Пылающая душа (СИ)

— Но как? – наконец произносит он и проводит рукой по  идеально уложенным, светлым волосам и они рассыпаются. Одна непослушная прядь даже падает на лоб, перечеркивая его, словно шрам. Давненько мне не доводилось видеть Кэвина настолько дезориентированным. Это забавляет. Да уж, я сама себя не ожидала увидеть живой. Что уж говорить о моих друзьях и знакомых. Но я не спешу объяснять ситуацию, даю ему возможность немного переварить то, что он видит. У меня есть время. Позволяю парню прийти в себя и осознать, я еще жива и со мной придется считаться.
— Эль… — отмахиваюсь я, раздраженно, одним словом объясняя свою ситуацию. Я бы вообще ничего объяснять не стала, но на лице Кэвина непередаваемо выражение. Я понимаю, пока парень не уложит у себя в голове то, что я жива, говорить о действительно важных вещах не получится. Но я пришла не затем, чтобы рассказывать о том, как докатилась до такого существования. И уж точно не Кэвину. 
— Почему он не сказал нам? – парень сглатывает. – Мы ведь переживали, хоронили тебя, оплакивали…
— Потому что Эль идиот. – Я пожимаю плечами. Даже врать не приходится.  – Думал, что я радостно сбегу с ним навстречу счастливой жизни. Вообще, меня окружает очень много идиотов, больше, чем мне бы того хотелось.
— Действительно, идиот. — Мне сложно определить, к чему относится высказывание Кэвина. К первой части моей прочувствованной речи или ко второй.
Кэвин насторожен, и я его понимаю. Ведьма-вампир  — существо редкое и крайне опасное. А уж злая ведьма-вампир… правда, о том, что я злая, он пока не знает. Но это пока. Я никогда не умела долго маскировать свои порывы.
— Но отвлечемся от моего образа. – Я меняю тему. — Я теперь такая. С этим ничего не поделаешь, придется приспосабливаться. Эль не спросил,  хочу ли я превратиться в опасного для окружающих монстра, но что сделано, то сделано.
— И зачем ты пришла? – интересуется Кэвин и под моим насмешливым взглядом тушуется и подходит почти вплотную. Зря. Наивный мальчик, уверовавший в свой ум и своб безнаказанность. Но я не прощаю. Не такое.
Кевин еще не осознал до конца, что я такое? Зря.
— Прости, не так сформулировал. – Он снова жестом знакомым с детства взъерошивает волосы и смотрит на меня, как побитый щенок. - Я конечно, рад, что ты жива. Но ведь не просто так ты пришла сейчас тайно и ко мне. Если бы хотела похвастаться своим воскрешением, то явилась бы через парадную дверь, как ты любишь с огоньком, чтобы все видели и прониклись моментом.
Не могу сдержать усмешку, мы все слишком хорошо друг друга знаем. Как вышло так, что среди нас – таких родных друг другу периодически появляются предатели.
Кэвин плюхается на свою кровать и смотрит на меня. Закусывает губу, и я невольно отмечаю, что парень стал красивым. Его красота не такая утонченная, как красота Эля. Он проигрывает Блэкфлаю в брутальности, но открытое лицо, упрямый подбородок и соломенные волосы производят впечатление. Демонов вампирий ген, я, что, теперь буду оценивать любую особь противоположного пола как сексуальный объект? Оно мне зачем? Впрочем, Кэвина я оценила раньше. Возможно, поэтому, став вампиром, смотрю на него заинтересованнее, чем хотелось бы. К тому же, сегодня получила только кровь. Эля оттолкнула, а желание никуда не делось.
Восемь лет назад 
Моя жизнь разрушена и это больно. Столько усилий насмарку, а еще совершенно неприятное ощущение. Я чувствую себя идиоткой и неудачницей. Я поняла это вчера вечером, когда зашла ночью в кабинет Блэкфлая с надуманной просьбой и увидела на его столе рыжую девицу. Красивую, взрослую и почти голую. 
Закусываю губу и пытаюсь изгнать засевший в памяти образ. Девица на столе магистра изгибается призывно, как кошка, а Мрак вжимается в нее бедрами. Я успеваю сбежать, прежде чем меня замечают. Впрочем, парочка так увлечена друг другом, что подойди я вплотную, наверное,  на меня не обратили бы внимания, словно я невидимка. Именно такой, получается, я и была для него все это время? Пока я ловила редкие взгляды, пока мечтала о том, как это быть с ним, пока строила планы… он просто не замечал, что существую. Мне сложно в это поверить. Мое эго не способно вынести такой удар. 
