Накажи меня любовью (СИ)
Когда Саша предложил потанцевать, я даже не особо раздумывала, просто вложила свою ладонь в его и позволила отвести себя на танцпол. Как раз начался медляк.
— Помнишь, когда мы с тобой в последний раз танцевали?
— По-моему, на выпускном? — я слегка наморщила лоб, припоминая.
— Именно. Ты тогда тоже была очень красивая. Только танцевала намного хуже и отдавила мне все ступни до крови.
— Ты сильно преувеличиваешь. Я знаю, что была плоха, но не настолько же
— Если только самую чуточку.
Он плавно вел меня в танце, а я кружилась в его объятиях и никак не могла понять, почему его слова о выпускном вызвали во мне смутное беспокойство. Они мне о чем-то напомнили. Слегка потрясла головой, пытаясь растормошить опьяневший мозг, но все было бесполезно.
И вдруг, когда я уже почти сдалась, из потаенных закоулков памяти всплыли обрывки той давней ссоры, когда он признался, что влюблен в меня, а я сказала, что у меня уже отношения с другим. Да, точно, тогда Саня сказал, что именно на выпускном впервые обратил на меня внимание как на девушку.
От этого воспоминания я даже немного протрезвела. Инстинктивно напрягшись, стала всматриваться в Сашино лицо, пытаясь разобраться в своих подозрениях. Случайно ли он обронил эту фразу про выпускной или целенаправленно? Возможно ли, что за все эти годы он не растерял своих чувств ко мне? Пытаюсь найти ответ в глазах, но не могу. Красивое лицо с легкой небритостью абсолютно бесстрастно.
В глазах нет ни волнения, ни особой нежности, ни сексуального интереса. Руки тоже ничего лишнего себе не позволяют, лежа в строго отведенных местах. Саня не пытается меня лапать или прижать теснее положенного. Все вполне обыденно.
— Янка, не морщи ты так лоб, а то морщины раньше времени появятся. Будешь похожа на Бабку-Ежку, — насмешливый голос врывается в мои мысли.
Несколько секунд растерянно хлопаю ресницами, переваривая эту фразу, а потом легонько бью кулаком наглеца по плечу.
— Ах ты, ж. а с ушами, — невольно вырывается у меня почти позабытая фразочка из юности и мы оба начинаем тихо ржать. При этом умудряясь не сбиться с ритма танца. А у меня с души мигом слетает невидимый груз. Сейчас я танцую именно со своим старым другом. Тем, кто всегда подставлял плечо, защищал и смешил, не терзая душу жестокими истериками и безнадежной любовью. Тот, кому доверяла все свои секреты и по которому тайно скучала эти долгие годы.
И пусть завтра мы снова разъедемся, но мою душу еще долго будет греть этот вечер. И я думаю, это взаимно.
После окончания танца собираюсь вернуться к столу, но меня перехватывает Витька Громов и я, смеясь, решаю потанцевать еще. Краем глаза отмечаю, что Надька тут же утягивает к себе в пару Саню.
Наблюдая искоса за этой парочкой, я невольно испытывала испанский стыд. Разведенная Надька так отчаянно вешалась на него, что это не увидел бы только слепой. Кокетливо строила глазки, пристраивала голову на плечо, чуть ли не терлась грудью.
О боги, еще немного, и она его лицо к себе прямо в декольте засунет. Саня там не задохнется хоть, в этой необъятной груди шестого размера? Вот интересно, это она так без регулярного секса оголодала, что так открыто себя предлагает? Или значки зелененьких банкнот в глазах засветились?
Внезапный приступ головокружения выбивает из колеи, заставляя прикрыть глаза и поморщиться. К горлу подступает тошнота. Чертово вино действует, видимо.
Остановившись и шепнув Вите пару слов извинений, направляюсь к выходу.
— Таяна, пойти с тобой?
— Спасибо, не нужно, — отмахиваюсь от вежливого предложения. — Я немного воздухом подышу и вернусь.
На улице уже стемнело, зажглись фонари и вывески на магазинах, ресторанах, клубах. Стало заметно прохладнее, поднялся ветерок. Зато мне почти сразу полегчало. Пару минут постояв, я присела за один из столиков, обхватив себя руками. Минут через пять окончательно отпустило.
— Ян, с тобой все в порядке? — раздавшийся прямо над ухом обеспокоенный голос заставил вздрогнуть. — Чего сидишь здесь в одиночестве?
