Жена на миллион

– Я готова, – говорю замогильным голосом.
* * *
– Зачем мы здесь?
Прохлада позднего вечера покусывает мою кожу, заставляя покрыться мурашками. Оглядываюсь по сторонам.
Почему Багратов привез меня в эту подворотню? Явно не просто так. И дверь, возле которой мы стоим, внушает страх. Подворотня глухая и темная, но дверь – слишком добротная, из хорошей стали. На стене – крутой домофон, и сверху смотрит глазок камеры.
– Приехали отдохнуть, неужели неясно? – усмехается Багратов и пропускает меня вперед сразу же, как только распахнулась дверь.
Контраст с нищей подворотней велик. Мы оказываемся в коридоре, отовсюду дышит роскошью – стены отделаны дорогим деревом, люстры явно не из дешевого стекла.
Впереди нас серьезная пропускная система охраны. Багратов оставляет пистолет и проходит через металлодетектор. Багратова бегло осматривают, а когда наступает мой черед пройти через лапы двух дуболомов, Багратов предупреждает:
– Нежнее с моей девочкой. Она хрустальная.
В итоге осмотр занимает несколько секунд. Я до сих пор гадаю, куда мы пришли. Что гораздо важнее, зачем я нужна Багратову?
Спускаемся на цокольный этаж, оказываемся в большом зале с приглушенным светом, в котором много темно-красного, нашептывающего о непристойностях.
Здесь любят отдыхать мужчины. Танцовщицы изгибаются в немыслимо откровенных, гипнотизирующих позах. Их пластика завораживает. Ничего себе! Они точно сделаны из мяса и костей? Или пластилиновые. Откровенно говоря, здесь не только на танцы можно посмотреть. Флирт парочек переходит все грани…
– Нам дальше, – подталкивает ладонью.
– Я и не думала смотреть вечность.
– Так я тебе и поверил.
– Когда мы пойдем обратно?
– Мы еще даже не пришли, куда надо.
Хватка ладони на талии становится крепче. Багратов подходит к двери, шепнув охраннику что-то, его впускают без вопросов в отдельное помещение. Здесь воздух не вибрирует от низких басов музыки. Багратов направляется прямиком к низкому кожаному дивану и сгоняет оттуда девушку в одном белье.
– Пошла вон.
Она подхватывает платье и торопливо убегает. Мужчина, сидящий напротив, с недовольным видом смотрит на Багратова.
– Какого черта?!
– Давно не виделись, Ильдар!
Багратов занимает место и утягивает меня к себе, лениво забрасывает руку на оголившееся бедро.
– Тимур, – вздыхает мужчина. – Когда ты выиграл возможность приходить, когда тебе захочется, я думал, что тебе хватит такта и воспитания не приходить по пятницам. Пятница – священный день для меня! И он испорчен твоим появлением.
Говорящий примерно такого же возраста, как Тимур, только не такой грозный и жесткий на вид, скорее, хитроватый, и глаза немного навыкате.
– Ты называешь это отдыхом? Скучно.
– Ты хоть знаешь, кто была та девушка? Новая любовница прокурора. Она проиграла мне откровенный танец, а потом проиграла бы еще кое-что… Представь рожу прокурора, когда бы он узнал, с кем была в постели его любовница! Я бы постарался подарить ему все доказательства! Говори, зачем пришел.
– Поболтать, отдохнуть, поиграть с тобой…
– С тобой на танец я играть не стану. Мне твои волосатые ноги не нравятся, – хихикает Ильдар. – А вот с ней я охотно сыграю, – показывает на меня. – Новая игрушка?
– Нравится?
– Еще не определился. Куда дел старую? Как ее звали? Кажется, Элайза?
– Ты даже имя запомнил. Надо же…
Ильдар уже раздевает меня глазами. Очень неуютно находиться под таким взглядом.
– Давай на раздевание, – подначивает меня Ильдар.
Отрицательно качаю головой. Слова просто встали комом в горле. Я умею играть, но вряд ли на должном уровне! Багратов напирает крепким плечом, прижав меня крепче, и ведет пальцами по бедру.
– Выпить хочешь? – интересуется низким рокотом на ухо.
Я не отвечаю. Просто не могу разомкнуть губ. Зато становится ясно, зачем я нужна Багратову. В качестве новой безделушки.
– Выглядит, как ледяная королева. Дорого обходится? – интересуется Ильдар.
– Очень, – хмыкает Багратов и окидывает меня взглядом, от которого по коже ползут мурашки. – Стоит целого состояния.
 