 
Я сбегаю и прячусь на чердаке. Там холодно, шуршат под крышей летучие мыши, но зато никого нет, и я могу пореветь вволю, чего не позволяла себе с малых лет. Значит… значит, все я себе нафантазировала? 
Он, действительно, не видит меня, как и других учениц? Я для него лишь ребенок, иногда слишком настырный? Одна из многих? И как я должна находиться рядом,  работать, десять лет служить, выполняя поручения, если для него являюсь пустым местом? Готовить кофе вот таким вот временным подружкам магистра, разложенным среди бумаг? Которые, я же буду приносить на подпись? Нет уж! Я не могу! Не готова! Я не хочу оставаться рядом с ним. Злюсь, впервые настолько сильно, что разум отступает. Всегда взвешенная и рациональная я впервые в жизни принимаю решение настолько импульсивное, которое может поменять мою судьбу. Понимаю, что не в лучшую сторону. Но тогда мне кажется, что другого выхода просто нет. 
От меня подобного не ожидает никто. Мне верят, меня не стерегут, и я знаю, что если захочу, сбегу без проблем. Но перед этим мне нужно еще кое-что сделать. И я не знаю, какая из частей моего плана глупее. На это решиться сложнее, чем на побег, но почему-то мне важно поставить точку. И только после этого начать взрослую, самостоятельную жизнь. 
К Кэвину я иду на следующий день, точнее, вечер, когда замок постепенно засыпает после отбоя. Страшно так, что дрожат руки, даже выпитое для храбрости вино не помогает. Можно было бы обратиться к Маркусу, но Кэвин будет молчать, а Маркус — нет. К тому же Маркус немного влюблен в Дафну, хотя они сейчас и не вместе. Это мне не подходит. Все же, я привыкла быть в центре внимания. 
Кэвин открывает дверь и недоуменно смотрит на меня. Уже ночь, и вид у парня сонно-взъерошенный. На нем лишь низко сидящие на бедрах штаны. Я могу изучить широкие плечи, рельефный торс, пресс, мускулы на руках. С нашими нагрузками фигуры у всех здесь — загляденье.  Ленивые и неспортивные до третьей ступени не доходят. Гоняют нас жестко, поэтому у всех ни грамма жира и рельефная мускулатура. И мне определенно нравится то, что я вижу. Если бы не понравилось, не зацепило хоть самую чуточку, я бы просто повернула назад. 
— Привет, — говорю я и проскальзываю мимо него в комнату, старясь не показать, как я нервничаю. Мне страшно, что Кэвин меня пошлет. И я бы никогда на подобное не решилась, если бы не знала, что сегодня ночью навсегда сбегу из замка. Стыдно мне будет в любом случае, но я как-нибудь переживу это чувство вдали ото всех. А с Кэвином мы все равно никогда больше не встретимся. Этим он и хорош. 
Я ему нравлюсь,  он хорош собой и, как мне кажется, подходит на роль первого мужчины. Блэкфлай, конечно, подошел бы лучше, но я не хочу больше его ждать. Этот  отчаянный шаг — необходимая точка. Я должна провести ночь с Кэвином, чтобы выкинуть из головы магистра. Глупо? Но не тогда когда гормоны бушуют в крови, а в голове сумасшедший коктейль из влюбленности, разбитого сердца, гормонов и обиды. 
Воспоминания ненадолго выбивают меня из колеи. Кэвин этого даже не замечает, списывая паузу в разговоре на то, что  подбираю слова для ответа на его вопрос.
— Я пришла к тебе, чтобы уточнить один вопрос, и именно от твоего ответа на него будет зависеть… - снова делаю паузы и усмехаюсь.
— Будет зависеть что, Дайана? – выдыхает Кэвин раздраженно, рывком поднимается и стаскивает через голову рубашку,  демонстрируя мне накаченные руки и мышцы спины, перекатывающиеся под кожей. Ямку по позвоночнику и красивые валики по обеим сторонам от нее. Дразнится или я просто придумываю себе лишнее.
— То, что я с тобой сделаю… — не скрываю я, с жадностью изучая мужскую фигуру. Поднимаюсь, оказавшись прямо у него за спиной. Я уверена, Кэвин чувствует мое дыхание на шее. Он резко разворачивается, уставившись уже более серьезно. Понимаю. Мне удается приблизиться к нему незаметно. Такое всегда пугает, поэтому я сново улыбаюсь. На сей раз не нежно и не насмешливо. Хищно, с вызовом