Укроти моего зверя (СИ)

Анна говорила тихо и очень уверенно. Антон вошёл и закрыл двери на ключ, понимая, что Назар не выдержит и придёт сюда.
— Девочка моя. Я так испугался, лучше бы меня убили, чем снова такое пережить.
Он подошёл и присел на кровать. Девушка села и тут же обняла его, прижалась к широкой груди, он обнял её здоровой рукой.
— Я поняла, что люблю тебя. Даже если ты мой отец, я тогда ни с кем не буду. Никого не хочу. Только с тобой.
— Я старый, я тебе в отцы гожусь. Тебе нужен кто-то типа Вадима, молодой волк, который сможет о тебе позаботиться.
— Я сама о себе теперь могу позаботиться. Мне нужен только ты.
Она пододвинулась и начала целовать его в губы. Он на секунду отстранился, но лишь на секунду. Антон не разжимал рот, всё ещё сомневаясь. Но её страстный язык, дыхание, снесли эту баррикаду. Он ответил, иногда и поцелуй может быть сексом. Они ласкали друг друга, не имея шанса оторваться, его язык проник в её рот, они знакомились заново, она нежно прикусила его, потом своим языком начала ласкать всё, чего прикасалась. Он снова отстранился.
— Я не могу. Меня сейчас разорвёт возбуждение. Что ты делаешь со мной? Я мечтал о тебе, но даже не предполагал, какая ты. Я так тебя хочу, Аня.
Она посмотрела на его брюки, там снова огромный бугор.
— Надо сделать это важное дело. Сними свои штаны, — она вдруг заставила его встать, и очень быстро расстегнула его ремень и брюки, рывком спустила всё вниз и увидела огромный член. Настолько возбуждённый, что ей стало жалко любимого. Он не сопротивлялся, может, в сознании и всплывали какие-то мысли, но Аня их опережала. Она привстала, обхватила член рукой и всё, что осталось, начала целовать, то же, что только что она делала с его языком, продолжила с возбуждённой головкой. Плотно обхватила губами, и слегка посасывая, касалась языком уздечки, короны головки, снова и снова сжимая рукой массивное тело члена.
Её движения стали увереннее и энергичнее, он застонал и кончил. Аня медленно отпустила предмет своего обожания, ещё раз мило чмокнула в губы головки и вышла в туалет, прополоскать рот.
Антон не в силах поверить, что это произошло и так быстро, застегнул свои брюки и остался стоять у кровати. Анна вернулась, развязала халат и позволила ему поцеловать грудь. Он не мог остановиться, соски напряжённые и твёрдые, упругая грудь снова начала его заводить, прижал любимую к себе и нежно поцеловал в губы.
— Девочка моя, я останусь тут, буду спать на коврике как пёс, не гони меня, — Антон после уколов, после ранения сам туго соображал, если бы не стресс последних дней и этой ночи, он, скорее всего, сдержал бы дистанцию. Не позволил бы ей сделать такие поспешные шаги, о которых она же потом и пожалеет. А теперь всё изменилось, он привязан к ней железными цепями и это навсегда.
— Я люблю тебя, пусть это останется нашей тайной. Поезжай домой. Ангела хочет придать мне лоск, говорит, что во мне слишком много провинции. Ты же знаешь, её не остановить. Она заберёт меня к Вадиму, и до Нового года будет полировать, пока я не засияю. На балу встретимся, и если ты не передумаешь, то я стану твоей.
— Смеёшься, если ты не передумаешь! — он снова её поцеловал.
— Знаешь, почему я сделала сейчас то, что сделала?
— Догадываюсь, всё же боишься, что за тобой придут?
— Да. Ты говорил, что ты очень плохой. Ну вот не прошло и пары недель, как я тебя догнала.
— На такой случай у меня есть несколько планов. Мы сбежим, никто тебя не закроет.
— Хотелось бы верить.
Они снова поцеловались. Антону стало легче, возбуждение немного отпустило. Но раненая рука начала ныть.
В дверь постучали.
Анна завязала халат и легла в постель. Ермаков осмотрел себя, поправил ремень и открыл двери.
— А чем вы тут занимаетесь, в темноте, — спросил Назар.
— Любовью, — ответил Антон.
— Аня, Ангела хочет забрать тебя к себе, ты не против?
— Да, мы это уже обсудили, я за эти дни превратилась в бомжиху, хочу хоть немного походить на вашу прекрасную дочь, — Аня улыбнулась.
