Вишнёвая истина
В любом случае мы подумываем в ближайшее время устроить сюрприз хотя бы моему отцу и Карине, потому что Назаров устал отнекиваться на работе, почему хочет ускользнуть домой пораньше. Его коллеги уже пару недель подшучивают на тему, что у непробиваемого капитана появилась девушка, иначе из-за чего он так светится?
— Я тут подумала, может быть, расскажем папе про нас на дне рождении Карины?
Я лежу на груди у Кости — его рука нежно поглаживает моё обнажённо плечо. Мы остываем, но жар наших тел не даёт огоньку погаснуть до конца.
— Можно, — соглашается парень. — Они уже решили, где будут праздновать?
— Хотят в ресторане, — устраиваюсь поудобнее. — Чисто близкие друзья. Подруги Карины, отец. Тебя тоже планируют позвать, ты же как-никак «близкий друг семьи», — дразню.
Костя тихо смеётся.
— Угу, даже слишком близкий.
Он целует меня в лоб, и я довольно мурлычу.
— Думаешь, что-нибудь поменяется, если мы им расскажем?
Назаров недолго думает, затем прокашливается.
— Не думаю. Просто порадуются за нас. Может, будут шутить первое время, — улыбается. — В любом случае нам когда-нибудь пришлось бы всем рассказать.
— Ну, да.
Я больше ничего не спрашиваю. Изначально я не хотела кричать о наших отношениях, потому что не была уверена, получится ли вообще хоть что-нибудь из этого. Но вот мы вместе уже почти два месяца, и мне так хорошо рядом с Костей, что думать о расставании не хочется ни мгновения. В глубине души я боюсь, что если все узнают о нас, то наступит чёрная полоса. Правильно же говорят: счастье любит тишину.
Пока я тону в собственных мыслях, квартиру заполняет трель дверного звонка. Это странно, потому что обычно гости ломятся в домофон, а уже потом прямиком в квартиру, а тут кто-то очень настойчивый решает обойти меры приличия и нагрянуть сразу как снег на голову.
— Кто это? — Костя приподнимается на локте.
— Не знаю. Я никого не жду, — поспешно выбираюсь из объятий парня и принимаюсь наспех одеваться, в тайне надеясь, что это всего лишь какая-нибудь проверка счетчиков или очередной опрос про вентиляцию.
— Пойду пока покурю…
— Ага.
Но гости не уходят, продолжая настойчиво трезвонить в звонок.
Костя следует моему примеру и натягивает джинсы — это последнее, что я вижу, выходя в коридор. Мельком взглянув на растрёпанную шевелюру в зеркало, я пытаюсь её пригладить, прежде чем открыть дверь. Ириска бросается под ноги, как обычно пытаясь ускользнуть из квартиры, и я отпихиваю кошку ногой, машинально открывая дверь, и тут же жалею, что не посмотрела в дверной глазок, чтобы хотя бы морально подготовиться.
— Сюрприз! — кричит Анька, размахивая пакетом.
Я в панике собираюсь захлопнуть дверь, но лишь немного прикрываю её.
— Э-эм. Я вообще-то сейчас занята, почему не позвонили?
— Ты в последнее время где-то пропадаешь и избегаешь встреч с нами, поэтому мы сами решили к тебе прийти, — Аня улыбается. — Пиво и суши, всё как ты любишь. Даже не пытайся нас выгнать, мы никуда не уйдём.
Подруга нагло протискивается мимо меня, а вслед за ней, скромно улыбаясь, проходит Элли.
Блин, нужно их как-то выпроводить, прежде чем они увидят Костю. Хорошо, что ещё кроссовки мужские в углу не заметили…
Аня уже снимает туфли.
— Я, правда, сейчас не могу, давайте в другой раз? Встретимся на неделе, я, правда, не буду отнекиваться, — плаксивым голосом прошу я.
— Никаких отговорок, — строго говорит подруга.
— Я сейчас не одна, — настойчиво повторяю я. — Давайте в другой раз.
Анька тут же выпрямляется, навострив слух, словно дикий зверёк, и я уже жалею, что проговорилась. Она же теперь точно не отстанет.
— О, а мы думали, что у тебя депрессия, — Элли облегчённо вздыхает. — Уже собрались устраивать терапию.
— Ага, сидишь дома, страдаешь из-за какой-то ерунды, с нами видеться не хочешь, — Аня напускает на себя строгий вид, она так и стоит в одной туфле, не зная, что ей делать дальше.
— Нет, всё хорошо, — нервно смеюсь я. — Просто сейчас действительно неподходящее время.
Дверь балкона хлопает — я слышу шаги. Девчонки как по команде замолкают, а я интуитивно пытаюсь закрыть собой коридор.
— А, ой… — я оборачиваюсь на голос Кости. Тот пытается сделать шаг назад, чтобы скрыться из вида, но затем решает, что смысла в прятках больше нет. — Привет.
— Назаров?! — практически в унисон вскрикивают девчонки, не веря своим глазам.
Костя шмыгает носом, его взгляд падает на пакеты.
— О, вы пиво принесли, — подходит к нам и нагло забирает пакеты. — Кайф. Ну, заваливайтесь, че застыли.
Я с укором смотрю на него, но тот лишь пожимает плечами и уходит на кухню. Встретившись взглядом с двумя довольно лыбящимися лицами, я закатываю глаза и, подхватив кошку, ухожу вслед за Назаровым. Слышу в коридоре громкие перешёптывания и посылаю многозначительный взгляд парню, но тот лишь беззвучно спрашивает: «что?». Ириску отправляю на диван, но проказница резво спрыгивает с него и убегает к гостям.
— И давно это вы спелись? — на кухню заходит Аня.
— Недавно, — Костя открывает бутылку пива и делает глоток. После чего достаёт из пакетов суши и остальные дары гостей, выкладывая всё на стол. — А чё тёмное не взяли?
— Не наглей. Мы вообще не к тебе шли.
Подруги присаживаются за стол — повисает неловкое молчание, сопровождаемое шуршанием пакета, в котором застряла игривая кошка.
— Ну, что. Выпьем тогда за встречу, — оптимистично говорит Костя.
Он открывает ещё три бутылки и протягивает нам, после раздаётся звон стекла, и мы делаем несколько глотков. Костя выбрал для меня вишнёвое, как я люблю, и я благодарно улыбаюсь ему, ища поддержки в случившейся ситуации.
— Так… — Элли прокашливается. — Как так получилось, что вы вместе?
— Как-то так… получилось, — пожимаю плечами. — Мы хотели вам рассказать, но попозже. Даже мой отец ещё не знает.
— А я то думала, что в таких ситуациях ты сразу мне будешь звонить, — обижается Аня. — Подруга, называется.
— Ты тоже не спешила мне рассказывать про Диму, — закатываю глаза.
Подруга смущается.
— Ладно, один-один, — фыркает она. — Но я рада за вас. Я ей давно говорила, что пора бы присмотреться к тебе, — подмигивает Назарову.
Я смущённо прикрываю лицо рукой. Ну, началось. Сейчас будут восхвалять Костю и говорить, какая мы классная пара. Назаров лишь довольно улыбается.
Именно этого я хотела избежать, когда говорила, что не хочу никому ничего рассказывать.