– Налей ей чего-нибудь погорячее! Может, оттает? – усмехается Ильдар. – Чья зверушка, Багратов?
– Моя, очевидно.
– Я про то, чья она дочь, жена, сестра, любовница… Явно же не простая девка!
– Как ты это определил?
Пока они обсуждают меня, словно товар на витрине, рядом появляется официант в черном, меняет бокалы, опускает на столик передо мной.
– Как определил? – спрашивает Ильдар. – Легко. В ней слишком мало силикона. Над губками хирург славно потрудился, но в остальном – слишком неприметная. Именно это и бросается в глаза. Она не пытается угодить, не лебезит, даже не заигрывает! Значит, знает себе цену. Ну скажи, я угадал?
Багратов задумчиво взбалтывает бокал с напитком. Громко позвякивают кубики льда о грани бокала, перебивая этим звуком громкий стук моего перепуганного сердца. Багратов отодвигает ладонь выше, гладит меня по бедру. Похотливый взгляд Ильдара скользит в том же направлении.
– Ты почти угадал, – Багратов продолжает меня нахваливать, как товар. – В одном ошибся. Губки у малышки тоже свои. Натуральные.
– Да ну? Пышные!
– Нравится?
– Еще бы. Итак, чья она?
– Моя, сказал же.
– Ты же ее где-то откопал.
– Неограненный алмаз, – зачем-то продолжает нахваливать меня Багратов. – Требуется шлифовка.
– Да черт тебя подери! – взбудораженный Ильдар не находит себе места, пожирая меня взглядом так, словно я самый вкусный в мире деликатес. – Не томи, у кого угнал эту красоту?
– Сам спросишь, может быть, тебе ответит? Она не особо разговорчивая. Ледышка, как ты и сказал. Расколоть не всем под силу.
– Строптивая, что ли?
– Само собой.
– Или играет? – настораживается Ильдар.
Багратов лениво поманил его к себе пальцем и сказал нарочито громким шепотом, чтобы я тоже услышала.
– К себе никого не подпускает. У нее очень сильные пальцы. Может сдавить до посинения. Я на себе прочувствовал. В такое нарочно не сыграешь.
– Ты гонишь! Перед тобой не стелется?! – облизывает губы Ильдар. – Ни одна баба на такое бы не осмелилась. Только дикая.
– Говорю же, требуется шлифовка, – усмехается Багратов.
– Люблю ломать норовистых, – выдыхает Ильдар, взгляд становится влажным. – Значит, сыграем? Давай девку на кон! Уж больно она меня заинтриговала! Взамен проси, что угодно.
Я застываю как камень.
– Идет. Но если я выиграю, ты окажешь мне одну услугу! – требует Багратов.
– По рукам.
 
Глава 11
 
Серафима
Не могу поверить, что Багратов меня поставил на кон. Убежать не получится, кругом вооруженная охрана. Я почти с ненавистью смотрю на брутала, который мне даже показался красивым и взбудоражил. К черту его! Он просто мерзавец. Мерзавец, повторяю про себя.
Однако после того, как я в тысячный раз назвала его мерзавцем про себя, отрицательной харизмы в Багратове не убавилось, как и притяжения. Он поставил на кон мое раздевание и… проиграл.
Проиграл.
– Раздевайся! – потирает ладони Ильдар, приказывая мне. – Скидывай с себя лишнее!
Смотрю на Багратова, не веря, что мне придется это делать.
– Ты его слышала, – говорит мне ледяным тоном Багратов. – Раздевайся.
Я сама снимаю туфлю и ставлю ее на стол.
– Эй! – хмурится Ильдар. – Это туфли! Туфли – это не предмет одежды.
– Они тоже снимаются! – возражаю я, едва не трясясь от страха.
– Какая хитрая! – возмущается Ильдар.
– Говорю же, норовистая. Зубастенькая моя! – хлопает меня по бедру Багратов.
Ильдар аж скривился, заполыхал, как костер.
– Еще раз сыграем! – приказывает хрипло, сверля меня взглядом. – Я заставлю тебя раздеться догола.
Багратов снова остался с проигрышным набором на руках. Следом на стол отправилась вторая туфля с вызывающе красной подошвой.