Седьмой Круг. Свой Путь (СИ)

Аркрайн не спешил. Как каменное изваяние остановился он, не смея и дрогнуть.
– Погорячился, не серчай, – помотал головой узник. В одно мгновенье он стал другим. Радостным и беспечным, и словно бы дурачился теперь насмешливо. – Как смею я предать смерти того, кто даровать мне желает свободу?
– Клятва… – коротко бросил Аркрайн.
– Ах, да, – ухмыльнулся Принц. – Я уже и забыл, как вы, колдуны, любите заключать договоры. Ну, что ж, – Он вытянул закованную руку. – Я совсем не против. Приступай.
Аркрайн совершил аккуратный надрез на его ладони. Выпала капля крови. От удара её о пол затрепетала земля, ходуном заходили горы и надрываясь, затрещали стены Бастиона Скорби. Порушились его башни и с грохотом заживо погребли под собой сотни солдат.
Их смерть была великим даром, чествующим приветствием освобожденному древнему монстру.
Аркрайн посмотрел ему прямо в глаза.
– Что это за ничтожество ты притащил с собой? – презрительно выплюнул Принц. – Твой маленький, гадкий дружок, кажется, собирается тебя предать…
Царь обернулся и увидел, как с лицом, сплошь залитым кровью, Леонард ринулся на него…
Обреченно Лео впился ногтями себе в ключицы. Он боялся даже шептать в своих собственных мыслях.
Но чей-то до боли знакомый голос возник в его голове и предупредил:
– «Не смей смотреть ему в глаза… Не смей!»
Лео узнал его. Этот вечно глумливый писк.
Молодой маг почувствовал, как пали запреты, как магия снова вернулась под земли Бастиона и разгулялась, разыгралась, точно бурный поток, захлестывая так сильно, словно можно было бы ей захлебнуться. И тогда появился Дрейк. Он прятался, но Лео знал, что вейлинг где-то неподалеку.
– «Не хочешь избавить меня от долга, маг? – Дрейк не нашел бы лучшего момента, чтоб появиться. – Моя помощь пришлась бы тебе сейчас кстати».
Лео одержимо закивал головой.
– «Скажи. Скажи же, чего хочешь! – наставил вейлинг. – И я исполню, как и обещал».
– «Я хочу убраться отсюда, – смог выдавить где-то внутри себя Леонард.»
– «И только? – насмехнулся Дрейк. – Ну, как пожелаешь…»
– «Бьерн! – успел подумать маг. – Достань мне то, что Аркрайн украл у него. Мы должны уйти вдвоём».
– «Что ж… – помедлил Дрейк. – Думаю, этого будет предостаточно для расплаты».
– «Я согласен! – разошелся Лео, вцепившись в хрупкую надежду. – Выведи нас отсюда…»
– «Думаю, с этим возникнут проблемы. Я не всесилен, – наотрез отказал вейлинг. – Мне придётся сдерживать этих двоих. И лучше бы тебе поторопиться, пока… второй не освободился окончательно».
– «В пустоту всё! – воспылал маг. – Мы найдем дорогу. Дай нам столько времени, сколько сможешь!»
– «И это твоё последнее слово, маг?»
– «Да. Начинай!»
Лео вскочил на ноги и пошатнулся. Перед глазами кружило, из носа хлестала кровь. Он сделал несколько неуверенных, робких шагов и Аркрайн повернулся к нему. А затем… царь и зловещий узник словно оцепенели. Как статуи, не моргали и не могли шевельнуться.
– Не смотри в глаза, не смотри в глаза… – судорожно бормотал Леонард, наощупь пробираясь к Аркрайну.
Он впопыхах обшаривал его плащ и когда пальцы Лео коснулись чего-то на ощупь хрупкого и продолговатого, будто бы из стекла, перед глазами мага возник забытый почти образ прозрачного, как слеза, фиала, в который Аркрайн когда-то давно поместил особенную, важную частичку сущности мастера-кузнеца.
Маг забрал это.
Серебряным, вязким туманом покоилась в крохотном сосуде чарующая субстанция. От неё словно бы пахло жизнью и светлые воспоминания, связанные с ней, завораживали и уносили прочь из проклятого подземелья, и навевали счастьем.
– «Не будь идиотом. Беги! – скомандовал Дрейк беззвучно. – Карта. Она у него на поясе».
