Ты нас променял (СИ)
Глава 50. Платон
— Злата, я люблю тебя, — сокращаю между нами расстояние. Мои губы перемещаются на ее шею, и я покрываю ее поцелуями, языком веду по всем чувствительным местам, которые сводят Злату с ума, и ощущаю, что она поддается и откликается на мои ласки. Наши губы сливаются в поцелуе и четко осознаю, что она решается. Она готова дать нам шанс.
У меня было много женщин до брака, но ни с кем мне не было так сложно, как со Златой, ни за кого я так не боролся, не бегал, не нуждался ни в ком так, как в ней. Наверное, не потеряй я жену, не понял бы своих истинных чувств до конца, не осознал, как хрупки человеческие отношения. Порой нужно здорово оступиться, сделать неверный шаг и потерпеть крах, перед тем, как начать жить иначе, трансформироваться, изменить свои мысли.
Мне все равно, что у Златы куча тараканов, что у нее огромное количество личных загонов и страхов, теперь я готов разбираться со всем этим, и раскрывать ее для себя же самой. Уверен, что сообща мы справимся.
После поцелуя мы долго смотрим в глаза друг друга, словно опасаясь что-то испортить любой сказанной фразой. Нарушить нашу невидимую тонкую связь.
— Как ты себя чувствуешь?
— Теперь гораздо лучше, только вот о тебе переживаю. Не хочу, чтобы заболел, — отвечает Злата.
— Если это и случится — поцелуй того стоил, поверь.
Неожиданно Злата прижимается к моему торсу, словно желает получить защиту, и произносит:
— Мне так тебя не хватало, — ее плечи начинают дрожать, а я ощущаю, как к горлу подкатывает ком.
Что же мы творим? Жизнь летит и тратить время на обиды — самое глупое, что может быть. Я уверен, что не предам жену и распоряжусь ее шансом, как самым важным и ценным подарком всей жизни.
В любви не бывает просто, любые отношения — это труд, уступки, умение говорить и находить компромиссы. Игра в одни ворота никогда не заканчивается хорошо, и теперь нам предстоит научиться взаимодействовать как единый организм и быть целым, а не сосуществовать просто рядом, как очень многие пары, называя это все семьей и отношениями.
— Мне тебя тоже, — глажу ее волосы, — спасибо, что смягчилась, я сделаю все для вас с Ритой, обещаю, — произношу в ответ.
Спустя три дня Злата выздоравливает, а я укладываюсь в постель с температурой под сорок.
— Поеду домой болеть, не хочу заразить тебя и дочку, — произношу утром, еле открывая глаза.
— Перестань, ты останешься тут, — спорит бывшая супруга, а дальше толком ничего не помню. Меня просто выключает от сонливости, да и жар не придает бодрости, чтобы сопротивляться.
Пока я болею, Злата ухаживает за мной и окружает заботой, что не может не нравится. Плевать, что голова раскалывается на части, куда важнее ее близость и тепло. Признаться, болел бы и болел, только бы и дальше она была рядом со мной, смотрела так, как сейчас.
Риту мы отдаем моей матери на неделю, потому что переживаем, чтобы и она не подцепила бациллы, как случилось в моей ситуации. Римма с удовольствием присматривает за ребенком, возит и забирает ее с занятий и кружков, и молча наблюдает за происходящим между мной и бывшей женой, не спрашивая ни о чем, чтобы не спугнуть.
Спустя неделю мне становится лучше, Злата тоже ощущает себя вполне здоровой, приходит время забирать дочь.
— Помнишь, я хотел подарить Маргарите котенка? Не против, если у вас в доме поселится маленький комочек? — обращаюсь к бывшей.
Злата соглашается, и к приезду дочери я уже готов вручить Ритуле то, о чем она мечтает много лет.
— У нас для тебя хорошая новость, — произносит дочери Злата, зная о моем презенте, который ждет в прихожей.
— Вы подарите мне сестру? Но было бы неплохо и брата, — улыбается хитро, сбивая двоих с толку. Ничего себе заявочки.
Смотрю на нее растерянно и пытаюсь понять — это ее желание и мысли, или бабушки Риммы, у которой гостила несколько дней.
