Сопротивляйся, меня заводит!

– Сама тут полы протрешь! – заявил с довольной улыбкой. – Как никак, спасение жизни – это мужское, а уборка – чисто женское занятие. Можешь прямо сейчас нагнуться и продемонстрировать мне свой тугой орешек, а я полюбуюсь, какие у тебя трусики… мокрые. Нет, бля, до самой задницы… – почмокал губами. – Мокрющие!
– Убирайся!
Меня затрясло от гнева.
– До скорого! Будь уверена, я свое возьму! – пригрозил и вышел. – А пока трахни свою киску пальчиками, уверен, ты знаешь, как это делается! И думать ты будешь обо мне!
* * *
Якуб
Кто ходит в гости по утрам, тот поступает мудро…
С этой мыслью я натянул на себя лучшую рубашку, новые плавки и любимые джинсы. Массивные часы на запястье. Счастливые часов не наблюдают, и я обычно из их числа, но сегодня захотелось выглядеть как-то солиднее. Весомее.
Немного поразмышляв над тем, как складывалась охота за Пчелкой, я подумал: бля, ну кретин же! Бабы что любят? Секс. Вне всяких сомнений. А еще они любят быть уверенными в мужиках. В ситуации Пчелки, когда на хвосте висят коллекторы, это самое необходимое.
С сексуальной стороны я провел презентацию на утро. Прощупал контакт, продемонстрировал орудие, с которым Пчелке придется иметь дело… Все тип-топ, в сексе пошло бы как по маслу.
Но женщины устроены чуточку сложнее, чем мужики. У них секс начинается еще в голове. И даже если он начался не с головы, а прямиком с вагины, то обязательно наступит миг, когда в дело включится еще и мудреная китайская грамота, под названием женская логика. И тут уже хошь-не хошь, а перед бабой извернуться придется! Иначе придется драть насухую, а в этом никакого кайфа для обеих сторон.
Факт.
Главная проблема Пчелки – коллекторы и куча долгов. Я еще не успел узнать, когда Пчелка умудрилась таких долгов насобирать, но обязательно выясню! Пока же я был намерен продемонстрировать свою финансовую состоятельность. Не все по шмоткам бренды просекают. Часы, кольца, дорогие тачки – такой кич намного красноречивее!
Поэтому я надел лучшую рубашку, самые дорогие часы и здоровенное кольцо-печатку, облился парфюмом тщательнее, чем обычно, выбрал из ключницы брелок самого дорогого внедорожника и только после этого покинул пределы городской квартиры.
Настроение было приподнятое. Я был уверен, что шок от вчерашнего у Пчелки схлынул, и она выслушает мое предложение.
Предложение – простое и элегантное! Все гениальное – просто.
Я ей проблемы решаю, а она мне составляет приятную компанию на некоторый срок. На какой – еще не определился. Обычно мне нескольких встреч, максимум недели, хватало, чтобы бабой пресытиться. Но сейчас я даже не мог представить, сколько и как часто Пчелке придется сосать за вынужденный простой в интимном плане. Как отрубило, член на других вставать отказывался. Но стоило о Пчелке подумать, как ствол стартовала концом в небо, начинал давить на ширинку, а еще больше – на мысли, вынуждая шестеренки вращаться только на одну тему: как заполучить эту девушку в свое пользование.
Много. Горячо. Долго.
Я уже мысленно поставил Пчелку в позу и имел с оттяжкой, а в реальности пока только колесил в ее направлении. Сам себе удивился, мог бы пехнуть эту дамочку еще вчера, когда она была немного выпившая и в состоянии стресса. Но мне захотелось, чтобы эта строптивая девица, посмевшая отказать мне, когда сама текла, занялась со мной сексом по своему желанию! Без дополнительных расслабляющих веществ и давления ситуации.
Я только единственный вид давления хотел использовать – давление на ее миленькую головку ладонью, когда она станет отсасывать мне. Начну с ее ротика – ругливого, соблазнительного, глубокого ротика. Маленький, но с пухлыми губками. Представил, как сильно эти губки натянутся вокруг рабочего инструмента, как слюнки потекут по подбородку… Аррр… Пришлось поправлять стояк через джинсы и поменять положение, чтобы не давило на клапан!
* * *
Итак, я на месте.
Осмотрел себя в зеркало – хорош, но зачем-то забросил в рот мятную жвачку, поправил волосы пятерней и немного пригладил бороду.
 
