Тайна жаворонка

– Флора, милая, как же чудесно пахнет! Ты – настоящее сокровище! Муж был непреклонен, требовал, чтобы я обязательно тащилась с ними на рыбалку, так что без тебя я бы ничего не сделала. Тебе чем-нибудь помочь?
– Нет, не нужно, леди Хелен. Надеюсь, вы хорошо провели время? Я уже заканчиваю, так что у вас есть время переодеться к обеду.
В коридоре по ту сторону обитой зеленым двери загрохотал бас сэра Чарльза, призывавшего жену, так что она виновато улыбнулась Флоре и помчалась прочь.
Спустя минуту дверь кухни распахнулась, и ворвался Алек в твидовом костюме и высоких рыбацких ботинках. Не говоря ни слова, он сгрёб Флору в объятия и поцеловал. Она вдохнула исходивший от его куртки запах холмов и реки.
– Милая, я очень злюсь, что мой отец всё это устроил. Он не имел права заставлять тебя готовить. Они должны были попросить миссис Мактаггарт. Или заплатить кому-нибудь.
– Ну что ты, я вообще не против. Я люблю готовить, и ещё это означает возможность увидеть тебя.
Он с любовью посмотрел на неё, нежно провёл большим пальцем по её щеке, стёр след муки2.
– Может, тебе чем-нибудь помочь? Скажем, помыть посуду? В этом я – большой специалист, а вот кулинарные навыки, увы, оставляют желать лучшего.
Она покачала головой.
– Да всё уже готово. Честное слово, Алек, всё хорошо. Лучше иди переоденься. Обед через час, ты же не хочешь заставлять гостей себя ждать.
Алек неохотно позволил вытолкать себя из кухни и лишь после того, как урвал ещё один поцелуй. Флора улыбалась, слушая его шаги по коридору, и занялась последними приготовлениями, разогрела тарелки и соусники, наточила нож для оленины.
$
Когда леди Хелен вошла в кухню сообщить Флоре, что гости уже ждут в обеденном зале, вид хозяйки изменился до неузнаваемости. Её золотые волосы с пробивающимися серебряными прядями с помощью бриллиантовых заколок были уложены в высокую причёску, подчёркивавшую изящность скул. Рыбацкий твидовый костюм Хелен сменила на вечернее платье цвета морской волны, украшенное хрустальными бусинами. Мягко переливающиеся, они напомнили Флоре о том, как играет на воде лунный свет.
Но особенно ее взгляд притянула брошь. Она была куда менее роскошной, чем всё остальное, и представляла собой серебряный якорек, увенчанный короной и заключённый в венок из листьев аканта. Леди Хелен заметила, куда смотрит Флора.
– Красивая, правда? Такие броши среди моряков считаются символами любви. Её подарил мой отец моей матери. Он прошёл Первую мировую. Понимаю, брошь не слишком сочетается с нарядом, но я ценю её гораздо выше, чем эти бриллианты, – поведала она, указав на заколки. Кольца на её пальцах сверкнули, отразившись в лучах вечернего солнца, которое пробивалось в окно.
Она потянулась за тяжёлым блюдом, на котором Флора разложила лосося и украсила тонкими ломтиками огурца, изображающими чешую. Попыталась поднять и внезапно вздрогнула от боли.
– С вами все в порядке? – спросила Флора.
– Ох, я такая глупая – несколько дней назад потянула запястье, и оно до сих пор болит, – ответила леди Хелен и кончиками пальцев ощупала руку. А Флора заметила, как сильно опухла кожа. На запястье сиял ярко-фиолетовый синяк.
– Разве её не нужно перевязать? – спросила Флора. Она прошла курс обучения оказанию первой помощи и очень хотела опробовать свои недавно приобретенные навыки. До сих пор она могла потренироваться только на Майри и Бриди, но здесь, судя по всему, была настоящая травма.
– Да всё в порядке, Флора, милая. Не хочу никого беспокоить, – отмахнулась леди Хелен.
– Хорошо, тогда давайте я хотя бы отнесу блюдо. Не нужно напрягать руку, тогда она быстрее пройдёт. И вы не рискуете запачкать платье.
В обеденном зале уже шёл оживлённый разговор, гости подогревали аппетит щедрыми порциями виски и шерри. Окинув стол быстрым взглядом, Флора отметила, что Дианы поблизости нет, хотя миссис Кингсли-Скотт, рассуждавшая, как нелегко планировать свадьбу, когда идёт война, внушала подозрения.
Мужчины предпочли обсуждать прошедший день, восхищаться размерами лосося, которого выловил сэр Чарльз, и обмениваться историями о рыбалках минувших лет. Кто-то из мужчин пробасил:
– Твой егерь – не слишком-то разговорчивый парень, а, Чарли? Старый скряга, но дело своё знает, надо отдать ему должное.
Леди Хелен виновато улыбнулась Флоре, а потом тихо сказала:
– Поставь на буфет, милая. Я попрошу Алека принести остальное.
Алек уже отодвинул свой стул, метнулся к Флоре и забрал у неё тяжёлое блюдо.
– Тебе следовало бы сидеть рядом со мной, а не прислуживать нам, – пробормотал он.
Флора благодарно улыбнулась ему, покачала головой и умчалась прочь, предпочтя этой компании тишину и покой кухни и радуясь, что обитая зелёным сукном дверь отделяет её от гостей.
Она вынула мясо из духовки, положила на блюдо остывать и стала готовить на сковороде соус. Он вовсю кипел и пузырился, и она красиво раскладывала овощи, когда вошёл Алек с грязными тарелками. Поставив их на стол, он притянул Флору к себе, зарылся ей в волосы.
– Как у вас дела? – спросила она, разливая соус по соусницам.
– Им очень понравился лосось. Просто изумительный. Давай-ка я отнесу мясо и избавлю тебя от их разглагольствований.
– Не волнуйся, мне нетрудно. Я принесу остальное, – сказала она, ставя блюдо на поднос.
– Алек! – голос сэра Чарльза был таким резким и грубым, что Флора вздрогнула и едва не пролила соус. – Быстро вернись в зал! Это очень неприлично – так покидать гостей!
– Но, папа, Флора не может справиться со всем одна.
– Глупости. Уж подать еду эта девица сможет. Нечего мешать ей выполнять свои обязанности, – выдал он, резко повернулся и пошёл за сыном по пятам.
Щёки Флоры горели от кухонного жара и унижающих слов владельца особняка. Но она с высоко поднятой головой вышла к гостям, поставила поднос на стол, ободряюще улыбнулась Алеку. Он сидел между двумя дамами и с несчастным видом слушал, как они сплетничают о супруге мистера Черчилля, нового премьер-министра, о её великолепных пальто и очень элегантных шляпках.
Леди Хелен легонько сжала запястье девушки.
– Флора, милая, иди домой. Ты нам и так сегодня очень помогла. С остальным я справлюсь.
Она говорила очень тихо, и её слова были почти не слышны за визгливым смехом дам и громогласным ржанием мужчин, которых сэр Чарльз веселил очередной рыбацкой историей. Вынув из расшитого бисером ридикюля небольшой коричневый конверт, она сунула его в карман фартука Флоры.
– Вот возьми, за всю твою тяжёлую работу.
Флора покачала головой и попыталась вернуть конверт, но леди Хелен прижала палец к губам, тактично давая понять, что нужно взять его и уходить.
– Спасибо, – ответила Флора так же тихо, понимая, что этот поступок не вызовет одобрения сэра Чарльза. Конверт был проявлением доброты, но в то же время Флора почувствовала себя ещё более жалкой.