Девяностые приближаются (СИ)

И тут же получаю удар в район груди от волосатика.
Терпение моё лопается, бью в ответ двоечкой, уже по туловищу и слышу окрик тренера.
– Толя, стой!
В магазине появилось ещё одно действующее лицо – мой тренер по боксу. Мужик он неплохой, и перечить, и, не дай боже, хамить, я ему не собираюсь. Он за сто сорок рублей в месяц возится без выходных с пацанами. Узнал я его зарплату случайно – зауважал ещё больше.
– Игорь Леонидович! Мне от него плюхи ловить? – возмущаюсь я.
– Не лови, но помни, ты его одним ударом убить можешь, ты же без перчаток!
Правоту тренера признаю, и отвечаю.
– Простите, Игорь Леонидович, и ты прости, мудак, – говорю я парню.
– Что у вас случилось? – строго спросил тренер.
Через пару минут ему картина была ясна, девушка смотрит на парня презрительно, всё-таки советское воспитание, тренер выговаривает и выговаривает парню, пока тот не убегает. Вот реально бегом!
– Анатолий, хорошо, что застал тебя, скоро чемпионат СССР среди юношей, и тебя сегодня рекомендовали от Красноярского края! – говорит мне тренер.
– А почему меня, а не чемпиона края? – прикидываю на ходу, надо мне ехать туда или нет?
– Чемпион из возраста вышел, а финалист травму получил, на лыжах с горки прокатился разок и на полгода в гипсе будет. И знаешь где чемпионат? – улыбаясь, спросил Игорь Леонидович.
– Да как-то не интересовался.
– В Ростове-на-Дону! С пятнадцатого по двадцать второе февраля, – не стал томить меня загадками Леонидыч.
– О! У меня папа пятнадцатого женится как раз, – зачем-то говорю я.
– Это хорошо, но надо поднапрячься на тренировках, доверие тебе оказано серьёзное, боец ты в нашем крае новый, но, как оказалось, есть у тебя свои поклонники уже здесь, и на немаленьких должностях! – веско сказал тренер и добавил, указывая на помятый торт. – С тортиками осторожнее, и так впритык к пятидесяти семи килограммам наел жирок.
– Я не знала что у него жена есть, он кольцо не носит, – девушка в шубке пытается объяснить свои отношения с женатым мужчиной.
Я не слушаю, отмахнувшись и иду домой. В общаге меня уже ждут: Бейбут, Ленка, Светка и, упавшая на хвост в последний момент, Синицкая.
– За мир во всём мире и за окончание Пунической войны! – поднимаю я тост соком, ибо уже режимлю.
Игорь Леонидович со слов Бейбута должен повысить свою категорию, соответственно и зарплата у него поднимется вот-вот. Думаю, моё хорошее выступление ему поможет. Торта съел всего ложку. Рассказываю ребятам про поездку на чемпионат, мой младший на несколько месяцев друг загрустил. Тоже ему охота, но завидует молча. Ленка чего-то воодушевилась и стала рассказывать про свои отношения с парнем из Ростова, не со мной причем.
– Ростовские такие наглые все, – довольно подытожила она.
– Я сам из Ростова, чего ты мне рассказываешь, – напоминаю ей.
– Разве? – теряется Ленка, которая забыла, откуда я приехал.
– А я помню, – хвастается Света и просит меня: – Привези мне чего-нибудь из Ростова.
– И мне! – пискает наглая соседка.
– Рука в …, – пытается срифмовать Света, но Ленка и так понимает и признаёт её правоту.
– Да, я бы своему парню тоже не позволила никому подарков делать!
Это я уже Светкин? А с какой радости? Благоразумно бунт не поднимаю, ведь трое против одного будет, если я начну возмущаться. На соседа совсем никакой надежды, Ленку он откровенно побаивается. Вечер заканчивается танцами под магнитолу. Со Светкой удалось только пообжиматься, больше ничего не позволила. У неё «эти дни» начинаются.
В среду иду к Киму уже с направлением на соревнования.
– Плохо, что пропустить придётся много занятий, но парень ты сильный в учёбе, так что я препятствий не вижу, – подписывает согласие от школы он.
Решаю навестить Зиночку в больнице, чтоб сдать кобеля-мужа. А что? Он мне никто. Но в нашем районном роддоме такой пациентки нет, мне советуют ехать на другой берег, там якобы есть специализированная больница. Не еду – лень. Да и что лезть, сами разберутся. Передумал, короче, я.
Четверг и пятница – медкомиссия. Взвесился и измерился. Вес пятьдесят шесть восемьсот, а рост уже сто семьдесят три. И правда, впритык к границе весовой категории. Пятницу и субботу традиционно провожу ночи со Светкой, а Бейбут в это время дважды ездил на улицу Матросова к Карлыгаш. У той в марте свадьба, и она поедет домой. Может и с концами, даже скорее всего. У будущего мужа уже хорошая должность куплена. Да! Так и сказала, мол, купили место товароведа в магазине! Бейбут и старается оторваться пока доступная девушка рядом, других желающих на его тощее и задиристое тело нет. Ну, может и есть, но в очереди они не стоят.
