История одного гоблина. Два в одном (СИ)

– Мал да удал, – заметил Адинук, делая себе маникюр пилочкой, позаимствованной у королевы.
В бытность темным эльфом такие мелочи, как краса ногтей, его мало заботили, но изменившийся облик обязывал поддерживать статус высокородного пресветлого лусида. Его это забавляло настолько, что бард даже начал причесываться.
– Это сам Квимиаль, – сообщила Мерилит, не спуская с лежащего полководца глаз. – Он однажды сожрал целую когорту маров, дерзнувших напасть на него в бою. Одним глотком.
Компаньоны взглянули на противника с гораздо большим уважением. Аггрх проникся уважением настолько, что сразу замахнулся мечом, чтобы как можно скорее покончить с вероятной угрозой. Только окрик Мерилит не позволил ему завершить начатое.
– Не сметь! – возмущению королевы не было предела.
Ладонью правой руки она сделала один быстрый пасс, и силовая волна сбила зеленокожего с ног, вырвав клинок из руки и отбросив его к противоположной стене.
– Э? – потирая ушибленный бок, переспросил орк, недоумевая по поводу такой резкой реакции.
То ли белокрылой королеве сильно претило убийство беззащитного пленника, то ли у нее имелись более веские причины не желать ему смерти.
– Квимиаль не просто потомок благородного рода, – грудь Мерилит бурно вздымалась, выдавая сильное волнение. – Он тхан.
Поскольку это мало что объяснило, компаньоны продолжили смотреть на королеву с непониманием.
– За смерть любого тхана, если это не ритуальное убийство, совершенное равным по силе или старшинству пуутом, явится наказывать лично Иблис со своей дружиной, – вдруг раздался голос Антонио, который как раз показался в дверях.
Он отдыхал в своей комнате, но решил, что обязан быть рядом с Мерилит в момент опасности.
– А, раз так, лучше его не трогать, конечно, – согласился Аггрх, потирая слегка искривленный нос с горбинкой, свернутый давным-давно на арене и не до конца вправленный обратно. – Давайте просто уговорим его уйти вместе с армией.
Неизвестно, сколько бы еще компаньоны препирались, если бы «парализованный» неожиданно не вскочил и не прыгнул со стола сразу на потолок. Все бросились врассыпную, а Квимиаль издал короткий смешок.
– Сме’ртные, селестиалы, вода, зелень к’ру’гом... – прохрипел пленник, говоря на всеобщем с небольшим, но заметным акцентом.
Он раскачивался на присосках своих лапок и не проявлял агрессии. – Будьте вы все п’рокляты. Одно’го не пойму, как вы умуд’рились п’ри’ручить мэн’гмуму п’ри всем п’ри этом, да еще такую здо’ровенную? И почему она не п’рев’ратилась до сих по’р во что-то подходящее этому ми’рку?
– Кстати, да, – наклонился Аггрх к Адинуку, не спуская глаз с Квимиаля. – Как ты теперь с ней управляешься, когда она такой стала?
Бард кивнул. Соломенные волосы эльфа выбились из-под обруча на голове, и Адинук торопливо принялся запихивать их обратно.
– С нежностью и лаской, – ответил он с застенчивой улыбкой. – Я ведь тоже изменился, но это не мешает Миленочке меня любить.
Мерилит вернулась к столу, над которым висел тхан, и почтительно обратилась к нему на пуутском. Тот ответил. Завязался неспешный диалог.
– Что она говорит? – шепнул шаман Бурбалке, держа посох и магию наготове.
Аггрх и Адинук придвинулись ближе, тоже надеясь услышать перевод.
– Рассказала ему правду, как стала королевой, – прошептал в ответ Антонио. – Про нас рассказывает и про Минору тоже.
Квимиаль при упоминании древнего недоверчиво защелкал языком. Потом, видимо, что-то сопоставил в уме и легонько зарычал.
– Говорит, надо поймать эту сволочь и распылить по всей Бездне окончательно, – хмыкнул человек. – Предлагает помощь своих войск, а она отказывается.
– Правильно делает, – шепнул Аггрх. – Демонам верить нельзя.
– Да, я бы тоже не стал мне дове’рять, – громко прохрипел Квимиаль. Слух у него, по всей видимости, был еще лучше, чем зрение. – Но я ‘расскажу, почему моя экспедиция тепе’рь не имеет смысла.
