Как переспать с лучшим другом и не разрушить всё (СИ)

Слава Богу, аллергии на латекс у меня не было. А ведь у некоторых бывает, я читала. Но, это увеличивало мои шансы забеременеть.
Проклятье, я понимала, что это мой тайный личный комплекс, но, например, в прошлом году залетела моя подруга, Джессика. Была очередная пьяная вечеринка у Миллеров, и Джесс даже не поняла, от кого именно ребёнок, так как в ту ночь, перебрав спиртного, переспала и с Майклом, и с Тариком. Она сидела на противозачаточных, плюс они использовали кондомы, но она как-то умудрилась забеременеть. Естественно, ей пришлось делать аборт.
Это личное дело каждого. Но я знала, что никогда не решусь на подобное. Только, если это не вынужденная мера. В жизни ведь всякое бывает. А так — это было просто не для меня. Убить ребёнка! Немыслимо! Мне бы не хотелось, чтобы убили меня. А вам? Можно назвать это моим личным максимализмом. Пусть другие делали, что хотели, но не я.
— Калеб, — теперь свои волосы начала теребить я. — Мы тысячу раз об этом говорили.
— Я знаю, детка, знаю, но…
— И, чтобы не забыть, как это делается, ты нашёл выход? Трахнуться с кем-нибудь пока я в отъезде? — Я всё ещё не верила в происходящее, это был какой-то ночной кошмар. — Я хотела сделать тебе сюрприз. Думала ты обрадуешься, а ты…
Не зная, что ещё добавить, я просто развернулась и пошла к выходу. Хорошо, что этот дурацкий ступор спал с меня и к ногам вернулась способность шевелиться.
Мы с Калебом были вместе уже больше года. Он добрый, чуткий, понимающий, но, как оказалось, в его характере нашлись незнакомые мне до этой поры черты.
— Лили, куда ты.
Я издала неопределённый вскрик.
— А ты предлагаешь мне остаться? Выпить с вами чаю? Завести светскую беседу? — Мой голос повышался с каждым сказанным словом. — Кстати, Даяна, как тебе мой парень? Он хорош в постели, не так ли? А ты Калеб, она не откусила тебе член, когда ты засовывал его ей в рот?
Я взялась за ручку двери, уже намереваясь пулей вылететь из дома, когда ладонь Калеба припечатала гладкую поверхность справа от меня.
— Мы поговорим, когда ты успокоишься, — процедил он сквозь зубы.
— Может быть, если я захочу с тобой разговаривать, — смахнув его руку, стоящую на моём пути к свободе, я распахнула дверь и вышла на заметённое снегом крыльцо.
Нижняя губа тут же задрожала, а слёзы, грозившиеся пролиться ранее, наконец, обрели свободу, беспрепятственно хлынув по щекам.
— Счастливого, мать его, Рождества, Лили, — бормотала я себе под нос, сворачивая к дому.
Мне казалось, у нас с Калебом всё по-настоящему. Сказочно прекрасно. Я была уверена в нём. Как я могла так ошибаться в человеке?
Но, как мне предстояло выяснить в этот день, ошибалась я не только в Калебе.
Был ещё один парень, скрывавший кое-что от меня.
  
Глава 2. Мы часто говорим не то, что думаем
 
Честер Бейл
Мы сидели с Пэгги перед большим плазменным телевизором в гостиной в доме моих родителей и смотрели какое-то очередное пустое кино, название которого я даже не запомнил.
Пэгги просто тащилась от таких фильмов. У всех них всегда был одинаковый сюжет: серая мышка пробивала себе дорогу в мир глянца и высокой моды и обязательно к концу фильма становилась: или президентом известной корпорации, или получала желанное повышение, или выходила замуж за какого-нибудь альфа-самца из глав этой самой корпорации. На самом деле вариантов было много, они просто лишь немного видоизменялись. А вот достижение успеха оставалось неизменным.
Может, Пэгги представляла себя на месте героини? Она мне не раз говорила, что мечтает построить карьеру в индустрии моды и развлечений.
Так что я откровенно скучал, а Пэгги, застыв с поднесённой ко рту ложкой ванильного мороженного, уставилась на экран. Там как раз был какой-то кульминационный момент. Одна бешеная дамочка с решимостью и напором тюремного надзирателя вырывала у другой бешеной дамочки бордовые замшевые сапоги. Я уже представлял, как Пэгги мысленно участвует в их потасовке.
Я ещё не упоминал, что моя девушка, была повёрнутой на моде? Так вот она не просто была повёрнутой на моде, она жила этой самой модой и ради неё. Её маленькие ловкие ручки не смогли дотянуться до меня, как бы она не пыталась. Я носил то, что мне нравилось, и никакие мольбы, приказы, просьбы и угрозы не могли этого изменить. Так же как она не могла изменить мой образ жизни, повлиять на мой режим, добавить полезной белковой пищи в мой, по её выражению, крайне неразумный рацион и так далее.
 
