечая моего вопроса. – Такой, как в прошедшие пару недель. Только еще лучше. Гораздо лучше! Мы могли бы прожить так до конца своих дней.
– Мы уже получили кучу денег.
– Деньги еще не всё, – возразил Лукас. – Представь, какие возможности нам дала бы неограниченная власть! – Заметив отвращение на моем лице, он поспешил добавить: – Сколько добра мы могли бы сделать!
– Да уж, – съязвила я. – Правда, сначала придется лишить жизни другого человека – что может быть чудовищнее? И все это ради эгоистичных амбиций!
– При чем здесь эгоизм? Он собирался нас убить!
Тут я заметила кое-что на столе. Нож. Большой кухонный нож с длинным и острым лезвием. Где и когда Лукас успел его раздобыть?.. Выходит, он заранее все спланировал.
На полу по другую сторону от стола был расстелен прозрачный водонепроницаемый тент.
– Предлагаешь хладнокровно его зарезать? Как Шаймена?.. Это ведь ты его убил.
Он скривился, как от неприятного запаха, и на мгновение вновь стал прежним Лукасом – милым и обаятельным. Только чуть более грустным. Постаревшим.
– Не говори ерунды. Как ты могла такое подумать?! – Неожиданно замолчал с выражением растерянности на лице. – Черт! Все так запуталось. Неужели я… Нет, это невозможно! Лили, ты же меня знаешь – я бы никогда…
– Как и Адмирала, – продолжала я.
– Нет! – Он затряс головой. – Ты все не так поняла. Кто-то… О боже… Я не знаю, что произошло. Вроде я был там… Черт!.. Не знаю. Я бы не смог. Ни за что!..
Я и сама не была уверена – пока не увидела тент. И нож. У меня и раньше возникали смутные подозрения, но я их решительно отметала. Правда казалась слишком ужасной, чтобы в нее поверить. Как-то Лукас упомянул, что Мастерс хочет баллотироваться в президенты. Однако во время нашей встречи адмирал не говорил ничего подобного. Я постоянно возвращалась к этой мысли, изобретая для Лукаса все новые и новые оправдания: скорее всего, он просто где-то услышал или прочитал о политических амбициях бравого вояки. Только все это было враньем. И, что самое ужасное, – вместо того чтобы разоблачить напарника еще тогда, я фактически дала ему карт-бланш.
Должно быть, в тот вечер Лукас вернулся в дом Мастерса и убил его, избавившись от конкурента в борьбе за книгу. А может, что-то или кто-то заставил его так поступить? Последняя версия нравится мне гораздо больше – ведь Лукас, которого я знала столько лет, вовсе не похож на безумного маньяка. Пусть он не идеален, зато искренне любит жизнь и умеет получать от нее удовольствие. В отличие от этого алчного, обуреваемого страстями монстра. Я и правда склоняюсь к мысли, что настоящий Лукас был обычным человеком – немного легкомысленным, в меру эгоистичным, – который сбился с пути, попав под влияние могущественной темной силы.
Но что если все с точностью до наоборот?.. Что если это и есть его истинное лицо? И книга лишь послужила катализатором морального разложения Лукаса Марксона…
Теперь он вновь напоминал сумасшедшего: горящий взгляд, впалые щеки.
– Лили, неужели ты не понимаешь? Рано или поздно это должно было случиться! Мы обязаны дойти до конца.
Его словно подменили: даже голос звучал неестественно.
– Я же сказала, что не стану участвовать в последнем ритуале!
– Ну хорошо, – раздраженно бросил Лукас. – И что тогда прикажешь делать с запертым в туалете типом – потенциальным вором и убийцей?
– Отпустить. Не думаю, что он действительно собирался нас убивать. Да и в полицию вряд ли пойдет, учитывая его сомнительные методы работы. К тому же особого вреда мы ему пока не причинили.
Лукас упрямо сжал зубы, явно не планируя следовать моему совету.
Не буду врать: при всей своей чудовищности идея завершить все пять этапов казалась заманчивой. С тех пор, как стало известно о содержании книги, такого рода мысли порой приходили мне в голову. Конечно, я никогда не решилась бы на подобное злодеяние! Однако Лукас сильно упрощал задачу. Возможно, это я была спятившей, одержимой демонами психопаткой. Но в тот момент вдруг осознала ясно и отчетливо: мое желание должно исполниться! И пусть весь мир катится в тартарары.
Я выдвинула из-под стола пыльный, скрипучий стул и мягко усадила на него Лукаса. Что-то странное творилось с его лицом: оно менялось ежесекундно, словно отражая происходящую в душе борьбу добра со злом.
– Так, значит… ты в деле? – спросил он.
– В деле.
Да пошло оно все! Я с детства была хорошей девочкой. Надоело! И потом, что значит «быть хорошей»?..
Шагнув ближе, я взобралась к нему на колени. Он заметно расслабился и вздохнул с облегчением.
– Лили, я люблю тебя.
– Знаю. В общем-то, я тебя тоже.
Оседлав Лукаса, я наклонилась и поцеловала его в губы. Он моментально пришел в готовность – мы так часто занимались сексом, что наши тела научились сонастраиваться. Своего рода условный рефлекс по Павлову.
Задрав платье, я сдвинула трусики и начала трогать себя. Лукас торопливо расстегнул молнию на брюках. Я медленно опустилась на него, как только достигла нужной степени возбуждения. Он отклонился назад и застонал.
Досконально изучив его тело, я знала, когда следует ожидать развязки. И за мгновение до кульминации, потянувшись назад, взяла со стола нож. Лукас ничего не видел – мне не хотелось, чтобы он знал. Но в последний момент вдруг открыл глаза.
В нем не осталось ничего от прежнего человека. Книга окончательно завладела им. Лицо исказила кривая ухмылка, почти гримаса. В нем было что-то животное. Дьявольское… Власть неизбежно меняет людей. Обладание ею ни для кого не проходит бесследно.