Лео инстинктивно дернул за полотно и утащил его с собой, пустившись бежать без оглядки. Спотыкаясь и с трудом волоча ноги, он выскочил в коридор, попутно подхватив с пола недогоревший факел. Счастливый случай направил его взгляд на связку ключей, снятых убийцей с главного надзирателя. Они блестели в свете пламени, переливая яркими бликами, распростертые по полу, должно быть, вывалившись в момент драки. Недолго думая, он зацепил и их, а после принялся высматривать Бьерна.
 
Над прочими неживыми высился кузнец на голову. Они стояли недвижимо, как надгробные фигуры из черного мрамора. И Леонард подошел к нему, осторожно поднял сияющий пузырек перед мертвыми глазами учителя и ласково стал говорить:
– Бьерн… Бьерн! Ты слышишь? Ты свободен… Она у меня… – отчаянно взмолился маг. Он говорил так громко, как только мог себе позволить. – Пойдем. Пойдем же со мной. Я прошу тебя. Нам нужно уходить.
Бьерн посмотрел на него бесстрастно.
– «Повелевай, – прозвучал голос кузнеца в голове Лео».
– Уходим! – радостно закричал маг и принялся бежать, как ему казалось. Но на деле он лишь измучено перебирал ногами, хромал, и передвигался не быстрее одноногого калеки.
Бьерн подхватил его на руки, поднял над собой и широченными прыжками побежал, неведомо куда.
Свет факела рассекал бесконечную темноту подземных лабиринтов.
– Остановись! – скомандовал Лео, когда в глаза ему бросился знак, намертво врезавшийся в память. Они уже были здесь, когда закончился Джек. Белый ориентир остался на голой стене, но всё колдовские слова с неё исчезли. – Как ты нашел?.. Это место?..
– «Я помню каждый сворот, – коротко оповестил Бьерн. – Я нёс тебя к выходу».
– Но это безумие! – опомнился вдруг Леонард. – Должно быть, там нас будет ждать тысяча стражников. Нам не прорваться!.. – Он обреченно схватился за волосы. – Какой же я идиот! О чем я только думал?!
Бьерн покорно ждал его распоряжений.
– Постой-ка! – просветлел вдруг Лео. Он соображал довольно ладно и мог ещё схватывать на лету, но двигаться самостоятельно почти совсем не осталось сил. – Поставь меня.
Где-то за ними снова раздался жуткий вой. Громыхали железные двери и вот-вот уже готовы были сорваться с петель. Они не утратили своей силы, но без поддержки магических запретов, наложенных когда-то по всему подземелью, не могли больше сдерживать опасных узников Бастиона.
– Да, нам туда, – Лео озарил факелом знакомый ему уже коридор. – За мной.
Опираясь на стену, он шёл с трудом. Но скоро ладонь его коснулась холодного металла.
За дверью кто-то жалобно скулил.
– Эй, – негромко спросил Лео сквозь решетку. – Это я. Помнишь?
– Ещё бы не помнил, – ответил ему таинственный узник. От чего-то Лео совсем его не боялся. – Что вы натвор-р-рили? Нам всем конец…
– Хватит. Это твой шанс, – маг обратился к Бьерну. – Ты сможешь выпустить его?
С тех пор, как кузнец потерял часть себя, на поясе у него в ножнах так и остался болтаться прочный большой нож собственного изготовления. Он был из слоеной стали, как и всё знаменитое на весь Ваундвилл оружие Великой Кузницы Мордагрда. Им можно было резать доспехи, точно хлебные корки, но с толстым железом двери он тягаться не мог. А вот её петли…
Бьерн склонился, выдернул нож и с нескольких попыток подцепил конструкцию, удерживающую дверь. Рьяными рывками он поднимал и выкорчевывал её, а потом поступил так же со второй и с третей…
Дверь завалилась на бок, и кузнец вырвал её насовсем, с дребезгом отбросив в сторону.
– Твой др-руг силён, – недоверчиво произнёс узник, оставаясь в камере. – Это за ним ты явился сюда?
– Нет, – помотал головой Лео. – Он был с нами.
В проеме стоял… скорее это был человек. Волосы его густой, пламенной гривой ниспадали почти до самых колен, плечи и руки кутала рыжая шерсть. Сплошь залитые золотом, словно переливающаяся в свете Небесного Сердца древесная смола, желтые глаза пытливо разглядывали своих спасителей. Зеницы на них то округлялись и расширялись, то обращались узкими отвесными прорезями, как у хищного зверя. И борода, как огонь, струилась к низу, а у живота встречалась с космами, переплетаясь одним неразборчивым, грязным комом.