Долгое время я не хотел заводить никаких серьёзных отношений. Мне нравилось быть одному, чувствовать свободу, встречаться без обязательств. Но рано или поздно, ты встречаешь какую-нибудь девушку, которая захватывает твою жизнь, или пытается сделать так. И по какой-то причине ты позволяешь ей сделать это.
И вот ты уже вовлечён во что-то, называемое отношениями.
Мы с Пэгги были вместе уже четыре месяца, которые казались мне четырьмя годами. Она настолько плотно вошла в мою повседневную жизнь, что я уже и не представлял, как это — не видеть её рядом. Нет, это чувство не имело ничего общего с любовью, скорее это было порабощение личного пространства, моего грёбанного личного пространства.
К тому же я уже много лет любил одну единственную — Лили, мою лучшую подругу. Любил тайно и, если до сих пор не смог разлюбить, то глубоко сомневался, что мне это вообще удастся в будущем.
Лили, она была особенной. Ну, на самом деле я преувеличивал. В ней не было ничего особенного — обычная девчонка. Невысокого роста, хрупкая шатенка с тёмно-карими глазами. Немного неуклюжая, забавная и просто она та, с кем мне комфортно. Она — Лили. И это объясняло всё. Мы были знакомы с трёх лет, с тех самых пор, как моя семья перебралась в Абердин.
Не помню точно, когда именно полюбил её. Мне казалось, это чувство было со мной всегда. И в глубине души я ещё надеялся на какую-то взаимность, но, когда она начала встречаться с мудаком Бёртом, последние надежды развеялись. Они подходили один к другому идеально, дополняя друг к друга, и вообще смотрелись как настоящая пара. К тому же она была счастлива, а это главное. Я действительно был эгоистом, но не с Лилиан. Как в детстве я отдавал ей припрятанные для неё же конфеты, так и сейчас был готов отдать всё. Но у неё уже был тот, в чьи прямые обязанности это входило.
Калеб Бёрт. По какой-то прихоти судьбы — брат Пэгги. Поэтому волей-неволей нам с ним приходилось общаться. И он меня просто ненавидел. Я замечал это по его взгляду, когда он думал, что я не смотрю на него. Может, он просто ревновал Лили ко мне. И это нормально. Ведь я ревную её к нему.
Пэгги вскрикнула, вырывая меня из водоворота невесёлых мыслей. Я посмотрел на экран. Битва за сапоги приняла массовый характер.
Думать о Лили было приятнее, чем смотреть это пустое кино. Она уехала к матери на неделю. Мы перезванивались вечерами, но я жутко скучал. Она была огромной частью моей жизни уже много лет, и я с ужасом ждал того времени, когда нам придётся разъехаться по разным колледжам, а ещё дальше в будущее я вообще старался не заглядывать.
Через пару минут в дверь неожиданно позвонили. Пэгги хотела поставить кино на паузу, но я уверил её, что ничего страшного не случится, если она продолжит смотреть фильм, пока я отойду.
Словно молниеносный ответ на мои размышления, на пороге стояла Лили.
— Привет, — радостно выдохнул я. — Здорово, что ты вернулась пораньше.
Несколько секунд она молчала, затем её нижняя губа принялась дрожать. Она попыталась поймать её зубами и прикусить, но это ей никак не удавалось. Наконец, она сдалась и с порога рухнула в мои объятья, утыкаясь лицом в распахнутый ворот моей рубашки.
— Че-е-е-е-е-з-з-з, — протянула она, даже не цепляясь за меня, её руки просто повисли по бокам.
Я наклонил голову и прижался губами к её… шапке. Затем схватил за куртку, пытаясь удержать.
— Что случилось?
— Калеб. — Она отстранилась и посмотрела на меня своими печальными глазами, в которых плескалась боль и отчаяние. — Калеб трахнул сучку Стар.