Разведи огонь (ЛП)

Я расплакалась, тихо всхлипывая. Не прошло и двух месяцев. Легче мне не стало. Даже близко. Я была готова к его смерти, но реальность этого, реальность…
— Грейс, — Себастьян зарылся пальцами мне в волосы, но вместо банальностей он прикоснулся своими губами к моим губам, поцеловав меня крепко и глубоко.
Я погрузилась в его поцелуй, дав ему увлечь меня в свой вихрь, подальше от моей печали и опустошенности.
Я хотела вцепиться в него когтями. Чтобы спастись от непрекращающейся боли. Я извивалась на нем, закинув ногу ему на бедро и двигаясь лоном по его эрекции. Себастьян провел ладонью по моей спине, скользнул ею под бюстгальтер, а затем вернулся к моей попе и, сжав ее, расположил меня так, что оказался сверху.
Его горячие и жадные губы переместились на мою шею, посасывая мою кожу, и я прижалась к нему, всхлипывая от вихря удовольствия и боли. Баш прошелся зубами по моей ключице, царапнув плечо, и я задрожала от каскада сдерживаемых эмоций, мне хотелось чувствовать это неконтролируемое желание, а не жгучую тоску у меня внутри.
Я потянулась к его ремню, но Баш остановил меня, схватив за запястье. Откинув голову, я посмотрела на него. Между его бровями залегла глубокая морщина, челюсть напряглась и упрямо выпятилась вперед.
— Ты не хочешь меня? — растерянно спросила я.
— Я так чертовски сильно хочу тебя, что чувствую твой вкус. Но не собираюсь трахать тебя, когда ты по кому-то плачешь. Когда я буду внутри тебя, все пролитые тобою слезы будут только из-за меня.
Его губы снова скользнули к моим, на этот раз медленнее, показывая мне, что он хочет меня, вот так, просто так.
— Грейс! Черт возьми!
Мы оторвались друг от друга, а я в панке распахнула глаза.
— Мама дома.
Себастьян хрипло рассмеялся.
— Если бы мы сделали по-твоему, перед ней открылся бы шикарный вид на мою голую задницу.
— О боже, — простонала я.
— Грейс! — снова позвала она. — Ты чуть не вырубила меня своим рюкзаком у двери, подруга.
Ее голос раздался прямо за моей дверью. Я вскочила с кровати и встретила ее в коридоре.
— Прости. Я не подумала.
Мама заглянула мне через плечо, затем подняла бровь.
— Тебя что-то отвлекло… или кто-то?
— Мама… — я провела ее по коридору в гостиную.
Она включила свет, поэтому здесь было намного светлее. Когда она увидела состояние моего лица, тут же прикоснулась к моим щекам.
— Ты плакала?
— Да, — я потерла большими пальцами под глазами, подтирая черные разводы от туши. — Я поссорилась с Еленой в школе. Она наговорила мне всяких гадостей. Ты… ты недавно разговаривала с миссис Сандерсон?
Мама кивнула и скривила губы.
— Да, это так. Мы столкнулись с ней в среду в продуктовом магазине, но к тому времени, как ты вернулась с работы, это вылетело у меня из головы, и я забыла тебе сказать.
Мое горло словно заложило цементом, густым и тяжелым.
— Ты рассказала ей о папе?
— Да. Я не вдавалась в подробности, но рассказала ей самое основное. Мы дружили, когда жили здесь раньше, и было так приятно снова встретиться, — мама схватила меня за плечо. — Подожди, Елена что-то сказала?
— Она сказала, что папа не сумел победить болезнь, — прошептала я.
— Ох, — мама заслонила ладонью рот. — О боже. Как она могла сказать что-то настолько жестокое?
— Не знаю, — я наклонила голову и прислонилась лбом к маминому плечу. — Она ненавидит меня из-за Нейта, хотя я не хочу иметь с ним ничего общего. Но, мама, когда она это сказала, я как бы вышла из своего тела. Я ударила ее по лицу.
Моя мама знала кое-что из того, что произошло в конце первого курса и что привело к моей ссоре с Еленой. Если бы мы остались, я, возможно, не стала бы ей рассказывать, но на расстоянии я чувствовала себя в безопасности, выкладывая ей одобренную родителями версию событий. Ни одной матери не нужно слышать грязные подробности пьяного первого раза их дочери с парнем ее лучшей подруги — особенно после всего произошедшего с моим отцом.
