Монтана. Наследие Греха

Сейчас мне не хватало отца. Я знал, что подписываюсь на безумное, провальное дело. Я понимал, что могу попасть по полной. Тут каждый из исходов, отличительных от успеха, пахнет гадко. Либо смерть, либо тюрьма. И ни в одно из этих мест я пока не собирался.
Уверен, батя подсказал бы мне, как правильно поступить. Но я не мог так рисковать им. Я не стал бы звонить, даже если бы Араб снова приставил к моему виску волыну.
Связываться с ним, посвящать в это дерьмо — значит вытянуть в Россию. Я знаю отца, он не останется в стороне, узнав, что его сыну грозит опасность. Я уже давно не маленький беспомощный пацан. Настало время принимать серьезные решения самому.
***
Два последующих дня прошли в подготовке. Араб, как и обещал, дал нам своего человека, который и ввел в курс дела. Задумка попахивала безумием. Брать центральный офис банка, потрошить все камеры хранения. Нет, я уверен, дело не в конкуренте и не в желании подосрать его авторитету. Здесь нужно копать намного глубже. Либо что-то более личное, либо более серьезный конфликт между ними. Я был как слепой щенок. Вынужден был идти на все это с завязанными глазами. Чувствовал себя тупой марионеткой. Меня бесило все это. Ввязываться в подобное дело было полной дуростью. Но и включать «обратку» — тоже не вариант.
На следующий день я снова попытался встретиться с Никой. На этот раз она была менее агрессивной, но и разговора у нас как такового не вышло. Сестра хотела познакомить меня поближе со своим парнем, дабы доказать, что он не такое говно, каковым мы его считаем. А я говорил о его отце, без зазрения совести замочившего собственную жену. Нике было плевать, будь его папаша хоть Ганнибалом Лектором. Это злило еще больше. В конце концов, все снова закончилось скандалом, в итоге я пообещал увезти ее насильно.
Снова сорвался. Здесь, на родной земле, все шло наперекосяк. С первой минуты моего пребывания. Утром вышел на связь с отцом. С левого телефона. Кто бы знал, как хотелось поделиться с ним, но вместо этого я пообещал, что буду держать ситуацию под контролем и скоро верну сестру.
Я повесил на себя огромный груз ответственности. И теперь чувствовал его каждую секунду. Он мешал мне, не давая вздохнуть.
Вот и сейчас. В день ограбления. Все пошло не так, как мы планировали. Араб — полный мудак, ни хрена не рассчитал. Все, что он обещал нам — пошло по одному месту.
Нас было пятеро — все в масках и с калашами за спиной. Мы вошли в банк четко по плану, в три часа дня. Вот только первым просчетом Араба был тот факт, что никакого выходного сегодня не было. Для нас стало большим и неприятным сюрпризом застать в зале людей.
Араб взял все это на себя. Он собрал всех в кучу и усадил в угол помещения, угрожая стволом. Меня с Марком отправили к хранилищу, а двое бандосов Араба чистили кассы.
Я пытался концентрироваться на работе, но нервы брали свое.
Чертов сейф. Саданул рукой по железке. Руки не слушаются. По венам адреналин гуляет, делая меня неспособным нормально мыслить. Я никак не могу подобрать код, настроить волну. Бл*дь. Прикрыл глаза, пытаясь сосредоточиться. Эта дверь отделяла меня от искомого. Металлическая комната, двести пятьдесят ячеек и несколько миллионов нала и драг камней. Если я не вскрою ее в ближайшие пару минут — все пропало. Можно будет сразу пускать себе пулю в лоб.
Услышал за спиной чьи-то шаги. Марк.
— Ну, че там, Монтана?
— Бл*дь, не нервируй, — обернулся, продолжив выполнять манипуляции.
— Ускоряться надо. Долго не продержимся, — Марк присел рядом. — Араб совсем с катушек слетел.
Я не отвечал. Продолжал набирать комбинации цифр. Друг вскочил, принялся нервно расхаживать по коридору.
- Бл*дь, когда успел подписаться на это дерьмо?! Я же не гребаный налетчик!
Набираю оставшуюся пару цифр. Раздается долгожданный щелчок.
— Есть, — прикрываю глаза, выдыхая. Открываю дверь, мы с Марком проходим внутрь.
Набираю на ноуте еще один код. Раздается щелчок, и все ячейки открыты.
— Вау, — присвистывает воодушевленно Марк.
Достаю из кармана рацию.
— Налетай.
Спустя несколько мгновений к нам присоединились двое подельников. Я посмотрел на часы.
— У нас пятнадцать минут — это максимум. Уходим через заднюю дверь. Кивнув, парни принялись чистить все ячейки и складывать их содержимое в сумки.
Я вышел в коридор, желая проверить обстановку. Не хотелось оставлять Араба одного. Мало ли какую подставу он может устроить. Прогремел выстрел. Кажется, в венах кровь застыла от догадки.
Сорвался в зал. Оглядываюсь по сторонам. Заложники забились в щели, как тараканы. Посреди помещения стоит Араб. Он держит на прицеле какого-то мужика. Тот обнимает девчонку. Какое-то странное чувство возникает в груди. Едва уловимое, но оно заставляет сердце сжаться от тревоги. Подхожу ближе и в тот момент, когда девчонка поднимает на меня глаза, едва крышу не сносит от ужаса. Мать твою, это Соня!
— Эй, красотка, сюда иди, — ржет Араб. Какого хрена он творит? Злость прокатывается по венам в тот момент, когда я понимаю, что он тянет свои грязные лапы к моей девочке. Срываюсь в его сторону.
— Рот свой завали, недоделанный, — рычит мужик, обнимающий мою Соню.
— Че ты сказал?! — Араб утыкает в него ствол. — А? Теперь не такой крутой? — цедит сквозь зубы. Он заведен. Чертов псих — ему нравится все происходящее. Бл*дь, лучше бы я его завалил, там, в квартире Марка, чем подписался на это все.
Мужик держится молодцом. Несмотря на наведенный в его сторону ствол, он продолжает гнуть свою линию, сохраняя равнодушие.
— А ты ствол убери, и проверим, кто крутой, а над кем природа стебанулась, — отвечает Арабу. Соня испуганно смотрит на него.
— Папа!
— Ах, ты ж, тварь, — скалится Араб. А все остальное происходит, словно в замедленной съемке. Араб снимает ствол с предохранителя и, подняв руку вверх, делает два выстрела и следом направляет свой ТТ на отца Сони.
— Эй, — я хватаю за плечо Араба. Он озирается.
— Чувак, дело сделано, все собираем и уходим. Остынь.
В глазах Араба — безумие. Мало что удается рассмотреть в черных зрачках. Но спустя мгновение он кивает. Я продолжаю отвлекать.
— Проверь, чтобы мы взяли именно то, что нужно.
Я направляю на Соню ствол, для того чтобы Араб успокоился и ушел. Он должен понимать — я вроде как с ним. Должен не забывать о нашей главной цели.
Араб кивает. Направляется в сторону хранилища. Соня жмется к отцу. Вижу страх в ее глазах, и это заставляет меня чувствовать себя конченым уродом.
— Сядь, — командую ее отцу.
Обернувшись, вижу, как испуганно смотрят на меня сидящие на полу заложники. Среди посетителей банка два охранника. У них связаны руки и заклеены рты. От всего происходящего мне не по себе.