Заставь меня прекратить

Сначала его широкие плечи дернулись, потом дрожь прошла по груди и ударила в ломящий член, который запульсировал так отчетливо, что это ощущение передалось мне, а потом Самсонов начал кончать.
Жемчужные струи покрыли мои живот и бедра, потекли горячими дорожками книзу, а я обессиленная лежала на груди Давида и тяжело дышала, чувствуя только жар от его семени и всепоглощающую негу сходящего оргазма.
Дорожки очертили низ живота и стекли к складкам, где пульсировал клитор. Окрасили его в белый и начали стекать ниже.
– В машине есть салфетки? – лениво выдавила, Самсонов неявно кивнул и достал откуда-то пачку. Я вынула одну и начала стирать с себя его следы, а тот терпеливо дожидался, когда я закончу, а потом помог пересесть на соседнее сиденье.
Не знала о чем с ним говорить, ощущение дикого стыда затопило до краев, и я молча отвернулась к окну, стараясь не смотреть на Давида, пока тот приводил в порядок одежду.
Потом Самсонов тронул, развернул машину и поехал в обратном направлении.
Поворачиваться к Давиду не хотелось. Ехала, молча глядя в стекло и думала. Как я могла допустить такое? Как будто с ума сошла, а сейчас вдруг пришла в себя.
С того самого момента, когда я увидела Давида в випке, мой мозг словно отключился.
Я узрела то, чего хочу и решила что должна получить это немедленно. А потом все завертелось. И протрезветь мне удалось только сейчас, сидя в темном салоне ягуара.
Кожу на бедрах и животе начало сводить, не смотря на то что я вытерла ее салфетками. Поерзала и вздрогнула, когда услышала негромкий голос Самсонова.
– Ты решила проблему? – этот гад выглядел таким довольным жизнью, что мне стало еще хуже от мысли, что ему понравилось то, что произошло.
– Какую? – буркнула в ответ, не поворачивая головы. Боялась, что если посмотрю на Самсонова, снова зависну как тогда в випке.
– Со своей девственностью… – пояснил как само собой разумеющееся, и меня бомбануло.
– Моя девственность не проблема! Это вообще-то признак того, что я не пускаю кого попало в свою постель, – огрызнулась, слишком поздно сообразив, что сглупила. Надо было молчать.
– Эту процедуру могут провести в клинике, – продолжил как будто не слыша мой всплеск эмоций, даже не повернулся ко мне. – Безболезненно и быстро.
– Я. Не пойду. На это! – отчеканила, все таки поворачиваясь к собеседнику и тут же ощутила лишний удар сердца, которое ускорило пульс. Самсонов вел машину неспешно и без суеты. Его широкая кисть сжимала руль, вторая рука покоилась на колене и пальцы легонько выстукивали какой-то ритм. Он был полностью расслаблен и доволен как сытый хищник. Чертовски красивый, мужественный и огромный хищник, который знает, что именно он царь зверей.
– Я не спрашиваю тебя, – задумчиво произнес. Машина свернула на дорогу, ведущую к загородному поселку, и я напряглась.
– Куда мы едем? – натянуто спросила, оглядывая знакомый пейзаж за окном.
– Домой, – ответил просто и притормозил у ворот в поселок. Те начали бесшумно разъезжаться.
– Я живу не здесь, – злилась, и не понимала на кого больше. На него или на себя.
– Здесь. Ты живешь там, где живу я. Я тебя купил. Ты забыла? – Самсонов бросил короткий взгляд на мое лицо, а потом снова перевел его на дорогу, а я сделала глубокий вдох и продолжила.
– Вы же уволили меня! – машинально перешла на вы, пытаясь вернуть ту дистанцию, что раньше между нами была. Выходило плохо. Особенно потому что Самсонов снова на меня посмотрел и нахмурил брови.
– Считай, что ты восстановлена. Завтра запишись на дефлорацию, хотя нет. Лучше поручу этот вопрос Лауре. Ты обязательно выкинешь что-нибудь…
– Давид! – выкрикнула, перебивая Самсонова уже внаглую. – Я не буду лишаться девственности до свадьбы!
– Что-то я не видел пометки о свадьбе в твоем личном деле, – Самсонов видимо решил пошутить, но его слова только разозлили меня.
– Иди к черту! – заорала и выскочила из машины, благо мы уже подъехали к воротам особняка Самсонова и притормозили, пока те открывались. Ступила на тротуар и смачно хлопнула дверью, надеясь что в ушах этой сволочи зазвенело.
Торопливо бросилась прочь, но уже через секунду мои ноги оторвались от земли, и я взвизгнула.
– Пусти!
– Не дергайся! – приказал со сталью в голосе, и мне как-то разом расхотелось самовольничать, и я разозлилась на себя и тут же долбанула по широкой спине Самсонова кулаком, за что получила ответный шлепок по заднице. – Иначе отдам тебя охране, чтобы они сделали всю грязную работу.
Самсонов понес меня в особняк, а я всю дорогу ерзала на его плече и пыталась ударить его побольнее. В конце концов он не выдержал и войдя в дом швырнул меня на диван в гостиной, так и не донеся до спальни.
– Издеваешься? – рявкнул сердито, а я резко вскочила едва коснулась мягкой поверхности и обошла спинку дивана, чтобы увеличить расстояние между нами.
– Это ты издеваешься! Что за бред с дефлорацией? – взвизгнула, отступая, когда Самсонов шагнул на меня.
В его глазах был пьянящий азарт, и я вдруг поняла всю комичность ситуации. Уверена, Давид давно уже не занимался такой хренью как догонялки.
– Кристина… – предостерегающе произнес, и я, не отрывая взгляда от Самсонова, потянулась и взяла с дивана подушку. А потом резко швырнула ее ему и рванула к выходу, уже не скрывая дикого смеха.
На лестнице этот амбал меня догнал и дернул на себя. Мы рухнули на ступени, но Самсонов ловко перехватил мою талию и прижал так, чтобы я упала на него, а не на острые ребра лестницы.
– Тебе смешно? – выдал раздраженно, а я поняла, что не могу остановиться и смеюсь. Уткнулась в его шею продолжая хохотать. Напряжение последних дней отпустило, и я впервые за эту неделю почувствовала себя лучше.
– А разве не весело? – подняла голову, заглядывая в глаза Самсонову. Огромный лев сейчас слегка злился и при этом смотрел на меня с интересом в карих глазах. – Я в догонялки не играла со школы…
На широкой груди Давида было удобно, и я готова была провести так целую ночь. Его огромные ладони лежали на моих бедрах, придерживая чтобы не упала, а острый взгляд не отпускал мой, насмешливый, и внутри меня начало нарастать тепло. На какой-то краткий миг, на секунду мне показалось, что мы уже давно знакомы, и как старые добрые друзья дурим, оба наслаждаясь этой игрой. Не все же время играть во взрослые игры…
– Я вообще не припомню, чтобы в них играл, – мрачно выдал, но не смог скрыть налет улыбки, которая тут же исчезла, когда Самсонов подался чуть вперед, чтобы коснуться моих губ.
Поняла это, и невольно потянулась навстречу, замирая в паре миллиметров от его лица.
Давид молчал. Его веки были припущены, а губы согревали меня мятой дыхания. А мне хотелось вдохнуть глубже. Но я не могла, потому что была взволнована этой краткой секундой близости гораздо больше чем, произошедшим в машине.