— О, Грейси, — крепко обняла меня она. — Если у тебя будут неприятности в школе, то дома их не будет. Не могу обещать, что я тоже не дала бы ей пощечину. Какая проблемная девочка. Я должна позвонить ее маме.
 
— Нет, нет, нет, — вырвалась из ее объятий я. — Пожалуйста, не надо. Я просто хочу, чтобы все утихло. Если ты позвонишь миссис Сандерсон, это только разожжет пламя.
Мама выдохнула, поглаживая меня по волосам.
— Хорошо. Но если что-то еще случится, тебе меня не остановить, — она сжала мои плечи. — Теперь, может, поговорим о парне у тебя на кровати?
— Себастьян привез меня домой. Я была очень расстроена. Я заснула, а он остался, и…
— Позаботился о тебе?
— Он обо мне заботился, — я прикусила губу. — Мы никогда не говорили о том, могу ли я в твое отсутствие привести домой друга…
— Думаю, мы никогда не сталкивались с конфликтами такого рода, — она провела рукой по волосам. — Ну, тебе восемнадцать. Я тебе доверяю. Не возражаю, если ты пригласишь Себастьяна, хотя я бы предпочла не заставать тебя за сексом. Так что, если это случится, во-первых, позаботься о контрацепции, а во-вторых, следи за временем, чтобы у нас не было никаких неловких ситуаций. Хорошо?
Мое лицо словно вспыхнуло. Мы с мамой были близки, и она всегда была предельно откровенна, но не так. Никогда.
— Хорошо. Ну… я просто пойду запрусь в своей комнате и больше никогда из нее не выйду.
Мама фыркнула.
— Хорошо. Но как пойдешь, возьми с собой свой рюкзак.
Я направилась в комнату, но тут обернулась.
— В последнее время я говорила тебе, что люблю тебя очень-очень сильно?
Она подмигнула.
— Нет, а я говорила тебе, что люблю тебя очень-очень-очень сильно? Например, до луны и все такое?
Я ухмыльнувшись, отмахнулась. Закинув рюкзак на плечо, я вернулась в спальню. Себастьян сидел на краю моей кровати. Он протянул мне руку, и я охотно пошла, по дороге бросив рюкзак на пол.
Баш потянул меня к себе на колени, так что я оседлала его бедра.
— Я пойду, но только если с тобой все будет в порядке.
— Здесь сейчас моя мама. Если со мной что-то будет не в порядке, она обо мне позаботится.
Он положил ладони мне на шею, потирая большими пальцами горло.
— Я слышал ваш разговор. Так вот что значит иметь практичных родителей?
— Думаю, да. Она явно на ступень выше остальных.
Губы Баша изогнулись в улыбке.
— Мне нравится, что она хочет выбить дерьмо из Елены.
— Это был муж моей мамы, Баш. Любовь всей ее чертовой жизни, а эта маленькая сучка сказала, что он не справился, — я содрогнулась от отвращения.
Я не могла поверить, что когда-то с ней дружила. Это ранило меня, как ничто другое.
— Я понял, детка. Понял.
Его губы коснулись моего подбородка, уголка рта, а затем, наконец, прижались к моим в долгом, глубоком поцелуе. Затем он шлепнул меня по заднице.
— Поднимайся. Мне пора идти.
Я слезла с него, обхватив себя руками.
— Тебе всегда нужно куда-то идти.
Баш приподнял бровь и ухмыльнулся, снова надевая ботинки.
— Да. Но если я тебе понадоблюсь, я рядом, — он подошел ко мне и взял меня за подбородок. — Помни об этом.
Я кивнула, и Баш снова меня поцеловал. Я проводила его до двери, получив еще один поцелуй и обещание, что завтра Баш мне позвонит.
Позже, ворочаясь с боку на бок в попытке унять роящиеся в голове мысли, я поняла, что должна кое о чем спросить Себастьяна. Было уже слишком поздно писать СМС, но я все равно это сделала.
Я: Себастьян.
Я: Баш.
Просыпайся.
Я: Если ты спишь, сейчас же открой глаза.
Я: БАШ$#@!
Баш: Эй,
Я: Я тебя разбудила?
Баш: Почти. Заметь, я не даю тебе повода для беспокойства. Почему ты не спишь?
Я: Думаю. Возможно, я слишком долго спала сегодня днем. У меня вопрос.