Книга о бесценной субстанции
Светило солнце, мерзлая слякоть таяла под ногами; я посетила две отвратительные выставки картин и одну очень хорошую фотовыставку. На снимках были запечатлены причудливые, волшебные виды Кони-Айленда и Таймс-сквер в пятидесятых.
Я пообедала двумя кусками пиццы и колой в уютном местечке на Восьмой авеню. Не все в жизни меряется деньгами – и нью-йоркская пицца тому подтверждение. После обеда меня стало клонить в сон. Пришлось взять такси и перебраться поближе к месту встречи. Я нашла кафе рядом с магазином Елены и устроилась за столиком с чашкой кофе и книжкой, которую носила с собой, чтобы «почитать в свободное время» – то есть неизвестно когда. Книга не имела отношения к неврологии – это был роман моего старого друга, с которым мы не виделись уже несколько лет. За последние годы общение с большинством друзей сошло на нет. Некоторые начали меня избегать, словно боялись «заразиться» горем и невезением, других я избегала сама, не желая в них разочаровываться. К тому же, находясь среди нормальных людей, я порой чувствовала себя инопланетянкой – чужой, уродливой и говорящей на непонятном языке.
Ровно в четыре я пошла к Елене, прислушиваясь к странным, давно забытым ощущениям в душе. И только открывая дверь магазина, вдруг поняла, что чувствую. Радость. Предвкушение.
Лукас уже был на месте и помогал хозяйке определить происхождение каких-то древних текстов.
– Как я сама не догадалась! – восхитилась Елена. Подняв глаза, она заметила меня. – Лили, да он просто ходячая энциклопедия!
Лукас улыбнулся. Он выглядел счастливым и взволнованным, в глазах его светилось недвусмысленное желание. Неужели мое присутствие так на него влияло? От этой мысли меня бросило в жар. Не помню, чтобы мне в последнее время удавалось кого-то осчастливить. Разве что одну из сиделок, устроив ей неожиданный выходной…
На один пьянящий миг Лукас приобнял меня за талию. Мы стояли у прилавка, перед застекленным стеллажом с первыми изданиями. Возможно, Елена заметила проскочившую между нами искру, но вида не подала. Она отложила в сторону распечатанные тексты и довольно улыбнулась, собираясь порадовать нас добытой информацией.
– Я поговорила с Арчи.
Оказалось, у Шаймена и мужа Елены были кое-какие общие клиенты: преклонного возраста толстосумы, которые скупали первые издания биографий Черчилля и старинные карты.
– По словам Арчи, половина из них серьезно увлекаются магическими практиками, – она недоуменно подняла брови. – Высокопоставленные военные и крупные бизнесмены покупают книги основателя сатанизма Антона Лавея [20] или писателя-оккультиста Мэнли Холла [21]. Однако лишь немногие из них имеют не только интерес, но и…
– Деньги! – прогремел мужской голос.
Мы разом обернулись: Арчи спускался по лестнице, ведущей в их квартиру на верхнем этаже.
– Они хотят править миром. Как только им удается сколотить состояние, они начинают трястись за свои денежки. Но еще больше боятся потерять власть – настолько, что готовы использовать «волшебные» талисманы или обращаться за помощью к колдунам и астрологам. Немало представителей сильных мира сего с юных лет являются адептами черной магии. И не сомневаются, что обязаны своим успехом Пану, Люциферу или ангелам-хранителям.
Мы слушали как завороженные. Арчи был гораздо старше жены и почти на две головы ниже. Он ходил, опираясь на трость с набалдашником в виде кроличьей головы, и внешне чем-то напоминал эльфа с седыми волосами и длинным острым носом.
– Насколько я понял, вы ищете «Книгу о бесценной субстанции». Это большая редкость. Существует всего два экземпляра.
– Как два? – удивилась я.
– Нам говорили о трех, – добавил Лукас. Мы переглянулись.
– Ваш источник наверняка не знал о пожаре, – пояснил Арчи. – Ужасная трагедия. Третья копия, хранившаяся у коллекционера из Голландии Йохана ван Вельта, сгинула в огне полгода назад.
– Неужели все его книги погибли? – спросил Лукас.
– Кто такой ван Вельт? – вставила я.
– Пожар случился не в библиотеке. А что до вашего вопроса, – Арчи повернулся ко мне, – Йохану ван Вельту принадлежит бо́льшая часть европейских телеканалов, восемьдесят процентов радиостанций и половина кинотеатров. Он коллекционирует книги по военной и оккультной тематике, а также по журналистике. Пару лет назад приобрел копию «Бесценной субстанции» за полмиллиона долларов. Кстати, неплохая цена. Купил ее у одного музыканта, чье имя я не вправе раскрывать. Звезда рок-н-ролла. Я курировал сделку. Как вы знаете, некоторые клиенты превыше всего ценят конфиденциальность. Другие же, напротив, любят похвастаться. Как ван Вельт.
Елена смотрела на мужа влюбленными, полными гордости глазами. В их семейной жизни определенно были любовь, поддержка, а в перспективе – счастливая совместная старость и забота друг о друге… «Да пошли они!» – мелькнула неожиданная мысль. Я совершенно не желала им зла. Просто завидовала.
– Так где конкретно произошел пожар? – не унимался Лукас.
– В храме, – ответил Арчи. – Йохан как раз из тех, кто с юных лет увлекается магией и верит в ее могущество. Считает, что только благодаря «темной сути вещей» достиг успеха, и поэтому хранит верность идеям оккультизма. Некоторые называют эту сущность «Сатаной» или «Хаосом». Ван Вельт именует ее «Тьмой». Он и ему подобные уверены, что можно познать темную силу, подружиться с ней и использовать в своих целях. Однако есть определенные правила – они перечислены в книге Ллевелина [22], которая продается в магазинчике на углу. Как только заключишь сделку – назад пути нет. Контракт с дьяволом и демонами разорвать нельзя! Это вам не современный брачный договор.
Арчи засмеялся. Я последовала его примеру, делая вид, что ни на минуту не поверила в подобную ерунду. И не готовилась вступить в дьявольский союз, из которого не было выхода.
– Йохан переехал на Крит, чтобы устроить там святилище Тьмы. Согласно легенде, на острове находится вход в преисподнюю. Некий портал. Ван Вельт купил заброшенную церковь и превратил ее в храм мерзости. Он привез с собой две книги: Библию – чтобы осквернять ее своими экскрементами, присягая таким образом на верность темным силам, – и «Книгу о бесценной субстанции». Полагаю, вы уже знаете, в чем ее суть. Слышали о ритуалах? О субстанциях?