Вылез из машины, повесил брелок на палец и прошествовал к подъезду. Машину нарочно поставил так, чтобы ее было видно из окна квартиры Пчелки. Пусть знает, что я деньгами не обделен, как и всем остальным, что хотят видеть в мужиках.
Про член, рвущийся в бой, вообще лучше умолчать. Но он не желал умолкать, напротив, к концу приливала кровь все сильнее и сильнее.
Постучал по двери деликатно. Замок уже через секунду начал щелкать. Щелк-щелк-щелк. И каждый щелчок – как удар шпорами в бок жеребца, который уже на взводе.
Пар повалил из ноздрей, тело напряглось!
Я был готов рвануть дверь в сторону и даже забыл о презентации собственной состоятельности. Обо всем забыл, в дикаря превратился, которому хотелось только одного – спариться с самочкой! Бля, озверел!
Дверь распахнулась. Цепочка не была натянута. И… в дверном проеме была не она – не моя Пчелка Жу-жу.
– Вы к кому? – спросила женщина с лицом, напоминавшем крысиную мордочку.
– Хочу увидеть Мию Манцевич!
Девичья фамилия у нее звонкая, манкая, я бы даже сказал. Добрынина – ей не подходит. Ваапще!
– Мию Добрынину? – уточнила женщина. – Клиент, что ли?
– Какой клиент?
Дверь приоткрылась чуть-чуть шире. Женщина выставила руки по бокам.
– Будто не знаете, какие клиенты бывают! – сощурилась ехидно. – Не живет здесь больше ваша Мия! – заклекотала возмущенно. – Как я сразу не догадалась, что она проститутка! Имя самое, что ни на есть, проститутошное! Так вот, ваша жрица любви больше не проживает по этому адресу, можете так и передать своим… товарищам и всем прочим клиентам! Эта квартира снова стала приличной, и никакого разврата я не потерплю!
– Ты хозяйка хаты, что ли? – догадался я.
– На «вы»! Но да, я хозяйка. Всего вам хоро…
Она хотела закрыть дверь. Но я был большой мастер, как этого не допустить и тушей втиснулся в дверь. Бабища испуганно засверкала глазенками и прикрыла грудь руками:
– Не смейте меня насиловать! – выдала.
– Кого ты проституткой назвала, Шапокляк? – спросил тихо, но грозно. – За клевету знаешь, что бывает?
– Я сама слышала, как ее старуха говорила, что она мужиков водит и предложения неприличные…
Я был готов поставить, что старуха имела в виду меня. Но все же неприятные нотки ревности подняли голову и начали сердито поглядывать по сторонам.
– Сама видела?
– Нет-нет, – затрясла головой с жидким пучком.
– Соседи видели?
– Соседи пожаловались, что в подъезде два дня назад под дверью кто-то прямо о том самом трубил во всю глотку… Под этой самой дверью.
Я расправил плечи. Все-таки, речь шла обо мне!
– А еще…
– Рот на замок! Подумай вот о чем, куда съехала Мия? Подумай хорошенько, прежде чем отвечать. Иначе…
– Я не знаю, – пискнула. – Я не интересовалась! У меня вообще на сегодня запланирована уборка с хлоркой после этой прости… Девушки! – исправилась визгливым голосом. – Девушки с болезной бабкой! Всю спальню провоняла…
– Куда Мия съехала?
– Не знаю!
Я нахмурился, хозяйка квартиры задрожала еще сильнее, а потом выдала:
– Бабку Мия сдала в дом престарелых. Соседи видели, как ее забирали. Муниципальное заведение, на Горловке. Там всего один дом престарелых, не ошибетесь. Все?
– Все, – кивнул. – Впрочем, нет. Не все!
Я вынул жвачку и прилепил на лоб хабалке. Ее глаза чуть не вывалились из орбит. Такого она точно не ожидала.
– А это… Что… Это зачем?
– Сами подумайте. Без причины девушку проституткой обозвали? Обозвали. Нехорошо. Считайте, кармический плевок прилетел вам обратно. Прямиком в лоб. Как предупреждение. Пока простое предупреждение.
 
Глава 7
 
Якуб
Муниципальные заведения – как филиал ада на земле. Убогое, кривое, с осыпавшейся штукатуркой, застоявшейся вонью капусты и тетками-надзирательницами. Может быть, и есть ангелы в подобных местах, но про дом престарелых на Горловке они явно не слышали и, даже если слышали что-то, то предпочли заткнуть уши берушами.