— Голова резко закружилась. Но уже вроде бы прошло. Возвращайся в зал, я скоро подойду.
— Нет уж, там мне поднадоело, если честно. Лучше с тобой посижу, — плюхается в соседнее кресло и испытующе на меня смотрит. — Не против, надеюсь?
— Не против, конечно, — усмехаюсь и все же не удерживаюсь от подколки: — Что, с трудом вырвался из цепких ноготков Соколовой?
— Да там не ногти, — хмыкает, — там самые настоящие когти. Такими только глазные яблоки выцарапывать. Еле сбежал.
— Ага, видела я этот натиск. Будь ее воля, она бы с тебя штаны спустила прямо там.
Ночной воздух разрывает заливистый мужской смех, да и я не остаюсь в стороне, представив эту пикантную картину. Наши взгляды снова встречаются и я ненадолго залипаю, заметив яркие искорки веселья, освещающие голубые глубины. Да, глаза это единственное, что у Сани с возрастом не поменялось — они остались такими же яркими, красивыми и выразительными.
— Уверен, что не пожалеешь? — продолжаю подначивать старого друга. — Надька та еще зажигалка. Опыта у нее всякого хоть отбавляй.
— Спасибо, такого счастья мне не надо, — брезгливо морщится. — Спермотоксикозом, к счастью, не страдаю.
— Уж кто бы сомневался. — вылетает у меня на автомате и на несколько секунд повисает тишина. Сашка как-то странно на меня смотрит, ухмыляясь, а я быстро отвожу взгляд и перевожу разговор на другую тему.
Саня некоторое время рассказывает о своем бизнесе, о том, как начинала строиться гостиница. Как потом постепенно добавлялись рестораны и кофейни. Как пришлось пользоваться связями, чтобы быстро разобраться с бюрократическими препонами, чтобы найти хороший персонал и привлечь внимание к заведениям в медиа-сфере. О неприятностях, происках конкурентов и всяческих разбирательствах. Я внимательно слушала, впитывая каждую крупицу информации. В его голосе было столько волнения, радости, энтузиазма, он буквально горел своими планами и идеями.
— Значит, ты собираешься открывать филиалы и в Каменогорске?
— Да, — кивает, откинувшись на спинку стула. — Сначала несколько бизнес-кофеен, для сотрудников офисов и бизнес центров. А потом и чисто семейные, для пар с детьми. Как раз на днях присматривал помещения.
— И как?
— Ну, место в «Элизиуме» однозначно надо брать. Есть еще подходящее здание на Каскаде, бывший магазин, который сейчас продается как раз. А над остальным будем думать с Лехой.
— Что ж, удачи вам. Надеюсь, все получится.
— Спасибо. Кстати, Ян, — Сашка вдруг вскидывается, — я же тебе не говорил еще, что у меня теперь есть племянница?
Глава 36 Наваждение
За час до слов, что не исправить,
Почти за вечность до потери,
Как мне тебя себе оставить
Как запереть входные двери?
(Сказоч-Ник)
— Племяшка? У тебя? — изумленно хлопаю глазами, осознавая услышанное. — Каринка родила? Когда успела? — для меня это и правда неожиданно. Хотя ей уже двадцать три, вполне взрослая.
— Да, родила дочь. Два года назад, в октябре. Девочку зовут Ася. Хочешь, фото покажу?
— Мог бы и не спрашивать, выкладывай давай, все что есть, — подаюсь вперед и нетерпеливо постукиваю пальцами по столу, ожидая, пока Сашка отроет нужные снимки в галерее своего айфона.
Когда я беру смартфон в руки, наши пальцы соприкасаются и между ними отчетливо пробегают разноцветные искры.
— Эй, ты чего током бьешься?
— Это ты бьешься, а не я, — со смешком забираю злополучный аппарат, одновременно встряхивая онемевшие после разряда пальцы.
На фотографиях запечатлена прелестная малышка с кудрявыми белокурыми волосами, фамильными голубыми глазками и восхитительными пухлыми щечками. Настоящий ангелок во плоти. Фото были самые разные — в манеже, в песочнице, на качелях, на руках у мамы, на коленях у Сашки, в объятиях бабушки и дедушки.
Надо будет встретиться с Кариной в Москве, хочу пофотографировать ее с дочерью. Сделаю им потрясающую фотосессию в качестве подарка.