Любовь против (не)любви (СИ)

— А ну стоять, — холодный голос зазвучал в голове разом с этими вот.
По ногам засквозило, воздух вокруг зашевелился. Тётки завизжали. Катерина отняла ладони от лица — и увидела, как они просачиваются меж могильными плитами куда-то внутрь.
Это означало — можно сесть на пол и не бояться, что сожрут.
— С ума сошла? — ласково спросили её, поднимая с пола.
Он, да. Жиль. Поднял её, сгрёб в охапку и принялся гладить по голове.
— Я всё испортила, да? — прошептала она.
— Ты продержалась против них почти четверть часа, как обычный человек, без защиты и без магии, — покачал он головой. — Эх, надо было бить раньше, не ждать, пока все вылезут, а сейчас я даже и не знаю, попал по кому-нибудь или нет. Но я надеюсь, что они хотя бы не станут сегодня вылезать ещё раз, не дойдут до замка и останутся в прежнем количестве. Но вообще, конечно, будет неплохо, если в следующий раз ты вспомнишь, что умеешь их бить.
— Завтра… завтра я постараюсь сделать лучше, — всхлипнула Кэт.
Вспомнила Роба — и так ей стало его жаль, что она разревелась.
— Пойдём, Кати, чудо рыжехвостое, — он обхватил её за плечи и повёл к дверям, где мальчишки спешно убирали какую-то магическую конструкцию.
В холле замка ждал Джон.
— Ну как?
— Да никак, — всхлипнула Катерина. — Я глупая и неумелая.
— Неправда, миледи, — покачал головой Жиль. — Вы сделали то, что мало кому под силу. Не потеряли голову и держали их, сколько могли. Мы заблокировали церковь, никто не смог просочиться наружу. Но и упокоить никого не смогли.
— Постой, — Джон тронул Жиля за руку. — Если Кэт смогла, то может быть, и я смогу?
— Сможешь, если не потеряешь голову. Ты миледи покойнице сын, тебя она будет намного больше рада видеть, чем Катрин.
— Значит, завтра мы с Джейми идём с вами. А сейчас, наверное, всем следует пойти спать.
— Да. Сами не заблудитесь? Помыться не забудете? — Жиль строго взглянул на мальчишек, те замотали головами — мол, не заблудятся и не забудут. — А я провожу миледи.
  
47. Смех над страхом
 
Жиль довёл Катерину до её двери, дождался, пока она постучит, уверит Грейс в том, что это именно она, и ни кто другой, и Грейс запустит её внутрь.
— Ты большая умница, рыжехвостая, — сказал он на прощание, — без тебя они бы наверняка снова расползлись по замку. А так — мы хотя бы загнали их обратно. Всё, иди мойся. Обязательно вымойся вся.
— Почему?
— Потому что после таких дел нужно смывать с себя всё лишнее. Лучше всего — проточной водой, или морской. Но и в корыте тоже сойдёт. Ты что, это обязательное правило, после всякой атакующей и смертоносной магии. Опять тебя не научили? — усмехнулся устало, огляделся, не увидел никого и тронул её за кончик носа. — Ну и приходи, если что, — добавил шёпотом, подмигнул на прощание и исчез за поворотом коридора.
— Ох, миледи, сил ведь уже нет ждать — что там с вами и как! — Грейс тут же принялась помогать раздеваться.
— У меня тоже не поверишь — сил уже нет, — вздохнула Катерина и опустилась на лавку.
Сняла всё теплое, отложила. Завтра ведь снова понадобится. И не только завтра, наверное. Пока ещё их больше, чем бешеных тёток в отряде леди Маргарет. И тётки не боятся её, но боятся Жиля. И хорошо.
Вода в корыте была припасена, и Грейс помогла помыться и принесла чистую рубаху и чулки. Жаровня нагрела комнату до духоты, но постель, скорее всего, сырая. Или… нужно принять приглашение? Сейчас-то они правильно разошлись, мало ли, кто за ними наблюдал, а дальше она доберётся до него в невидимости.
Сказать ли Грейс? Та как раз заплела Катеринину косу. И спросила:
— Свернуть или так оставить?
— То есть? — не поняла Катерина.
— Может быть, вы ещё куда пойдёте, — пожала плечами Грейс. — Ну там проведать господина мага — есть ли у него вода и не надо ли греть. Раз он сказал, что нужно помыться. Сам-то он какой-то странный маг, воду греть не умеет.
— Говорит — умеет, но у него уйдёт на это слишком много силы. Нерационально.
— А силы ему нужны на другое, правильно?
 
