Воля и разум
Разумов, задумчиво нанизав на вилку кусочек сыровяленого мяса, повертел его в воздухе и отправил в рот. Медленно жуя закуску, начальник отдела менталистов мысленно сформулировал свой будущий ответ коллеге и, закончив сей сложный мыслительный процесс, выдал:
– Было слишком мало доказательств, что Ласова – архимаг. Действовали мы по инструкции, не рассчитали лишь фактор законника и его невменяемости. Кто бы мог подумать, что этот псих устроит в Шкрябинке кровавую расправу сначала над бедной столетней бабкой, потом над собственной женой, так еще и Ласова с Зубовой под горячую руку попали.
– Ты же сам сказал, что если их тела не найдены, то, значит, они могут быть еще живы!
Серов до последнего лелеял надежду вернуть в строй живого и невредимого Вереса, поэтому цеплялся за любые возможные подробности и детали.
– Давай мыслить логически, – разливая в очередной раз коньяк по рюмкам, объяснял Разумов. – Через двенадцать часов после того, как Верес не ответил на твой последний приказ, мы провесили портал и отправили малую оперативную группу на место. Их отчеты ты читал сам. Еще тем же утром покойная Матрена Ивановна подняла в деревне шум, что две практикантки исчезли. И даже вызвала следователей из города. Твой оперативник вследствие драки получил серьезные травмы и находился в доме покойной на лечении. Затем в доме что-то произошло. Местные услышали три выстрела, а на месте происшествия найдены три стреляные гильзы, труп старушки и многочисленные следы крови.
– Меня больше всего заинтересовали пули. – Серов от злости стукнул кулаком по столу. – Заговоренные, мать их! От них же не было шанса уйти.
– Как бы то ни было, но крови твоего оперативника мы тоже не обнаружили, и, судя по всему, он все же смог совершить обратную трансформацию тела и даже направиться в погоню за Курочкиным. – Генерал сделал паузу. – Меня, в отличие от тебя, бесит факт не самих пуль, а то, как нас провели две девчонки. Кто бы мог подумать, что «кукла» сумеет соскочить с крючка…
Какие бы высокие должности ни занимали Серов и Разумов, но даже им пришлось отчитываться. Первому – за исчезнувшего оперативника, второму – за полностью проваленную операцию, мертвого менталиста и освободившуюся «куклу».
– Откуда сведения, что «кукла» сорвалась? – поинтересовался Серов у коллеги.
– Допросил отца Ласовой, в сложившихся обстоятельствах было бы глупо дальше соблюдать конспирацию.
– С этого момента поподробнее.
– Мы были правы. Василиса – нестабильный архимаг, сила в ней проявлялась только в стрессовых обстоятельствах. Когда ее отец узнал, что дочка исчезла, сначала пробовал ломать комедию, но потом рассказал все. Оказалось, что исчезновение девчонок – не что иное, как грамотная инсценировка. И покойная Матрена об этом знала. Когда моя «кукла» осознала себя марионеткой, она очень многое вспомнила и поняла. Удивительный и уникальный случай. В итоге девчонки не придумали ничего лучше, чем сбежать. И, заручившись поддержкой старухи, выполнили этот безумный маневр. Отец Ласовой был в курсе, и здесь, в столице, готовил почву уже для своего исчезновения. Его жена собирала вещи для весьма длительного путешествия. Когда он понял, что мы не шутим и его драгоценная дочурка действительно исчезла, пытался вызвать ее по зеркалу, но результат нулевой. Ты и сам понимаешь, что это означает.
– Мертва…
– Вот именно. Наши следователи нашли остаточный след портала, проведенного Вересом из дома Курочкина к одной из точек в местных горах. И там полно крови Ласовой и гильза, аналогичная тем, что нашли в доме старухи. Вокруг куча следов твоего оперативника, жены Курочкина, «куклы», ну и самого законника в месте, откуда он вел стрельбу. И больше ничего…
Мужчины взяли паузу в разговоре и, не чокаясь, опрокинули в рот по рюмке с огненной жидкостью. Коньяк их фактически не пьянил, а им очень этого хотелось.
– Где там управляющий этого клоповника? – громко заорал Разумов.
Через мгновение бледный сотрудник уже стоял перед генералом и, то краснея, то бледнея, выслушивал новые указания.
– Нам бы водки! И на второе чего-нибудь эдакого!
Начальнику менталистов было лень придумывать, что он хочет, а вот дрожащий управляющий побоялся такой неопределенности.
– Может, куриное фрикасе, или кролика с розмарином, или утку в апельсиновом соусе?
Названия блюд генералов не впечатлили, поэтому Серов с самым угрюмейшим выражением лица потребовал:
– Селедку под шубой, и картошечки отварите с зеленью, курочки пожарьте так, чтобы по-домашнему. Ну и грибочки, помидорчики маринованные достаньте.
Требование повергло управляющего ресторана «Версаль» в дрожь. Заказ таких блюд у шеф-повара из самой Франции, который даже слова по-русски не понимает, был ужасным моветоном. Но спорить с высокими гостями несчастный не стал и, вежливо проблеяв: «Будет исполнено», удалился исполнять приказ на кухню.
Водка на столе гостей появилась уже через минуту.
– Тебе не кажется, что специфику заведения пора менять? – задумчиво протянул Серов Разумову. – Французская кухня была модной пару лет назад, сейчас у нас патриотизм на подъеме. Соленья и варенья имели бы больший спрос.
Удивленно вскинув брови, Разумов вопросительно посмотрел на собеседника.
– Откуда знаешь, что это мой ресторан?
– Работа у меня такая – много знать. Так почему именно французская кухня?
– Не в кухне дело… Ты охрану видел у заведения?
– А то ж, половина – ветераны моего отдела оперативников.
– А вторая – мои менталисты. Гость, пока ужинает, думает много разных мыслей, полезных и не очень, а гости здесь непростые, ой непростые…
– Ты даже бизнес на своей работе завязал…Тебя, видимо, не исправить.
В банкетном зале вновь повисло ненавязчивое молчание. Разумов крутил в руках рюмку с ледяной водкой, Серов же, откинувшись назад в большом кресле, достал дорогие сигареты и, прикурив одну, медленно, затяжка за затяжкой, выпускал дымные кольца в пространство над собой.
– И все же в этом деле куча загадок, – туша окурок, нарушил молчание генерал. – Куда они исчезли? Где тела? Пять человек словно сквозь землю провалились. Курочкин, его жена, Ласова, твоя «кукла», Верес. Их следы исчезают на этой поляне в горах… Ни телепортационных следов, ни остаточных аур, ничего…
– Тебе ли не знать, что порой в нашей работе мы сталкиваемся и не с такими чудесами.
– Кстати, что будем теперь делать с отцом и матерью Ласовой? А еще правнук Матрены задает слишком много вопросов. Тихая Шкрябинка теперь на ушах. Того и гляди, станет новой туристической Меккой, как перевал Дятлова… Загадочное убийство старой бабки и пять без вести пропавших человек…
– Ничего не будем делать. Чета Ласовых в безутешном горе оплакивает погибшую дочурку. Терентьеву возместим затраты на похороны почившей родственницы. Закажем пару статей в газетах, где расскажем, как спятивший законник застрелил практиканток, жену и паренька-туриста. В первый раз, что ли! Через месяц история забудется, как и сотни других.