— Тогда некоторые мужчины как олени начнут за тебя драться.
 
— Это лишнее, я не с оленями живу, а с волками. У волков же одна пара и на всю жизнь, я своего уже выбрала, — она посмотрела на Антона. Назар хмыкнул, понимая, что сейчас в ней ещё говорит провинциалка. Когда она поймёт, что такое реальная роскошь, тогда карты лягут совсем иначе, просто надо немного подождать.
Они немного поговорили, в основном об алиби, детали и мелочи: где потерялись вещи, откуда у неё телефон, почему она не выходила на связь и так далее.
— Ладно, всего не обсудим. Если придёт следователь, хоть какой, без адвоката рта не открывай. Поехали Антон, отвезу тебя домой.
Антон повернулся к Ане, наклонился и поцеловал её в губы.
Глава 15. Сёстры
Католическое Рождество в этом году получилось с детективным флёром.
Сергей почему-то начал давать весьма странные показания.
Он отвёз Анну к Ермакову, но она попросила высадить её у супермаркета. В спешке забыла рюкзак в машине. Похоже, что её там и взяли люди Михаила.
До звонка Назара Сергей и не подозревал, что вторую девушку украли.
— Зная о кровной мести Ермаку, я понял, что Анне не жить. Ездил по городу, искал следы. Позже получил сообщение, что Михаил отправился убить девушку куда-то в Рязанскую область. Поэтому пришлось действовать, попросил кореша проследить, вытащить девчонку, с Мишаней разобраться. Посыльный всё сделал, довёз Анну до МКАД и пересадил на такси. Я её хотел встретить у дома, где держали Ангелу. Пока мой кореш вёз Аню, кто-то успел подняться в квартиру, чтобы перепрятать Ангелу. Всё случилось слишком быстро.
— Что случилось? У нас много времени, рассказывайте по порядку.
— Я приехал по адресу, увидел у подъезда знакомую машину. Пока вскрыл кодовый замок, поднялся на этаж, заметил приоткрытую дверь, там разговаривали двое. Довольно громко и агрессивно. Один приказал второму привести девушку. Что-то про теракт на заводе, и что ему заказали Ермака, к обеду всё закончится. Но тот, что сторожил Ангелу, начал возмущаться, типа ему эту девку обещали, он её любит и так далее.
— У них был спор?
— Началась потасовка, я хотел войти, но не успел, дверь приоткрыта, но на цепочке. Я крикнул, что сейчас выстрелю, и чтобы они отпустили Ангелу, тогда останутся живыми. Но один уже лежал раненный. Ангела меня услышала и вышла из комнаты, пока я держал на мушке второго, прошла к двери, открыла цепочку, вышла, и мы сбежали. Я отдал ей свой второй телефон и попросил вызвать жениха. Она спряталась в павильоне банкоматов. А я поехал искать Анну. Думал, что таксист привёз её не к тому дому, но оказалось, что её просто высадили с другой стороны. Аня увидела, как Ангела бежит к банкоматам и пошла за ней. А дальше я уже не знаю подробности про девочек.
Следователь слушал с таким видом, как будто перед ним сидит невинный сказочник и врёт, как дышит. Ни единому слову не поверил, но всё же не прерывал.
— А что вы так за Анну переживали?
— Влюбился!
— Вот как? В девочку, которой и двадцати нет?
— Сердцу не прикажешь. Мне надо было её в квартиру доставить и там оставить, не отпускать на улице одну.
— А все говорят, что она сидела в квартире Ермакова — всё это время.
— Они не хотят её впутывать. Она такое пережила в деревне, что и мужик не справится.
— Понятно.
— Но зачем вы стреляли в Ермакова?
— Я не собирался его убивать, это часть плана, отвлекающий манёвр.
— Отвлекающий от чего?
— Ермакова заказали, я это точно знаю, в квартире, где держали Ангелу, услышал. Но сколько киллеров или бандитов получили это задание, мне неизвестно. Мой выстрел его не убил, но уже и другие не полезут в ближайшее время.
— А как вы вообще с Михаилом этим познакомились? Почему вы знали, где держат Ангелу?
— У меня есть связи в тех кругах, я же бывший охранник, есть осведомители, я их прикармливаю, время от времени даю задания, вот эти дни они мне давали наводки, и я проверял адреса, пока не нашёл, случайно, дом, где держат Ангелу.