А потом он убил меня

Я просовываю ладонь ему под локоть.
— Очаровательно выглядите, миссис Ферн.
— Спасибо, мистер Ферн. Вы и сами хоть куда.
Сегодня нам предстоит гала-ужин, где будут в очередной раз собирать средства для «Форума», и входной билет на него стоит как крыло «боинга». Раньше я любила такие мероприятия, однако в последнее время обнаружила, что мне сложно там ориентироваться. Во время светских сборищ я обычно нервничаю, но только не сегодня. Сегодня я чувствую себя замечательно. Я просто счастлива.
* * *
От вида просторного зала с колонами в античном стиле и великолепным сводчатым потолком захватывает дух. Столы прекрасно сервированы, в центре каждого — длинные свечи и цветы.
Мимо проплывает поднос с шампанским, я беру бокал и залпом выпиваю, и когда официант снова возникает неподалеку, меняю опустевшую емкость на полную.
Я гадаю, во сколько все это могло обойтись. Раньше «Форум миллениум» не устраивал настолько помпезного сбора средств. Обычно проводились вечеринки с коктейлями в какой-нибудь арт-галерее — все равно, заметьте, с размахом, однако не с таким.
Джим обнимает меня за плечи:
— Все нормально, заинька?
— Да, конечно, а что? — Я чуть не спрашиваю: «Что я забыла на этот раз?»
— Просто хотел убедиться, что ты не скучаешь. — Он берет мою руку, приподнимает ее. — Тебе по-прежнему нравится твое кольцо?
— Я его обожаю. Такое красивое.
Джим притягивает меня к себе, я опускаю голову ему на плечо. Он прижимает губы к моей макушке и бормочет:
— Ты пахнешь отпуском.
— Это все кондиционер для волос, — поясняю я, утыкаясь носом мужу в шею.
— Аромат экзотических цветов и пляжа с белым песочком.
— Правда? Я никакого запаха не чувствую.
— Потому что слишком коротко стрижешься.
— Эй, голубки, почему бы вам не уединиться?
Я узнаю этот голос и заранее улыбаюсь, поднимая глаза.
— Привет, Эмма, — говорит с ответной улыбкой Терри.
— Привет, Терри, рада тебя видеть. — Я целую его в щеку, и он чуть розовеет.
Джим касается моей спины.
— Зайка, я отойду на минутку. Только что засек Патрика Пламмера.
— А я-то гадал, сколько придется ждать, прежде чем ты начнешь кого-нибудь обрабатывать. Мы же тут ради этого, так? — бросает Терри.
— Совершенно верно. Хочешь, найду тебе важную персону для беседы?
— Я уже сам нашел, — отвечает Терри, кивая в мою сторону.
Я смеюсь.
— Ну и молодец. — Джим, уходя, хлопает друга по плечу.
Мы с Терри смотрим вслед моему удаляющемуся мужу. Потом Терри оборачивается ко мне.
— Прекрасно выглядишь, Эмма.
— Спасибо. Ты и сам в отличной форме.
— Неужели? Потому что чувствую я себя ужасно; подхватил какую-то гадость, не то грипп, не то не пойми что; у нас сейчас вся лаборатория болеет — разумеется, кроме Джима. — Он улыбается.
Забавно, что Терри, да и Джим, раз уж на то пошло, называют место своей работы «лаборатория». В последнее время «Форум миллениум» подвизается в залах заседаний и кабинетах, и его деятельность касается скорее закулисных сделок с правительственными министерствами, чем с пробирками и горелками Бунзена, но эти парни по-прежнему считают себя сумасшедшими учеными.
Вспомнив о муже, я снова невольно смотрю на кольцо. Терри отслеживает направление моего взгляда.
— Красота какая! Новое?
Я киваю несколько застенчиво.
— Не то чтобы совсем новое, но оно у меня недавно.
Подарок?
— На годовщину свадьбы.
— Как славно! Ужасно приятно видеть вас с Джимом счастливыми. Раньше не было случая сказать, хоть и давно хотелось: знаешь, одно время я за вас тревожился.
— Да ну?
— Еще как! Джим был на грани. Дела на работе шли… ну да ты сама знаешь, все происходило у тебя на глазах. Мы работали практически на ощупь. И тогда вы вроде как не слишком ладили, во всяком случае в какой-то момент.
— Было дело, да.
Смысла приукрашивать прошлое нет. Терри оказался свидетелем безобразной сцены в ресторане, когда я выставила себя полной дурой, напившись и раздухарившись, а Джим повел себя по отношению ко мне ужасно некрасиво и грубо, да еще при всех.
 
