Три дня любви

— Я думаю, что всё это его отговорки. Он просто дождался случая, он ведь не пускает тебя специально, чтобы ты не испортила всю картину своим рассказом. Его ведь даже не звали сегодня в участок! Но он поехал, чтобы стравить их ещё больше, и скажет, что ты тоже подаёшь на Алиева, за домогательства!
— Чего?! — изумилась я.
А ведь я всё ещё надеялась, что эта дурацкая, нелепая история скоро всё же подойдёт к концу, и что закончится она благополучно для каждого из нас. Что сегодня семьи Трофимовых и Алиевых смогут договориться. Но мой злопамятный отец, видимо, не упустит шанса поквитаться с давним врагом хотя бы так. Поквитаться с помощью детей, будет топить Рому и дальше! Поквитаться с помощью собственной дочери! Да ему просто плевать на меня, выходит! И мама права, остальные родители этого конфликта повели себя, как и должны были, и только мой отец даже слушать меня не захотел. Но оно теперь и понятно, почему, ему не выгодны мои слова.
Я уверена, что и отец Ромы вряд ли в восторге от всей этой ситуации, но Рома говорил, что он будет пытаться договориться. И он всё же поддерживает сына, даёт ему сказать и, главное, слушает его и верит! И будет заступаться за своего ребёнка, ведь сегодня Рома поехал в участок с папой. Так же, как и Костя. Его родители тоже его любят, они не побоялись даже пойти против такого человека, как Ромин отец! Они тоже слушают своего сына и верят ему, а ведь врёт из нас троих как раз Костя! Но его родители с ним. И только у меня всё через…. Хорошо, что хоть мама на моей стороне.
— Отца нужно остановить, Каролина, — вздохнула мама, отвлекая меня от мрачных мыслей. — Иначе это всё надолго затянется, он же не угомонится. Как вспомню то время, когда он с Андреем воевал, так вздрогну.
— С каким Андреем? — не поняла я.
— Да с Алиевым!
"Он для тебя уже просто Рома?!" — вспомнились мне гневные слова отца. Надо же, его зовут Андрей, и мама об этом знает. И в её тоне нет ни капли ненависти, когда она говорит о враге моего отца. А может, не всё там тогда было так, как я знаю? Может, этот Андрей Алиев не такой уж и ужасный человек? Ведь сын у него очень даже ничего.
— Ну и как папу остановить, если он никого не слушает? — поинтересовалась я, напуганная мамиными словами.
Да мы с Ромой, блин, и так думаем, как бы нам продолжить общаться без всяких последствий, а если мой отец его посадит, то общаться будет ещё сложнее! Так, ладно, время ещё есть, Роме пока нет восемнадцати, вроде.
— Вот я и пытаюсь придумать, — тяжело вздохнула она. — Знать бы позицию Андрея… потому что, если и он так же настроен, то это будет третья мировая.
— Они хотят мирно договориться, — ляпнула я.
— Откуда ты знаешь? — удивилась мама.
Я сглотнула, понимая, что сболтнула лишнего. Это ведь мне Рома рассказывал, что его отец пытается решить всё мирным путём, но для мамы я этого знать никак не могла!
— Да Ольга говорила, — стала на ходу придумывать я. — Её парень, Димка, вроде как, общается с Ромой… ну, с Алиевым. Вот он и сказал.
— Надеюсь, у них получится, — не замечая моей паники, снова вздохнула мама. — Не хотелось бы и мне вмешиваться, а то отец тогда окончательно обезумит.
— Да ты ничем и не поможешь, — благодарно улыбнулась я. Мама готова и дальше ругаться из-за этой ситуации с мужем, только бы он угомонился, наконец. — Тем более что мы сегодня убедились, что тебя папа тоже не хочет слушать.
— Меня-то нет, а вот Андрея…
— Алиева?! — изумилась я маминому варианту решения проблемы.
Вот уж с ним отец точно не станет вести разговоры. Даже из-за меня, как оказалось.
— Не бери в голову, — подмигнула мне мама. — Я просто брякнула так, не подумав…. Завтракать будешь?
    
ГЛАВА 8
ГЛАВА 8 
Когда я, наконец, дождалась звонка от Ромы, время уже давно перевалило за полдень, и это могло означать, что разбирательства в участке сегодня не были быстрыми. А отца, кстати, дома до сих пор так и не было. Конечно, я ждала его. Понятное дело, что рассказывать, как там у них всё произошло, отец мне бы не стал, но я хотя бы по его настроению и виду смогла бы хоть примерно догадываться. Но теперь могла и по настроению Ромы понять, что сегодня они вряд ли там мирно разошлись. Потому что, после того, как я взяла трубку, на том конце послышался тяжёлый вздох.
— Всё плохо, да? — со страхом прошептала я.
— Ты всё ещё со мной?
— В смысле?
— Да или нет?
Так, ясно. Он намекает на мои вчерашние метания.
— Ром, мы ведь вчера всё уже…
— Да какой вчера?! — перебил он с раздражением. — Сегодня! Твой папаша на меня заяву накатал от твоего имени, вот я и спрашиваю. Я же имею право знать, что вчера сделал не так, раз последовали такие события!
— Он всё-таки это сделал, — захныкала я.
Конечно, я надеялась на благоразумие отца, но, видимо, там совсем крышу снесло. Понять бы, от чего конкретно. Что, блин, происходит?! С каждым днём история, которая, казалось бы, могла бы уже закончиться мирно, только всё больше разрастается! И всё это не без стараний моего отца, который изначально не хотел даже, чтобы наши фамилии мелькали в одном деле! А теперь он сам не даёт это всё закончить!
— Так ты, всё-таки, в курсе про заяву? Отлично. А я-то, дурак, надеялся.
— Подожди. Я узнала только сегодня, когда папа уже уехал! — поспешила я объяснить.
Да уж, вряд ли Рома теперь, верни нас назад в тот вечер, стал бы мне помогать. Думаю, он уже сегодня сто раз пожалел, что связался со мной. Хотя он точно пожалел об этом ещё раньше, когда всё это началось.
— Это радует. А то я прямо призадумался. Вроде, думаю, ты не была вчера против поцелуев, а сегодня такая подстава. Поэтому и спросил, со мной ли ты.
— Думаю, ты уже не со мной, — вздохнула я.
В трубке с возмущением цокнули:
— Каролина, вот не надо опять за меня думать! Ты достала со своими идиотскими выводами! Я ведь позвонил, чтобы всё выяснить, хотя тоже мог выводы просто сделать, и всё! Ты же…
— Я с тобой! — перебила я, не желая развивать это дальше. — Прости, я постараюсь больше не делать без тебя никаких выводов.
— Хорошо, — усмехнулся Алиев.
Только невесело усмехнулся.
— И что будем делать?
— Понятия не имею. Отец обещал придумать что-нибудь, иначе мне светит статья за домогательства. Так себе перспектива.
— Что там у вас вообще сегодня было?!
Рома вздохнул:
— Да жесть. Скажи мне, что я сделал твоему отцу? Он же бычара неуравновешенный!
— Ты — сын его врага… у меня только такое объяснение, хотя я тоже не понимаю ничего.