Книга о бесценной субстанции

Люсьен тут же схватил телефон и начал строчить сообщения. Из ресторана мы поехали к нему на квартиру и выпили еще по бокалу вина. Где-то через час к нам присоединилась самая красивая женщина, которую я когда-либо видела: лет тридцати, с растрепанными русыми волосами и от природы пухлым ртом, обнажавшим чуть крупноватые зубы. Она представилась как Элен – правда, Люсьен заранее предупредил нас, что ее настоящего имени никто не знает. Гостья села и, достав из сумочки элегантную тонкую сигарету, закурила.
А затем поведала, как именно мы заберем книгу у Жан-Мишеля.
– Если б вы оказались французами, то я не стала бы в этом участвовать из опасения быть узнанной. Не хочу лишний раз усложнять себе жизнь. Полагаю, Люсьен уже рассказал, что я тоже писательница. Совпадения – удивительная штука. Моей заветной мечтой было публиковаться в «Папье нуар», одном из издательств Жан-Мишеля. Знаете, я не верю в судьбу. И вообще ни во что не верю, даже в Бога – по-моему, все это чушь.
На заре писательской карьеры я подрабатывала девушкой по вызову, чтобы хоть как-то сводить концы с концами. Никогда этого не стыдилась – да и сейчас не стыжусь. Между прочим, к сексу я абсолютно равнодушна. Ни один клиент не знал о моей истинной профессии – иначе они обязательно попытались бы очернить мое имя. Им только дай повод! Говорят, проституткам платят не за секс, а за то, чтобы они побыстрее убрались вон после оказанной услуги. На самом деле покупателям достается нечто более ценное: украденная частичка чужой жизни, чужой души.
Жан-Мишель был одним из постоянных клиентов. Я наплела ему о себе с три короба – мол, живу в паршивом районе, семьи нет, учусь на парикмахера. Вообще-то он мне даже нравился: умный, интересный, не жадный. Сорил деньгами направо и налево. Но ему не хватало душевной щедрости и доброты – приятным человеком его точно не назовешь.
Мы встречались раз десять-пятнадцать. У месье Флориана был шикарный дом и прекрасная библиотека. Высочайшего качества еда и вино – обычно мне наливали шампанское. Он не скрывал, что увлекается магией. Меня всегда интересовало, что заставляет людей верить в подобную хрень? И каким образом, например, иллюзионисты дурят публику? Поэтому я с удовольствием болтала об этом с Жан-Мишелем.
В сексе я вне конкуренции. Не подумайте, что хвастаюсь, – просто объясняю причины его особого расположения. Единственное, мне не нравится весь этот цирк с переодеванием и ролевыми играми. Зато у меня высокий болевой порог и нет рвотного рефлекса, так что я часто соглашалась зайти чуть дальше, чем другие. Видимо, поэтому он и решил пройти ритуалы из книги именно со мной: думал, я готова на все. И просчитался. Жан-Мишель абсолютно не разбирается в людях – для него они лишь инструмент или препятствие. А значит, их можно только использовать либо устранять. Такая вот философия. Он понятия не имел, что я за человек, хотя и провел со мной десятки часов.
Однажды поздним вечером он позвонил и попросил приехать. В этом не было ничего необычного – из-за непредсказуемого рабочего графика месье Флориан ничего не планировал заранее. Звонил, как только у него появлялось свободное время. Когда я приехала, в доме было темно, и лишь в одной из комнат горели свечи. Меня это не удивило. Вы вообще видели его дом? Огромный, очень современный и абсолютно холодный. Сплошь серые и черные тона. Иногда мы сначала ужинали и пили вино, но в тот вечер сразу приступили к делу. Жан-Мишель сел на кровать, усадив меня сверху. Затем начал трогать, все больше возбуждаясь – ему нравился неторопливый секс без особых изысков – как у обычной семейной пары. Я постепенно раздевалась, освобождаясь от одежды. И вот я остаюсь в одном белье, а Жан-Мишель – в расстегнутой рубашке… Кстати, многие считают его красавчиком – особенно если не знакомы лично.
Внезапно Жан-Мишель останавливает меня и велит встать. При этом у него такой вид, словно он собирается сделать мне подарок. Уж не знаю, с чего он решил, что я приду в восторг от его грязных экспериментов.
Здесь нужно сделать маленькое отступление: в предыдущие несколько раз, когда мы занимались сексом, у него под рукой всегда была эта мерзкая книжонка. Он периодически вскакивал с кровати и бежал втирать в нее пот, сперму и бог знает что еще. Я понятия не имела, зачем ему это надо, да мне и спрашивать не хотелось. Так прошло пять или десять встреч, а потом он просто помешался на…
Она перекинулась с Люсьеном парой фраз на французском, чтобы уточнить термин.
– На сквирте. Это вроде струйного оргазма – его еще называют женской эякуляцией. Только вот со мной такого еще ни разу не случалось. В итоге после нескольких неудачных попыток я просто помочилась ему на руку и изобразила бурный оргазм. Ему и в голову не приходило, что с моей стороны это сплошное притворство. Например, чтобы имитировать возбуждение, я всегда использовала искусственную смазку перед встречей с клиентами. Жан-Мишель принимал все за чистую монету. Он считал себя настоящим экспертом в сексе – владел разными техниками, прекрасно разбирался в анатомии, – однако совершенно не умел доставлять удовольствие. Ну не дано ему!
Так вот, во время предыдущей встречи он помазал страницу из книги моей мочой. А в тот вечер, так и не приступив к делу, взял меня за руку и повел в гостевую комнату в конце коридора. Помню, меня тогда насторожила его улыбка: обычно он вообще не улыбался. Когда мы зашли, я увидела привязанную к кровати длинноволосую девушку с кляпом во рту. Совсем молоденькая, лет девятнадцати. Тоже проститутка. Не спрашивайте, как я догадалась, – у меня наметанный глаз. Девушка выглядела по-настоящему испуганной: такой поворот событий явно не входил в ее планы. Ролевыми играми здесь и не пахло. Это было похищение.
Я постаралась ничем не выдать своего ужаса, чтобы не лишить бедняжку единственного шанса на спасение. Сделала вид, что происходящее меня очень заводит, и стала гладить ее по ногам и лицу. Жан-Мишель пришел в крайнее возбуждение и без умолку нес всякий бред о завершении цикла, власти над миром и силе магии. На прикроватной тумбочке лежала все та же замусоленная книжка, а рядом с ней – дорогой японский кухонный нож.
Продолжая играть роль, я оседлала девушку и начала ласкать себя одной рукой, а другой сжимала ее грудь. Я могла легко дотянуться до ножа, но предпочла дождаться, пока Жан-Мишель усядется в кресло напротив от кровати и достанет свой огромный красный член. Мне вообще никогда не нравилась эта часть мужского тела, но его орган казался особенно омерзительным – вроде жуткого фаршированного червя. Как только он спустил штаны и сосредоточился на своем занятии, я схватила нож, мгновенно перерезала веревки и освободила девушку. Взявшись за руки, мы побежали в спальню, где осталась моя сумочка. Когда я еду к клиенту, то всегда беру оружие – нож или… как это по-английски?.. – Она выставила вперед руку и изобразила жужжащий звук.
– Электрошокер, – подсказала я.
– Точно!.. Жан-Мишель замешкался, в спешке натягивая штаны. Я передала нож девушке, достала электрошокер, схватила сумочку с моим собственным ножом, и мы побежали к выходу. Все заняло не больше пяти минут. Мы были до смерти напуганы. Хорошо еще, что девушка оказалась не дурой и держала рот на замке, даже не пикнув. Нам обеим хотелось жить.