Игра в прятки

Кивнув, я вернулась к своему рабочему месту, а Райнер углубился в чтение новой книги. Через двадцать минут, когда я была уверена, что он на меня не смотрит, я аккуратно развернула записку под столом, но наткнулась на те же каракули, которые уже пыталась расшифровать, но потерпела фиаско. Тяжелый вздох вырвался против воли. Я быстро бросила взгляд на заключенного. Он не смотрел на меня, продолжая рассматривать страницы книги, но на губах гуляла легкая понимающая улыбка.
***
Зайдя во вчерашнюю кофейню, я не сразу отыскала глазами Лиана. В этот раз он выбрал самый удаленный столик, который было практически не видно со входа. Я подошла и тяжело опустилась на сиденье напротив.
— Привет, Эмбер. Рад тебя видеть.
Отвечать на приветствие я не стала, просто молча протянула записку. Он сразу же развернул ее, вчитываясь. А когда закончил, начал разглядывать сахарницу на столе так, как будто она могла дать ему ответ на вопрос о том, в чем смысл жизни. Когда молчание затянулось, я решила, что пришло время выдать ему еще порцию информации.
— Александр рассказал мне о том, как именно попал в тюрьму, — начала я, но закончить это предложение мне не позволили.
— Тише, — перебил меня Лиан, а затем быстро обогнул столик и опустился рядом со мной на диван, придвигаясь практически вплотную.
— Хм…
— Я не хочу, чтобы нас услышали, поэтому кричать через стол — не лучшая идея, — пояснил он свои действия.
— Что ж, ладно, — смущенно ответила я и попыталась отодвинуться хоть на пару сантиметров, но проблема заключалась в том, что я сидела у стены и двигаться было просто некуда.
— Меня можешь не бояться, — улыбнулся он, — Рассказывай.
Интересно, как я должна воспринимать эту информацию? Один почти прямым текстом говорит, что рядом со мной находится весьма опасный человек, с которым не стоит связываться, другой строит из себя милейшего парня в мире. Да и выглядит именно таким, чего скрывать.
Нам принесли заказ, и когда официант удалился, я начала тихо рассказывать о Райнере, периодически делая паузы, чтобы пригубить латте. Сегодня я снова решила позволить себе немного кофеина на ночь, поняв, что все равно не смогу уснуть.
Рассказав все, что знаю, я замолчала, но Лиан не торопился отвечать. Я повернула к нему голову, практически столкнувшись с ним лбами. Он смотрел на меня и улыбался.
— Ты находишь это забавным?
— Нет. Просто у тебя пенка… вот здесь, — он протянул руку и провел большим пальцем по моей верхней губе, продолжая смотреть мне в глаза. А затем слегка наклонился и осторожно, будто боялся спугнуть, прикоснулся своими губами к моим.
Я оцепенела от неожиданности, но почему-то не спешила отстраняться. Как будто кто-то поставил весь мир на паузу, и я тоже застряла в этом вечном потоке времени. Не встретив сопротивления, Лиан провел языком по моим губам, приоткрывая их. Поцелуй был медленным, очень нежным, ненавязчивым и, нужно признать, приятным. Но я все равно отстранилась через несколько секунд, отворачиваясь.
— Мы здесь не для этого, — я попыталась сделать строгий голос, но в нем все равно отчетливо прослеживалась вся неловкость ситуации. Причем я не знала, что меня смущает больше — то, что я знаю этого парня всего сутки, или что я его откровенно опасаюсь, если не сказать боюсь.
— А если бы я пригласил тебя на свидание, где я могу целовать тебя уже на законных основаниях, — он тихонько хмыкнул, — ты бы согласилась?
— Не уверена, — протянула я и попыталась сменить тему. — Ты узнал все, что хотел? Я имею в виду, о Райнере.
— Практически, — Лиан нехотя, но все же отстранился. — Остался только один вопрос. Ты веришь в то, что он невиновен?
