Пленник золотой любви
– Друзья! – Лиза вскочила с дивана, – Идите сюда! Я вас всех обниму. Няшечки мои, как я рада, что мы снова вместе! И вместе встретим Новый Год.
– Не зря издавна считается, что волшебное место само выбирает жителей. Кого принимает, кого прогоняет, – медленно прогудел Даппо.
“А кого убивает”, – мысленно произнес я, заметив, что Сэнсэй опустил продолжение городской поговорки.
Охотнику Артуру повезло. Волочаровская земля его не приняла, но и не убила. Парень выздоровел и собирался после новогодних каникул вернуться в Москву.
Проводив гостей, Лиза принесла мне: чистому, причесанному и уютно расположившемуся в теплом халате на мягком диване Венецианской гостиной, свежий номер “Волочаровского Вестника”. Многообещающе положив мне руку на плечо, Лиза открыла поздравление редакции, стилизованное под старинную открытку – творение Егора. Не иначе я послужил источником вдохновения для друга-журналиста.
Много у меня стало друзей… Местный мафиози – и тот случайно затесался в их число.
На открытке ангелочки переводили стрелки часов, а под ними господин и дама в нарядах моей эпохи чокались бокалами. В левом углу возле наряженной елки увлеченно читал газету Дед Мороз.
Лиза прочитала вслух стихи:
– Дружный коллектив газеты
С Новым Годом вас поздравит,
Наши теплые приветы
Почтальоны в дом доставят.
Вы найдете на страницах
Радости, добра букет
И приветливые лица –
Улыбнитесь им в ответ.
Все равны пред Новым Годом –
Депутат и водовоз.
Правит в эту ночь народом
Старый добрый Дед Мороз.
Щедро он одарит счастьем,
Мешок денег принесет.
Он прогонит прочь ненастье,
Запорошит гололед.
Движутся к вершине стрелки,
Грянул праздничный салют.
Перепуганные белки
В парке по ветвям снуют.
Белым кружевом искрится
Елок праздничный наряд.
Фейерверки, как жар-птицы,
К ватным облакам летят.
Люди хлопают шампанским,
В небе ангелы летают –
С Новым Годом, с Новым Счастьем
От души вас поздравляют!
– Жаль, что в небе над Волочаровском летают не только ангелы, – задумчиво произнесла Лиза.
– Ты о Шенигле? – догадался я.
– О ней. Ее невозможно убить, а значит, она будет и дальше нас преследовать.
– Не бойся Адской Птицы. Зловредная тарахтелка имеет власть над личностями с неустойчивой психикой или над прожженными негодяями. Она там, где склоки и сплетни, где раздор и неправедный гнев – так говорила о ней ее добродетельная сестра Бажена. Мы с тобой, лапушка, достаточно сильны духом для того, чтобы противостоять ее козням.
– Предложение Шениглы сделать меня королевой вампиров было заманчивым. Я едва на него не купилась, – призналась Лиза, устроившись на диване рядом со мной. – Ты раскрыл мне глаза… Даже одичавших собак и кошек не всегда можно перевоспитать, отучить кусаться… А вампиры....
– Рад, что произвел на тебя благоприятное впечатление, – не смог удержать язык за зубами. – Иногда пугаю, по неосмотрительности, знаменитых гонщиков и рестораторов, но в целом, я вполне домашний.
– Там, на башне, я сравнила тебя с другими вампирами и поняла, что не смогу их всех контролировать. Если бы я согласилась принять их в Волочаровске, случилась бы настоящая катастрофа. Ты знаешь, я не только на словах ратую за чистоту, благоустройство, безопасность. Те вампиры привыкли убивать людей. Я чувствовала, как они охотились. Это было ужасно… Тиша, сегодня я окончательно поняла, что люблю Волочаровск, его жителей. Приветливые лица, о которых пишет Егор, они рядом, просто я раньше их не замечала. Знаешь, в следующем году я буду помогать администрации обустраивать детский парк развлечений. А у тебя есть новогодние планы?
– Пожалуй, найдется один… Лизонька, я много думал о нас, и решил жениться на тебе в следующем году. Скажи, ты согласна стать законной женой вредного, прожорливого и ужасно ворчливого старикашки?
Я заключил ее в объятия и внимательно обнюхал, будто желая удостовериться в том, что кроме меня ее никто не смеет обнимать и целовать – ни из людей, ни из вампиров.
– Так и быть, я рискну, – улыбнувшись, ответила Лиза.
– Мы испросим у Ивана Смолина благословения на брак, – я спешил продолжить важную речь, боясь передумать на полуслове. – Сдается мне, командир охотничков не станет возражать против нашего союза.
– Думаю, мне будет нетрудно его убедить, – приятно взволнованная Лиза пересела на журнальный стол.
– Готовься, любимая женушка, к большому погрому в усадьбе. Наши маленькие непоседы будут лазать по деревьям и крышам, прыгать со шкафа на комод, качаться на люстрах, ездить верхом на Кампае. Они разобьют не один десяток антикварных статуэток и ваз, погрызут роскошную итальянскую мебель. Знаешь, Лизонька, в два года от роду я еще не был вампиром, но заметно подточил деревянную спинку кроватки. У моих отпрысков зубки будут покрепче. А уж когда сила начнет просыпаться в них сверхчеловеческая – берегитесь, украшения интерьера!
– Я проконсультируюсь с Иваном Хельсингом насчет воспитания гибридных детей, – серьезно призадумалась Лиза.
– Умный совет лишним не будет, – смягчительно поддакнул я. – Только вообрази, лапонька, милых щекастых ангелочков со светлыми глазами. Уверен, из них вырастут красивые и умные сотрудники Отдела или чиновники администрации, или продолжатели семейного бизнеса. Это уж куда их мечта заведет и родительская забота определит.
– У нас будут классные дети, – на Лизу не подействовали мои страшилки.
– Посмотрим новости? – предложил я, – Надо узнать, что творится в любимом Волочаровске.
Лиза включила местный канал.
“Ситуация в городе стабилизируется, – отрапортовала рыжая дикторша. – Импульсный отпугиватель вампиров, новейшее изобретение ведущих ученых ИНАЯ, доказал свою высокую эффективность. Вампиры покинули Волочаровск. При этом по свидетельствам очевидцев, они вели себя очень странно, а именно – подгрызали осиновые деревья подобно бобрам. Студент Петр Бибиков сумел заснять на мобильный телефон, как вампир грызет осину. Предлагаем вашему вниманию эксклюзивный видеоролик”.
– Импульсный отпугиватель! Вот как они меня назвали! – не досмотрев занятное видео до конца, Лиза переключила канал. На первом шла детская комедия.
– Твой редчайший дар нужно хранить в секрете.
– Скоро профессор Бричкин получит грант на свое изобретение. Ладно, фиг с ним. Расскажи мне еще что-нибудь хорошее, новогоднее.