— А потом мне казалось, что у него с Кэрол… ну, понимаешь, я не уверен… Господи боже, да что я такое несу? Прости, Эмма. Сам не знаю, что на меня нашло. Не иначе грипп виноват.
— Да все нормально, дело-то прошлое, — бодро говорю я, похлопывая его по руке. — Но я согласна, Терри: давай не будем ворошить старое. Слава богу, все давно забыто, и, как ты верно заметил, теперь дела обстоят совсем по-другому.
Кэрол. А я-то так наслаждалась происходящим! Последнее, о чем мне хочется думать, так это о Кэрол, мать ее, Маккриди, которая работала вместе с моим мужем и трахалась с ним у меня за спиной. Черт возьми, да они чуть не сбежали вместе!
Я выбрасываю воспоминание из головы. Все это было до того, как я сумела вернуть Джима. Незачем бередить старые раны.
— Не знаю, зачем я завел этот разговор, — опять кается Терри.
— Все в порядке, правда. — Я тянусь к нему, целую в щеку, поднимаю бокал и произношу тост: — За счастливые дни.
Терри подносит бокал к моему, и они соприкасаются.
— Да, и за грандиозный успех сегодняшнего вечера! Собственно, он уже и так успешный, но пусть все сундуки наполнятся сокровищами под завязку!
— Пожалуйста! — Терри возводит очи к небу и молитвенно складывает ладони. — Это очень нужно.
— Почему ты так говоришь?
Он хмурится.
— Если мы не получим солидного денежного вливания, не миновать неприятностей. Джим разве не сказал тебе? Потому-то мы все это и затеяли, — он обводит рукой зал. — А вдобавок у нас еще и аудит идет. Мы же уже не стартап, а экспертно-аналитический центр, ориентированный на получение прибыли. И не так-то просто заставить народ раскошелиться в обмен, по сути говоря, на вкусную еду. Приходится жать на все педали.
— Ну, выглядит все отлично, и подача великолепная. Но Джим, кстати, ничего мне не говорил. А лучше бы сказал.
— Наверное, не хотел тебя волновать, особенно после того происшествия. Покажешь шрам?
Когда Терри навестил меня в больнице, я была не в лучшем состоянии. И даже чуть не рассказала ему свою версию событий, хотя все-таки не рассказала, но его бережное отношение ко мне укрепило нашу дружбу, и я знаю, что его просьба продиктована заботой, поэтому сдвигаю волосы, которые падают сбоку мне на лицо. Терри легонько проводит пальцем по шраму.
— Почти не видно, — уверяет он.
В динамиках начинает громко трещать, мы оборачиваемся и видим, что это ведущий щелкает по микрофону.
— Дамы и господа…
Я снова поворачиваюсь к Терри:
— Не знаю, куда меня посадят. Надо пойти и спросить во-он того приятного мужчину с планшетом.
— Думаю, мы за одним столом. Идем со мной.
  
ГЛАВА 5
 
— Ты сегодня рано.
Это первое, что говорит мне с утра Джим, и неудивительно: еще и восьми нет. В последнее время я в такой час еще в постели. А сегодня даже кофе уже сварила.
— Да просто есть кое-какие дела. Как спалось, хорошо?
— Очень даже, — отвечает Джим. Он обнимает меня за талию, дышит в шею и спрашивает: — Есть хочешь? Могу тебе яичницу пожарить.
Я поворачиваюсь, вручаю ему чашку кофе и улыбаюсь при виде моего чистенького подтянутого мужа.
— Правда? Вот спасибо, Джим, очень мило с твоей стороны. С удовольствием позавтракаю.
— Сейчас все будет.
Я сижу за кухонным столом, пока он достает яйца из холодильника и берется за дело.
— Вчерашний вечер вышел грандиозным. Еще раз мои поздравления, дорогой.
— Спасибо, — улыбается Джим. — Да, думаю, наши ожидания оправдались. Сегодня узнаю побольше.
— Угощение было великолепным, — замечаю я.
— Правда же? Все так говорят. Я понял, что все получится, как только увидел Пламмера. А знаешь, кто еще…
Я перестаю слушать и с улыбкой на лице просто наблюдаю, как Джим готовит нам яичницу-болтунью.