 
Отбил своим телеграмму, мол, так и так, буду в Ростове с пятнадцатого по двадцать второе. Но на свадьбу приехать не смогу, первый день турнира. Хорошая отмазка вышла.
Вылет у нас в Москву в четверг утром, там три часа ожидания и мы в Ростове-на-Дону. Летим большой делегацией – спортсмены, тренеры, люди из федерации. Перед выездом, во вторник, нас принял Шенин. Оказывается, он курирует спорт в крае. Несколько речей, совместные фотографии, и вот он отзывает меня в сторону.
– А ты ещё и спортсмен, оказывается! – удивляет он меня сразу.
Я-то думал попадание в сборную края – это его заслуга, он меня протежировал, а оказалось, кто-то другой меня продвинул.
Мы поболтали, он расспросил меня о шансах, я сказал – буду цепляться за призы.
– Уверен, что будем видеться, и надеюсь по хорошим поводам! – напоследок сказал мне он.
Всю среду я занимался покупкой подарков родным.
Удалось на рынке, кроме кедровых орехов, купить вяленой оленины и лосятину. Подумав, взял и смолу жевательную, или серу, так её называл продавец, нигде больше не видел, чтобы её продавали. Купил несколько туесков берёзовых, а для папиной жены взял воротник из лисы. Папе и Виктору Семеновичу взял одинаковые подарки – повезло наткнуться в магазине народное творчество на меховые рукавицы, изукрашенные красивым орнаментом. Оказывается, в Красноярске есть целая фабрика сувениров сейчас, так и называется КФС.Не выдержал и купил ещё красивую чеканку – «Сторожевая башня». И тут мой взор упал на витрину с табличкой «Уценка». Там, помимо прочего неликвидного товара, лежал рог для вина! С цепочкой. Натуральная кость, ручная чеканка, обрамление мельхиор, декоративная инкрустация и цена смешная – четыре рубля двадцать восемь копеек! Вот как они так высчитали-то до копейки?
– Беру, – говорю продавщице, даже не примеряясь к покупке.
– Сейчас, – продавщица исчезла в подсобке, чтобы почти тут же появиться с точно таким же рогом.
– У вас их много, что ли? – заработали шестеренки в моей голове.
– Ну а как ты думаешь, мальчик? Чего бы их уценили? Уже три года лежат, за всё время пару штук купили. Сувенирка наша совсем очумела, кто у нас из рога-то пьёт? Чай, не Кавказ, – поясняла продавщица.
Точно, клеймо КФС стоит, значит, местное изделие. 
– А чей это рог? – спросил я. – И принесите ещё пять штук.
Ведь не пьют же в одиночку, надо взять ещё несколько штук!
– А сразу сказать нельзя было? – фыркает тётка, но шустро приносит мой заказ. – Рог лося, наверное. Теперь твой.
Неуверенно так сказала, да я и сам сомневаюсь – размеры не лосиные, сантиметров тридцать в длину, не больше.
Последние напутствия от Бейбута, поцелуй от Светочки, и меня везут в аэропорт. Весь пятичасовой рейс я проспал, рано поднялся в общаге. Зато, очутившись в Домодедово, сразу пришлось проснуться. Автобуса нам не дали для переезда в другой аэропорт, случилась какая-то накладка, а все были с сумками и в зимней одежде. Короче, намаялись мы с вещами в автобусах и метро. Чуть на рейс не опоздали. Что не понравилось, не было обеда, покормили в самолете, но я-то проспал и мою порцию, наверняка, кто-то скоммуниздил. В Ростове таких накладок не было, мы на «пазике» благополучно добрались до спортивной базы «Дружба», где и жили участники. Тренеры уехали на жеребьёвку, а мы, красноярцы, стали знакомиться друг с другом получше. Некоторых я видел на соревнованиях, четверо парней были из СДЮШОР, они и поселились вместе. Всего от нашего края приехало семь спортсменов. Я уж не знаю, как нас отбирали, но семь человек для края – это очень прилично, ведь всего категорий будет одиннадцать. Мне досталось место с двумя братьями, вот так вот бывает, погодки-здоровяки, один в категории выше 81 кг, а второй до 71 кг пока подрос. Морды у них такие … как из дерева высечены, одним словом, как сказал бы Бейбут, – батыры. Братья сразу заняли козырные места у окна, на что я только хмыкнул. Я ночевать не собирался тут, хочу отпроситься у Леонидыча, и уехать к дядьке, тем более, это рядом, в Пролетарском районе. Ну и не стал бы я около окна спать, может продуть, никаких стеклопакетов ещё нет, и хоть в Ростове сейчас нулевая температура, а, пожалуй, даже и плюс небольшой, ведь подтаивает, но с окна дует.