– Валяйте, коллега! – фамильярно предложил орк, подобрал упавший меч и не вложил его в ножны, оставив в руке.
Квимиаль намек понял и прикрыл веки. Означать это могло все, что угодно. Мерилит, однако, кивнула и улыбнулась, успокаивая компаньонов: драки не будет.
 
– Королеву выбрал народ, и мне придется с этим смириться, – генерал вновь заговорил на пуутском.
Ему тяжело давался разговор на чужом языке, и демон попросил переводить его слова для смертных. Мерилит пересказывала смысл, а Антонио время от времени вставлял подробности, которые владычица иной раз сознательно опускала.
– Мы думали, что новая королева просто съела старую и впитала ее силу, как это обычно происходит. Тут же случилось совершенно другое, чего мы никак не ожидали. Значит, легко забрать власть не получится. Да и куда моей маленькой армии воевать с целым слоем? Разве только ваши пууты превратились не пойми во что, но это уже совсем другое дело. Я хочу изловить Минору и заставить его вернуть все, как было. Если не получится, пускай Принц боли разбирается с бардаком, который вы тут устроили.
Квимиаль немного помолчал, а затем заговорил снова.
– Есть еще одна причина мне верить, – сказал он с тяжелой одышкой. – Здешний воздух плохо на меня действует. На всю мою армию. Так что в наших интересах убраться отсюда поскорее.
– Если хочешь быть здоров – закаляйся, – пропел Адинук и предложил, коварно потирая руки. – Может, их просто искупать? Сразу легче дышаться будет, как дышится тропическому лесу после песчаной бури.
Квимиаль ловко спрыгнул на стол, приземлившись на все четыре лапы и заставив Аггрха рефлекторно отшатнуться и выставить вперед меч. Тхан лег на брюхо, положив мордочку на передние конечности, как иногда делают собаки, и посмотрел на всех одновременно исподлобья.
– Наши цели пока совпадают, смертные, – прохрипел он, – но от воды прошу меня избавить. Я видел, что она делает с подобными мне, чтобы отказаться сразу. Лучше я побуду в своей шкуре.
– Насколько я понимаю, вам что-то мешает открыть портал обратно, – прервал молчание Гарб. – Так ведь?
– Верно, – подтвердил догадку Квимиаль. – Мерзейшая Мерилит препятствовала нашему появлению здесь так сильно, что запечатала все выходы.
– Ваше Величество, – сдерживая усмешку, сказал Аггрх, – вас не затруднит вернуть тхана и его войско в ту дыру, откуда они повылезали?
– Не могу, – произнесла королева с явным сожалением. – Для этого нужно лишить Минору крыльев. Он поглотил мою мать и забрал ее силу. Когда я получила свои перышки, мне передалась лишь половина власти над слоем. Распечатать выходы в одиночку у меня не получится, хотя я уже пыталась.
– Бурбалка, а у тебя как с перемещениями? – спросил Гарб, повернувшись к Антонио.
Человек пожал плечами и взглядом показал на забинтованные руки. Гоблин знал, что для открытия порталов конечности не нужны, и сделал вывод, что парень просто не в состоянии попробовать.
– Итак, ко’ролева, – снова перешел на всеобщий Квимиаль. – П’римите ли вы мое п’редложение?
Мерилит колебалась. Эмоции отражались на ее лице, сменяя друг друга.
– Иблис не потерпит ни меня, ни мой народ в его нынешнем виде, – наконец сказала она к явному удовольствию тхана. – Я вынуждена пойти на временный союз с тобой, Квимиаль. Ты помогаешь нам найти и уничтожить Минору, а мы не препятствуем возвращению домой тебя и твоей армии.
Тхан неторопливо поднялся и почесал себе брюхо языком, не спуская трех глаз с королевы.
– Думаю, нам нужно скрепить договор кровью, чтобы нельзя было нарушить условия нашей маленькой сделки, – продолжила Мерилит, поморщившись от бестактности командующего.
Пускай он древнее и, может быть, могущественнее, но она все еще королева!
Квимиаль немедленно вернул язык обратно в пасть.
– Я не... – начал было он, но зашелся в приступе кашля, после которого в ярости соскочил со стола на мозаичный пол и злобно прошипел на пуутском. – Будь по-твоему, девка, но ты заплатишь за это унижение, клянусь хвостом.