Ох, правильно.
— Уговорила, — рассмеялась Катерина. — Пойду проведаю. А ты ложись. Если не вернусь сразу же — запирайся. Господин маг сказал, что тебе наши возвращенцы не страшны, потому что ты им не родня и не их человек, так что — тебя не потревожат.
— А вас тогда пусть защищает господин маг, — усмехнулась Грейс.
— Он вроде умеет, да.
Катерина набросила плащ, скрылась в невидимости и вышла в коридор. Факелы давно догорели, но ей они и не были нужны, и она спокойно дошла до комнаты гостя.
У гостя было не заперто — неужели ждал? Сидел у стола, увидел её — просиял улыбкой, очень усталой.
— Как хорошо, что ты пришла, рыжехвостая, — он поднялся, почти не глядя, бросил защиту на дверь — Катерина уже научилась её распознавать — и обнял её.
— Да, проверить. Как тут с водой. Надо же помыться.
— А ты сама?
— Я уже. А ты чего сидишь? Даже не разделся толком.
Она прекрасно понимала, чего он сидит — устал. Очевидно, устал.
— Я не рассчитал. И не справился. И тебя в последний момент вытащил. А туда же — маг, знаю, что делаю.
И столько горечи было в его словах, что она прямо вернула его на лавку, села рядом и заглянула в глаза.
— Сделал, что мог, и всё. Точка. Кто мне сказал, что ванна обязательна?
— Да, сейчас, — согласился, принялся стаскивать сапоги. — Я не стал будить Виаля. Пусть спит, поздно уже.
— Давай, помогу, — Катерина взялась было за второй сапог, но была схвачена и усажена на колени — и взгляд, взгляд прямо в глаза, очень затягивающий. — Нечего, справлюсь. Но вот если ты погреешь воды — скажу спасибо.
Мурашки от взгляда? Это как? А вот так, извольте.
— Вода-то есть?
— Да, в каморке, — кивнул он.
Засветили магических огней, желтых и серебристых, Катерина согрела воду, а Жиль тем временем разделся.
— Посмотри — нужно ли сделать ещё горячее, или достаточно.
— Горячее, рыжехвостая, горячее, я ж теплолюбивый.
— Как скажешь. Спину потереть?
— Конечно! — он плюхнулся в воду, обдал её тучей брызг и блаженно зажмурился. — Слушай, ты и так уже мокрая, снимай свои юбки и иди сюда тоже.
— Что? — вытаращилась она на него.
— Раздевайся, говорю, и лезь в воду. Бадья большая, ты маленькая, поместимся.
— Да я уже…
— Ну и что? Вдвоём веселее. Считай, что это такая процедура. Ритуал.
Она подумала — всё равно уже который день делает странное, видимо, надо продолжать. Но после того, что было в церкви, странным уже не могло показаться, наверное, ничего. Странным, страшным или каким там ещё. Разделась и осторожно забралась в воду. А он потянулся к ней, обхватил, и рассказывал.
— После боевых тренировок в Ордене Луча мы всегда ехали купаться в море. А кто не хотел — те шли в орденские купальни.
— И парни, и девушки?
— Девушки среди боевых магов редки. У нас есть в компании девушка, но она придумала себе специальную купальную сорочку. В ней было ничего не скрыть, но как бы не раздетая, и ладно. А потом у них сладилось с… одним из нас, короче, и они уходили вдвоём далеко по берегу, за камни, где им никто не мешал, и там купались, и не только купались, вообще что хотели, то и делали.
— И так можно? — изумлялась Катерина.
— У боевых магов знаешь, сколько энергии? И её нужно куда-то девать. А если всё выплеснули на тренировке — то наоборот, пополнять. Или ты не знаешь, как маги восстанавливают силы?
— Знаю, — кивнула она.
И даже сама так делала.
— И то хорошо. Но твой муж не маг, от него, наверное, было мало толку.
— Мало? А от мага — больше?
— Конечно, — сообщил он, как что-то само собой разумеющееся. — Магу вообще лучше с магом. Потому что с простецом — это только для разрядки, ну и для удовольствия, а с магом — ещё и для силы. Для восстановления, обмена и прироста. И удовольствия с магом тоже больше, уж поверь, — он посмеивался и гладил её плечи, и спину, и шею.