— Я… — в голове вертелось тысячи вариантов ответа, которые ни к чему меня не обяжут. Можно сказать какую-нибудь расплывчатую фразу, отшутиться, заявить, что это не мое дело. Но я гордо вскинула голову и, глядя ему в глаза, почти категорично заявила: — Да.
— Хорошо, — он улыбнулся, — Это упрощает дело.
— Какое дело? Знаешь, мне настоятельно советовали не верить ни одному твоему слову, не соглашаться ни на одно твое предложение и вообще отправлять по самому неприятному маршруту.
— Я даже догадываюсь, кто дал столь ценный совет, — фыркнул Лиан. — Но поверь, я не хочу, чтобы ты пострадала. И не собираюсь впутывать тебя ни во что серьезное.
— То есть впутаешь во что-то несерьезное? — скривилась я. — Знаешь, меня это тоже как-то не особо устраивает. Что ты собираешься делать? Я бы предложила нанять хорошего адвоката, который сможет быстро добиться перевода в другую тюрьму до следующего слушания. Но почему-то эту идею подняли на смех.
— И небезосновательно. Эмбер, как ты думаешь, сколько влияния нужно иметь, чтобы организовать подобное? Ведь речь идет не только о том, что кто-то заплатил надзирателям, а также руководству тюрьмы. Арест и суд были организованы очень быстро и очень качественно. Это означает, что подкупили, запугали или просто приказали еще и кому-то в руководстве полиции и прокуратуры. А ведь это только верхушка айсберга. Посольство Швеции тоже отказалось от претензий, а я отлично знаю, что при нормальных обстоятельствах, даже если бы Алекс здесь жестоко убил всю женскую сборную по крикету, был бы запрос на экстрадицию. Его бы доставили в Стокгольм любыми методами, и разбирались бы уже там.
— Почему? — я действительно не могла понять. Да, случай, когда в британской тюрьме находится заключенный с другим подданством странный, но не уникальный.
— Можешь спросить у него сама, — отмахнулся Лиан. — Дело совсем не в этом. Ты понимаешь, к чему я все это рассказывал?
— Конечно, понимаю, — фыркнула я, — Ты хочешь сказать, что в этом деле замешаны очень влиятельные люди, поэтому нанимать адвоката изначально бессмысленно. Ты не поверишь, но я все это и раньше понимала. И конечно, в идеале следует найти того, кто все это заказал, разобраться в причинах, устранить их, а уже потом расследование его дела само сдвинется с мертвой точки. Проблема в том, что искать виновных сейчас не выход. Я не думаю, что ему позволят дождаться результата. Надзиратели настроены весьма решительно, и они отработают свой гонорар, — последние предложения я сказала очень тихо. Не для того, чтобы скрыть эту информация от чужих ушей. Просто мне самой не хотелось озвучивать ее лишний раз.
— Я знаю. И собираюсь действовать в ближайшее время. Я не буду разбираться в том, кто в этом виноват. Точнее, может быть и буду, но не сейчас.
— И что ты собираешься делать?
— Я организую ему побег, — уверенно и так легко, как будто речь шла о заказе ужина, сообщил он.
    
Глава 6
Наверное, в жизни каждого человека наступает момент, когда он впадает в ступор и не знает, что ответить. И я сейчас говорю совсем не про экзамены, на которых от волнения отключается мозг. Просто бывает такая информация, которую твое подсознание отказывается сразу воспринимать. И хотя нейронные сети в мозгу работают исправно, смысл просто не доходит до тебя. Так в ступоре застывает жена, которая через двадцать лет совместной жизни узнает, что ее муж — гей. Или человек, купивший квартиру и на следующий день обнаруживший, что отдал все свои деньги мошенникам. Они осознают эту информацию, просто не верят в нее. Им нужно время, чтобы мозг перестал бороться с подсознанием. Эти ситуации, конечно, несопоставимы с моей. Но именно такой же ступор случился и со мной, после слов: