Седьмой Круг. Свой Путь (СИ)

– Сюда, скорее! – крикнул Лео, запыхавшись. – Бьерн!
– Ты со своими книжками совсем тронулся?! – дернулся от неожиданности кузнец. – Чего там у тебя?
Бьерн бросил горячий клинок в корыто с водой и тот зашипел.
– Выходи! – Лео поманил его взмахом. – На улице!..
– Укусил тебя кто-то что ли? – фыркнул кузнец и проследовал.
Лео, егозя, ждал его снаружи.
– Чем обязан такой радости? – поморщился от летящих в лицо снежинок Бьерн, накидывая на плечи медвежью шкуру.
– Вот. Держи! – маг церимониально вручил ему едва сияющую заготовку. – Мои первые чары!
– И чего? – недоверчиво щурился кузнец. – Холодная. Как фонарь не годится…
– Ла-мора! – маг хлопал глазами и со всей силы походил на дурачка.
– Ты у меня вина упер что ли, а? – грозно спросил кузнец.
– Да нет же! Скажи. Вслух! Ла-мора! – тараторил Лео. – Ты не волшебник, и если сработает…
Ла-мора!
Бьерн провозгласил громко. Не представлял он, что отдал магический приказ. А вслед за тем засиял в руке необработанный клинок цветом дневного неба и разогнал мрак прочь.
– Недурно, – одобрил кузнец.
– К снегу поднеси, – руководил Лео.
Бьерн махнул над сугробом дважды и снег расступился.
– Совсем недурно! – заключил он.
– Вот именно! – егозил Лео. – В книгах сказано, что при помочи таких мечей легко сделать себе ночлег в глубоком сугробе. Даже представлены технологии. – Рассказывал маг, презентуя работу. – Сначала нагло топишь углубление. Вроде маленькой пещеры. Укрепляешь потолок, отводя меч подальше, чтоб тот заледенел. А после устанавливаешь клинок по центру такой берлоги, и он будет греть до самого утра. А ещё, он никогда не примерзает к ножнам. Понимаешь?
– Что может быть лучше для северных солдат? – восхитился Бьерн и стал ребячиться, разгоняя сугробы от кузницы. – Чур! Прочь! Можно и двор расчистить. Благодать!
Лео радовался, что Бьерн по достоинству оценил его работу.
– И долго он так может? – узнал кузнец.
– Не знаю. Сейчас и проверим, – пожал плечами маг. – Но днём его можно опять напитать светом Небесного Сердца. И минерал внутри будет работать, как новый. – Он бегал за дурачащимся, как избалованный отрок, кузнецом. – Пишут, что изделия из самых хороших камней могут прослужить больше года. Если использовать его каждый день. Но после… увы, камень потеряет свою силу.
– Достойно! – крикнул довольный кузнец. – Ты молодец, маг!
– Да? Ты правда так считаешь? – не верил своим ушам Лео, услышав похвалу от Бьерна впервые.
– А то! Видел, чтоб я трепался в пустую?
И Лео засиял под стать зачарованной им заготовке.
Они ещё помолчали, заглядываясь клинком, а потом Лео стал хитро закидывать удочку:
– У нас ведь осталась ещё целая бочка Рубиновой Лозы, правда? Слышал, у вас принято отмечать успех именно так?
– Ах, ты ж паршивец! – прогремел Бьерн. – Я определенно не против откупорить её прямо сейчас! – Он помедлил, заходя обратно в кузницу и крикнул куда-то в темное небо. – Папаня! Ты там хоть смотришь, куда я веду семейное дельце?
– Как вы говорите его зовут? – кисло переспросил герцог Мордгарда своего советника.
– Леонард, ваша светлость, – вежливо ответил престарелый маг в алой мантии с позолоченной вышивкой.
– И почему я узнаю об этом только теперь, любезный Мортимер? – недовольный, правитель манерно откинул седеющий локон со лба. – Сколько, вы говорите, за ним уже наблюдаете?
– Скоро будет как восемь месяцев, милорд. Он прибыл незадолго до второй зимы, – признался советник. – Я не счел нужным беспокоить его светлость. Это вопросы магов. Тем более, что…
– Что же, Мортимер? Что?! – несдержанно выпалил герцог. – Не сочли нужным? Должно быть, вы издеваетесь?..
– Изгнанник не совершал никаких противопоказанных ему действий, – оправдывался придворный колдун. – Зачем вам забивать голову такой ерундой? Для этого существует Трибунал…
– Предположим, но… – герцог Мордагдрский стал напыщенно прогуливаться по залу для аудиенций. – В моё владение пребывает изгнанник Школы Рассветной Росы. – Он повернулся к советнику и укоризненно посмотрел на него. – Изгнанник, согласно вашим сведениям, опасный, лишь чудом не высланный напрямик в Дом Скорби. Верно?
 
– Верно, мой господин…
– И славился в школе он тем, что нередко магия рвалась из него бесконтрольно, самопроизвольно! И в такие моменты могла даже нанести урон окружающим! – как неумелый дирижёр, он помотал перед собой руками. – А ещё, как оказалось, его подозревали в изучении Черного Слова… Мне продолжать, любезный Мортимер?
– Не стоит, – советник будто бы огрызнулся.
– Так почему же вы всё-таки не удосужились хотя бы намекнуть? – разгневался герцог. – И почему я узнаю об этом не от моего первого советника.
Придворный маг исподлобья глядел на правителя.
– Неважно! – отрезал герцог и словно бы в миг забыл о негодовании. – В любом случае, сообщите достопочтенному Бьерну Искуснику, что я с удовольствием прибуду к нему завтра к утру на демонстрацию его… их новой совместной с его подмастерьем-магом работы. – Правитель мечтательно посмотрел в высокий потолок. – Звучит крайне занятно.
– Я отправлю гонца, – сказал советник и покинул зал.
Он преодолел несколько коротких лестниц и, встретив служку в вестибюле дворца, распорядился о приказе герцога. Совсем юный, невысокий даже для своих лет мальчишка стремглав бросился передать его слова в должные уши.
Маг зашаркал туфлями проворней и покинул замок.
Не оборачиваясь, дабы не привлекать излишних вглядов, он прошагал на своих двоих по великолепной белой алее, совсем не обращая внимания на прелесть соцветий и торжественную красоту аккуратно выстриженных кустов. Оказавшись за воротами, он надменно проигнорировал чествующие его приветствия стражников и скрылся где-то в бескрайней толпе снующих повсюду горожан.
Проворно он юркнул в безлюдную подворотню и, удостоверившись, что никто за ним не наблюдает, тремя пальцами провёл по яркой своей мантии от шеи к поясу, что-то шепнув. Одеяние съежилось и потускнело, стало серым и невзрачным, сливаясь с гнетущими красками города. Теперь он был похож на проходимца в старом, истрепанном балахоне.
Пройдя половину Мордагрда, маг вынырнул на безлюдную улицу и прошмыгнул в убогий, загнивающий кабак, столь неудачно разместившийся здесь. Внутри, не удосужившись даже окинуть взглядом питейную, он тихонько пробрался в самый темный угол заведения и уселся за стол, край которого исчезал в непроглядной тени.
– Докладывайте, – тихо произнес грозный голос из темноты.
Маг дернулся и сердце его съежилось.
– Субъект до сих пор не нарушил установленных правил, – отвечал шёпотом Мортимер.
– Это я уже слышал.
– Завтра герцог Мордагрда отправится познакомиться с ним лично. И с его работой в роли подмастерья Великой Кузницы.
– Вы должны быть там, – претенциозно повелел голос из тени. – И сделать так, чтоб он… не сдержался. Вы понимаете?
– Ещё бы! – маг шмыгнул носом. – Если мальчишка покажет что-то действительно выдающееся, мы с моими коллегами потеряем хороший доход от этой работёнки. Поверьте, теперь у меня появились и личные интересы в вашем дельце…
– Ваши личные интересы меня не беспокоят! – разгневался незнакомец. – Вы давно уже должны были уличить его в запретном колдовстве и покончить с этим. Сколько вы ещё собираетесь мямлить передо мной?!
– Мы делаем всё, что в наших силах, – склонил голову до самого стола Мортимер. – Господин…
– Не упустите свой шанс. Иначе лишитесь не только своего дохода! – капюшон его едва показался из тени. – Вы меня услышали?
– Непременно, – пообещал маг. – Завтра дело сдвинется с места. Даю слово.
– Хорошо. А теперь – убирайся!
Этим утром Леонард проснулся раньше привычного и забегал по кузнице, словно его шарахнуло молнией. Через каких-то несколько часов к ним с Бьерном прибудет сам герцог Мордгарда в сопровождении своих лучших боевых магов. И они испытают на прочность заговор, свершённый Лео над щитом из мудреных стальных сплавов.