Монтана. Наследие Греха

— А где же Катя? Может, пойдешь, ей доброго утра пожелаешь?
Он ухмыльнулся, внимательно глядя в мои глаза.
— Я помогал Марку, только и всего…
— А я пойду, помогу Марине, — поднырнула под его руку и выскочила из постели. Не дав ему возможности поймать меня, вышла из комнаты и направилась к подруге.
Закрыв ладонью глаза, зашла в спальню Марка.
— Если вы голые, то лучше оденьтесь. Простите, но я никуда не уйду, — заявила. Услышала смешок.
— Одеты мы, — ухмыльнулась Маринка. Я открыла глаза. Ребята сидели на постели, но она была заправленной. Маринка устроилась на руках Марка.
— Я даже не знаю, кто более чокнутый из них, — произнес Марк подруге, а я напряглась.
— Это вы про меня?
— Нет, это мы про двух дурачков влюбленных, — засмеялся Марк и, хлопнув по попе Марину, поднялся с кровати.
— Девчонки, завтрак сделаете? В обед отвезем вас в город.
- Избавляетесь от нас, — прищурилась Маринка.
— У нас пара дел важных. Завтра уже вернемся окончательно в город, — Марк поцеловал подругу и вышел из комнаты.
Мы отправились вниз готовить завтрак. Парни разбрелись по двору. Кто чинил машину, кто просто отдыхал в беседке в ожидании завтрака. Я заметила нескольких новых ребят, которых не видела вчера вечером. Монтаны нигде не был видно.
— Ты смотри, девки-то смылись вовремя. Как отдыхать, так они тут как тут. А как приготовить — так только мы остались, — проворчала недовольно подруга.
Я пожала плечами, посмотрев на Маринку. Готовка для меня никогда не составляла труда. Люблю это дело. Приготовив салат, принялась обжаривать бекон на сковородке, Маринка взбивала яйца.
— Чего-то ты сегодня молчаливая, подруга, — усмехнулась девушка. А я, посмотрев в окно, заметила входящего во двор Монтану. На нем были только шорты, его оголённый торс был покрыт капельками пота. На голове парня была бейсболка, надетая козырьком назад. Из-под нее по лбу стекал пот.
— Ох, вот и принц наш с пробежки вернулся. Ты смотри, какой он у тебя спортсмен, — хихикнула Марина, застукав меня за подглядыванием.
— Поди, ночью устроил тебе марафон, — продолжила издеваться. Я покраснела и поспешила отвернуться.
— Заливай яйца, пока бекон не сгорел. Я пойду, в беседке накрою.
Схватив скатерть и стопку чистых тарелок, направилась во двор. Шутки Марины обидели меня. В первую очередь потому, что были сущей правдой. Монтана стоял рядом с Марком у машины. Когда проходила мимо, чувствовала его горячий взгляд на себе. Сердце подскочило к уровню горла, а в голове тут же всплыли картинки прошедшей ночи. Такой восторг в душе был, по-детски наивный и непонятный мне. Вроде как, и непонятно, что между нами, а я радуюсь.
В беседке сидели двое новеньких парней. Пока расстилала скатерть, один из них уставился на мой зад.
— Ты куда это смотришь? — возмутилась, заметив его пристальное внимание.
— Детка, у тебя такой зад, что я просто не могу на него не пялиться… — усмехнулся наглец, а его друг поддержал того смехом.
— Я сейчас тарелку о твою башку разобью, а потом посмотрим, куда ты сможешь пялиться, — прорычала, продемонстрировав ему свое средство обороны.
— Чего?! Ты не попутала?! — со всего размаху он шлепнул меня по попе, а в следующий момент просто слетел с лавки на пол. Не успела понять, что происходит. Обернувшись, увидела его лежащим на асфальте. Над придурком возвышался Монтана.
— Тебе руку сломать или язык вырвать, выбирай — прорычал, вывернув конечность так, что бедный заскулил.
— Монтана, да угомонись ты, — Марк встал позади.
— А? Я не слышу! — Паша продолжал кричать на испуганного задиру.
Теперь и мне стало страшно.
— Паш, не надо, — приблизившись, осторожно коснулась его спины. Паша обернулся, посмотрел на меня сердито.
— Еще раз пальцем ее тронешь, или посмотришь в ее сторону, я тебя пополам сломаю. Понял? — прорычал парню.
— Понял, — кивнул головой. Монтана, что-то проворчав себе под нос, отпустил несчастного.
— Паш, можно было по-человечески объяснить, что она твоя девушка, — нахмурился Марк.
— А н*хер звать сюда кого попало, Марк. Ты уже за*бал, честное слово, — Монтана повернулся ко мне и без лишних слов схватил меня за руку.
— Пойдем, — он потянул меня за собой. Мы зашли в дом, поднялись по лестнице наверх. Я была так напугана и растеряна, что даже вопроса ему не задала, шла следом.
— Сиди здесь и жди меня, — он подтолкнул меня к кровати.
— Ты куда?
Монтана остановился в дверях комнаты. Обернувшись, посмотрел на меня с улыбкой.
— В душ, хочешь со мной?
Я отрицательно покачала головой.
— Я так и думал, — усмехнулся, выходя из комнаты.
Спустя минут пять он вернулся. Уже чистый, с опоясанными полотенцем бедрами. У меня даже дыхание перехватило от этого… великолепия. Черт, да чего греха таить, этот парень — высший пилотаж.
— Значит так, — заявил, отправившись к шкафу. Сбросил с себя полотенце, а я поспешила отвернуться. Услышала его смешок довольный и покраснела. Вот негодяй! Специально издевается!
— Катя больше не появится здесь. И, нравится тебе это или нет, ты должна уяснить один факт… — он замолчал, а я повернулась, желая узнать, что же дальше.
Монтана стоял уже в джинсах. Он приблизился ко мне, устроился в моих ногах, заглянув мне в глаза.
— Ты — моя девушка. И больше никаких брыканий, ясно тебе? — проговорил строго.
— Девушка… — проговорила с издевкой. — И много у тебя таких, как я?
Я видела, как он напрягся.
— Никого больше не будет, Соня, — отчеканил стальным тоном.
— Пф-ф, расскажи мне… — усмехнулась, но тут же замолкла, встретив его строгий взгляд.
— Я серьезно говорю, глупая, — потянулся рукой и убрал волосы с моего лица. А я задрожала от столь простого действия. Так нежно это у него получилось.
— Я тебя всю жизнь искал. Каждый раз — мимо. Ровно до тех пор, пока однажды вечером ты сама не упала мне в руки на лестнице клуба, — он смотрел на меня снизу вверх и улыбался. А я была так ошарашена его признанием, что поверить не могла собственному счастью.
— Так сразу и понял, что я — та самая? — засмеялась, пряча волнение.
Паша кивнул.
— С первого взгляда. Как только глаза свои подняла, так и понял, что ты — моя жизнь. И что нашел то, что искал.
Он коснулся моих губ, и голова пошла кругом. Разве я могу противиться ему? Наш поцелуй был таким нежным, практически невесомым. Но для моего влюбленного сердца он стал серьезным оружием. Я сдалась. Больше не могла противиться ему. Я влюбилась в этого парня, и будь что будет.