Нежеланная дочь

— Полина! Не беси мать! В моем возрасте нервничать очень вредно.
— Это в любом возрасте вредно.
— А ты мне его еще и сокращаешь! Быстро говори!
— Мама Кости — подружка Громовой. Она, видимо, попросила, чтобы меня уволили.
— Совсем баба с дуба рухнула! Прости, господи! Ей там корона последние мозги сдавила что ли?
— Не знаю.
— Полина, ты Лебедеву сказала?
— О чем?
— О мамаше его с женушкой, недогадливая ты моя!
— Нет. А зачем? — с непониманием смотрю на маму.
— Да малиновые ежики! Она еще спрашивает «зачем»?! Да за тем, чтобы он хоть немного следил за своими горгульями!
— Не буду я ему ничего говорить.
— И в кого ты упрямая такая?
— Даже и не знаю, — усмехаюсь вслух. — Ты у отца много помощи просила?
— Сравнила! Что там просить было? Слава богу, что он сам ничего не просил! А Даринкин подарок не отбирай!
— Мам!
— Не мамкай!
    
Глава 16
Мама упрямо держит оборону и против меня, и даже против Сережи.
— Вот что вы такие упрямые, я не понимаю!
— Мам, это очень дорого для простого подарка, — повторяю уже в который раз.
— А это и не просто «подарок». Я бы еще поняла, если бы Лебедев платил алименты, а так ведь ничего нет!
— И не надо!
— Тебе может и не надо, а Дарине для учебы очень даже надо.
— Алена Викторовна, мы сами можем купить Дарине ноутбук, — встает на мою сторону муж.
— Сережа, да я разве что говорю против? Нет! Только зачем покупать то, что уже куплено?
Спорить с мамой абсолютно бесполезно. У нее талант разбивать любые аргументы, и некоторое время мы просто молчим.
— Ладно. Пусть будет, как вы говорите, — соглашается с мамой Сережа.
Теперь перевес на их стороне, но я решаю, что все равно скажу Лебедеву, чтобы такого больше не повторялось. Мне не нужны из-за него лишние проблемы в семье. Не из-за него, не из-за его подарков, не из-за его жены и мамы. Правда я пока не знаю, как лучше это сделать. Звонить ему точно не буду, учитывая под каким он контролем. Единственное, чего я боюсь, что он сам исчезнет, как умеет это делать, не оставив мне возможности высказать ему все, что я по этому поводу думаю.
Но я опять ошиблась. Лебедев сам появился на следующий день. Уроки уже закончились. Я собиралась выставить оценки за последнюю в этом году проверочную работу в электронный журнал и пойти домой, как дверь в мой кабинет неожиданно распахнулась. Дети всегда стучат, а коллеги крайне редко заглядывают, поэтому я повернулась и уставилась на серьезное лицо бывшего мужа.
— Костя?
Но мое удивление, как и немой вопрос были проигнорированы. И более того! Лебедев подошел, взял со стола ключ, вернулся к двери и закрыл ее изнутри.
— Костя, ты что творишь? — возмущаюсь, наблюдая за его действиями. Я как-то не очень люблю, когда в моем кабинете хозяйничают. — Ты зачем закрыл дверь?
— Не хочу, чтобы нам помешали, — отрезает бывший муж и подходит к столу.
Невольно встаю. Мне не нравится, когда надо мной нависают.
— Отдай ключ! — требую я.
— Отдам, как только поговорим.
Судя по его виду, от разговора ничего хорошего ждать не стоит.
— Это можно сделать и при открытых дверях, — начинаю терять терпение. — Ты ставишь меня в очень неловкое положение. И себя, кстати, тоже! Как ты этого не можешь понять?
— Мне плевать!
Не знаю, что могло произойти, но Лебедев зол. Очень зол. И я не могу даже предположить, что послужило причиной.
— Что-то случилось с Филиппом? — спрашиваю. Ведь ко мне он подходил только по этому вопросу.
Вчера Филипп пришел через час, как и обещал. Робко встал у порога, не зная, как себя вести, но Дарина сама утянула его в свою комнату. Мама накормила их и напоила чаем, дочь и правда «за компанию» ела намного лучше. А потом они устроились рядом изучать подаренную игрушку, включая бабушку, и Филипп помогал Дарине освоить новую технику.
— При чем здесь Филипп? Ты почему мне ничего не сказала? — рычит Лебедев.
— Костя, я понятия не имела, что ты не знал, что он ходит к Дарине. Они просто делают вместе домашнее задание, и…
— Полина! Я не про Филиппа!
— Тогда про кого?! Или что? Я понятия не имею, что ты имеешь в виду, а читать мысли я не умею!
— Ты почему не сказала, что Евгения приходила к тебе?
Не знаю, откуда он мог это узнать.
— Это моя мама тебе нажаловалась? — Мелькает самое первое предположение.
— Нет, Полина!
— Тогда объясни, что происходит? — требую ответа, и смотрю в сверкающие гневом глаза бывшего мужа.
— Почему ты мне ничего не сказала? — упрямо повторяет вопрос Лебедев, четко выделяя каждое слово.
— А с какой радости я должна перед тобой отчитываться? Ты мне кто?
— Полина! Мне сейчас не до шуток!
— Костя, мне тоже не смешно!
— Правда? — В мужском голосе звучат странные нотки. — А было бы очень смешно, если сегодня твоему директору на стол прилетела жалоба из департамента образования?
— Какая жалоба? — теряюсь на секунду. — И вообще, как ты узнал?
— Как я узнал — не важно. Ты должна была мне сказать, что Евгения тебе угрожала.
— Костя, я тебе ничего не должна, а со своей женой разбирайся сам, — бурчу недовольно. До меня начинает доходить вся серьезность ситуации. — Что было в жалобе? — спрашиваю у бывшего мужа. В голове не укладывается, что Евгения Лебедева решила так «постараться».
— Ее уже нет, — отрезает Костя, проигнорировав мой вопрос.
И это почему-то еще больше меня задевает.
— Я должна тебя за это поблагодарить? — шиплю, вместо того, чтобы сказать «спасибо».
— Не меня. — Лебедев немного остывает.
— Костя, открой дверь. Пожалуйста. Мне не нужны лишние проблемы, — прошу я.
— Проблем у тебя больше не будет, — обещает бывший муж.
— Да? А по-моему, они как раз появились, причем вместе с тобой. Оставь нас, пожалуйста. Пусть будет так, как было.
— Как было, уже не получится, — получаю ответ, который мне очень не нравится.
— Костя, ты только сделаешь хуже. И себе, и мне, — пытаюсь достучаться до него. Я почему-то уверена, что ни к чему хорошему его старания не приведут.
— Я хочу все исправить, Полина.