— Над этим презентом мы еще подумаем с твоей мамой, а пока, — приседаю и, глядя в глаза дочки, говорю, — беги в прихожую.
С горящими глазами Марго выбегает из гостиной, и уже через минуту мы слышим счастливый детский крик.
— Котенок! Мама, котенок! Я же говорила, что папа подарит, — гордо прижимает пушистый комочек к груди.
— А теперь можно и о братике подумать, — произношу с улыбкой. — Не хочешь такой подарочек? — обращаюсь к Злате. — Могу постараться.
.— Пойдемте к столу, все готово, — ничего не отвечает на предложение, но ее глаза загораются. — Подарочки вы мои.
Эпилог
Злата
Проходит практически восемь месяцев от момента сближения с супругом, до того, как я полностью сдаюсь и решаю переехать в наш большой и совершенно новый дом с Платоном, который выбираем сообща. На приобретение нового жилья тратим практически месяц, и совместные обсуждения дома мечты доставляют огромное удовольствие — мы проговариваем каждую деталь, свои фантазии о том, чего хотелось бы в новом месте, учитываем косяки прошлого жилища, и достигаем обоюдного удовлетворения, когда находим тот, который подходит по всем параметрам.
В новом пространстве даже дышится иначе, тут нет истории и жизнь действительно хочется начать с нуля. Новую и принципиально отличающуюся от предыдущей.
Вместе с Платоном полгода мы посещаем семейного психолога, роемся в проблемах прошлого и обязательно все это обсуждаем после сеансов наедине. Кажется крайне легким, но по факту очень тяжело и сложно открываться друг другу, когда годами привыкли прятать свои чувства. Я и вовсе не приучена этому с детства, и по-настоящему преодолеваю себя. В этот раз специалист попадается действительно качественный, и он очень умело расставляет в голове все по местам, помогая моим тараканам играть в своем оркестре симфонию чуть тише.
Что интересно, но и вечно молчащий каменный Платон тоже начинает говорить. Он высказывает накипевшее, делится вещами, которые я совершенно не замечала и не видела, и мне становится легче, что я наконец-то могу слышать своего любимого человека, и понимать его многие решения, обиды и страхи, которые есть в каждом из нас. Платон очень старается, и я действительно это чувствую, тоже идя ему навстречу.
В нашей новой жизни мы учимся говорить открыто и, я вижу, что и мне и Плату становится свободнее дышать, постепенно мы снимаем то напряжение, которое стеной присутствовало между нами, становимся теми, кем были, когда встретились молодыми и беззаботными.
Вместе с психологическими проблемами уходят и сексуальные. Вернее — их просто нет. Постельная жизнь становится совершенно другой, и она меня радует. Плат всегда был очень умелым любовником, и для меня он лучший сексуальный партнер, потому что удовольствие, которое дарят его руки, губы и тело — невероятное. Без воздействий извне, мы возвращаемся к себе настоящим, и это потрясающе.
Я делаю выводы из прошлого и стараюсь уделять мужу больше времени, радовать его вкусной едой, заботой и всем тем, чего лишала по глупости и недальновидности, и это все мне воздается втройне, Платон очень заботливый и благодарный человек, но это было понятно и раньше.
В магазине я больше не появляюсь, да и зачем? Теперь я работаю со своим мужчиной в офисе и заодно прохожу обучение, чтобы глубже вникнуть в специфику и стать хорошим специалистом. Близость Платона в рабочей сфере мне нравится, я чувствую, что он открывается настолько, что даже впускает в свое дело и ему нечего больше от меня скрывать.
Время бежит неумолимо, и я не жалею, что дала бывшему супругу шанс, скорее о том, что потратила слишком большой кусок жизни на отношения с Антоном. С другой стороны, они тоже открыли на многое глаза и показали, что если и дальше стану жить так безвольно — ни к чему хорошему не приду. С ним я увядала и делала это добровольно, словно мазохистка.
Рита безумно счастлива, что папа и мама живут вместе, настроение у дочери теперь всегда отличное и я вижу, как психологически ей пошло на пользу воссоединение семьи. Ребенок расцветал с каждым днем, пока мы с Платоном сближались, и это тоже стало подтверждением, что я все делаю правильно.