Две сироты для миллиардера

- Как вы собирались ее искать? Есть зацепки?
- Мы хотели найти папу. А он бы уже нашел нашу маму, - отвечает Коля.
Ноль конкретики.
- Как?
- Мы знаем адрес, где он когда-то жил в этом городе, - Катя сыто улыбается. - А еще ну нас есть его фотография! – с любовью гладит кулон.
Вот тут ты малышка ошибаешься. От меня на старом фото мало что осталось. Узнать меня по нему нереально. Пластика, да и возраст изменили меня. Но, увы, я не их отец.
Ловлю себя, что эта мысль, ядовитой иглой пронзает сердце.
Но что было на уме у Лизы, когда она давала ребенку кулон, и плела всякие небылицы? Зачем хранить вещь, подаренную бывшим, об которого она вытерла ноги? Бред.
- Какой адрес? – выпиваю залпом вторую чашку кофе.
Они отвечают снова хором, без запинки. Явно выучили назубок.
Снова вскрывают наглухо закрытые двери прошлого. То, что давно заросло паутиной, и куда я себе не позволял заходить.
Это мой старый адрес. Моя конура. Где все начиналось с Лизой.
Волей судьбы я снова живу в городе, в котором очень недолго, но единственный раз в жизни был по-настоящему счастлив. Тут у нас с Лизой все закрутилось. Тут я познал горечь предательства. И даже спустя столько лет, оно горчит на языке. Ничего не забыто. Увы…
- Откуда вы его знаете?
- Мама рассказывала.
- Как вы оказались в интернате? – задаю самый сложный вопрос. Но я должен хоть что-то понять. Найти хоть какое-то объяснение всему происходящему.
- Нас туда отправил злой дядька. Сказал, что мы больше не нужны маме! – тут же начинает плакать Катя, а Коля мгновенно реагирует, обнимает и пытается успокоить сестру.
- Но мы не верим, - серьезно добавляет мальчуган.
Дальше расспрашивать язык не поворачивается. И так тошно от всего услышанного. Корю себя, что расстроил детей. Прошелся своими расспросами по их душевным ранам.
- Ладно, давайте прокатимся. Немного прикупим вам чего-то классного, - выдавливаю из себя улыбку. Пытаюсь разрядить обстановку.
- Вы лучше нам с поисками помогите. А вещи, они не заменят главного – родителей, - выдает Коля и насквозь пронзает меня своими глазищами.
- С этим вопросом тоже разберемся, - приклеиваю улыбку к лицу.
Нельзя показывать, как он мне душу вывернул наизнанку. Как разрастается злость на Лизу с Артуром. Разбежались, не сложилось, всякое бывает, но детей в интернат?! Нееет! Я этого так не оставлю!
Кидаю несколько купюр на стол.
- Да? – Катя смотрит на меня с надеждой.
Наверное, за всю жизнь я не испытывал столько эмоций, как за вот этот час рядом с ними.
- Конечно, - подмигиваю. – А теперь погнали. Держитесь крепче!
- Что? – непонимающе смотрят на меня.
- Прокатимся, - Накидываю на малышню свой пиджак и подхватываю их на руки.
Нельзя допустить, чтоб они опять замерзли. Потому со всех ног припускаю к своей машине.
- Ааа, прикольно! – их смех, как бальзам на душу.
Хочется, чтобы они всегда так улыбались и больше никогда не видеть, этой дикой, недетской боли в их глазах.
Хотя я, честно говоря, сам не представляю, что делать дальше.
К такому повороту судьбы я точно не был готов. Тем более, когда у самого в жизни тот еще кавардак происходит.
- Ого, какая машина! – Катя присвистывает, когда опускаю их на землю около своей тачки.
- Запрыгивайте внутрь, - открываю заднюю дверь.
- Нет! – вдруг меняется в лице мальчуган. Загораживает собой сестру. – Мы не вернемся в интернат. Вы же туда нас везете? – за показной храбростью прячет дикий страх.
- Нас там обижали и не любили, - всхлипывает Катя из-за его плеча.
- Мы не едем в интернат, - грудину сдавливает железными обручами. Невозможно дышать. Сколько они уже пережили за свой короткий век?
- Точно? – смотрят на меня подозрительно.
- Точно, - киваю.
Только что мне с ними реально делать? Пока идей ноль. Эмоции с головой накрыли. Не помню, когда со мной такое было. Мои извечные подруги – это безнадега, одиночество и пустота. К ним я привык, сросся.
Надо будет пробить по-тихому, что там в интернате. И при каких обстоятельствах Катя с Колей туда попали.
- Смотрите, мы вам верим, - заявляет Николай, хмурит белесые брови.
Запрыгиваю за руль. Сердце не унимается, аж в горле отдает.
- Сколько вам лет? – смотрю на них через зеркало.
- Десять, - снова хором.
- Только я старшая, - добавляет Катя.
- На пару минут! Я тебе уже говорил, это не считается, - машет головой Коля.
На вид я бы дал им семь-восемь. Худенькие, щупленькие, изможденные. Да и мальчик выглядит младше сестры. Я думал у них год-два разницы. Но я не спец по детям. Могу и ошибаться. Оказывается, Лиза родила двойняшек… от Артура. Скриплю зубами, сжимаю руль. Гадина!
Дорога к торговому центру занимает минут десять. Все это время вновь проживаю прошлое, теперь когда двери воспоминаний открыты, уже не могу их сдерживать.
Звонок мобильника возвращает в реальность. Морщусь, глядя на экран.
- Да, - принимаю вызов.
- Кренделечек, тебя еще долго ждать? Мы опаздываем на ужин к моему папе! – писклявый голос режет слух.
- Я занят, - бросаю раздраженно. – Сегодня не выйдет.
- Кааак! – протягивает возмущенно. – Мы же должны обговорить детали нашей свадьбы!
    
Глава 3
- Без меня разберетесь, - отвечаю сквозь зубы.
- Но… - протягивает обиженно.
Уже представляю, как надувает губы.
- Можно все отменить, - добавляю не без ехидства.
- Нет! Что ты! Кренделечек, я все понимаю! Ты занят, у тебя дела, - сразу же меняет тон.
- Адриана, еще раз назовешь меня так, это будет последний раз, когда ты меня видишь, - бросаю, не скрывая злости.
- Прости, но это ведь так мило.
- Это отвратно. Я все сказал, - отключаю вызов.
Хочется умыться. В ушах до сих пор стоит ее голос.
Раньше ведь она меня так не раздражала? Конечно, свою любовь я похоронил одиннадцать лет назад, вместе с мечтами про наше будущее с Лизой. Но вполне допускал мысль о нормальном сосуществовании со своей партнершей. И такие союзы у меня были.
Но Андриана, чем дальше, тем хуже…
А завязан я с ней мощно. Пока не нашел способ обойти наш договор.