Стигма ворона 2
— Судя по всему, Хэн здорово набрался и куда-то свалил с бурдюком можжевеловой.
Крыс облегченно фыркнул.
— Пффф, так это не у нас, это у него проблема.
— Но решать-то ее нам! — еще сильней нахмурился Эш. — Не думаю, что здесь ласково обойдутся с чужаком, который с перепою буянить начнет.
Ларс подошел к Эшу и с прищуром негромко проговорил.
— Послушай, дингир. А зачем тебе вообще что-то решать за человека, у которого вместо головы — бурдюк с можжевеловой? Проку от него никакого, только траты одни. Жрет за троих, пьет за твой счет и хлопот доставляет…
— Роскошно, — скривил губы парень. — Жил-был дингир, и было у него два спутника. Один — с бурдюком вместо головы, а другой — с кошельком вместо совести. Ты не забыл? Вообще-то благодаря Хэну мы с тобой сейчас живы.
Крыс усмехнулся.
— И что теперь? Будешь до старости его из питейных выковыривать только за то, что у него из кармана в нужный момент ножик упал? Пойми ты: он подвел тебя сегодня — подведет и завтра. И послезавтра тоже, если представится такая возможность. И если сейчас это просто неприятность, то завтра его пьянство может стоить тебе головы. Поэтому самое правильное…
— Иди в задницу, — оборвал его Эш, разозлившись.
Ларс выругался.
— Да я-то пойду, но как ты собираешься своего дурака из-под ножа вытаскивать?.. Драку развяжешь?..
— А зачем сразу драку? — проговорил Эш, обернувшись на караульных у ворот. — В конце концов, в лужу-то сели не только мы.
Решительным шагом он подошел к охотникам и, глядя им в лицо честными глазами, сказал:
— Мы потеряли нашего третьего.
— Как это!? Что значит «мы потеряли»?.. — угрожающе прохрипел один из наблюдателей, в то время как второй, слегка побледнев, принялся энергично крутить головой во все стороны, пытаясь отыскать в толпе пропажу.
Эш только плечами пожал.
— Да какой-то ваш местный пьяница сманил нашего пропойцу распить на двоих бурдюк можжевеловой, — беззастенчиво приврал он для убедительности, даже глазом не моргнув. — Вы-то не видели, куда они двинулись? Ну, здоровяк наш, полуголый и с бородой…
Охотники занервничали.
— Пойду-ка я поищу, — проговорил тот, который активно крутил головой.
— Я тебе пойду, — многозначительно осадил его хмурый напарник, и покосился на Ларса у коновязи. — А пьяница-то местный — он какой? Случайно не безрукий старик с ожогом на пол-лица?..
— Понятия не имею, я такие подробности не спрашивал. — пожал плечами Эш, и с самым невинным видом добавил: — Наверное, надо бы главе сообщить? Пусть другие поищут. Стыдно, конечно, что мы проблемы доставляем, но не ссориться же нам из-за пары хмельных дурней? Нам бы только своего забрать да поехать…
Охотники замялись, переглядываясь. Судя по всему, докладывать своему главе о том, что упустили человека, им не хотелось.
— Иди сам забери, только по-быстрому, — предложил хмурый. — У нас глава недавно пятерых чужаков в лагерь принял, и еще мало кто знает, как именно они выглядят. А меченый тут пускай остается и не дергается.
— Можешь не сомневаться! — отозвался Ларс, лениво вытягивая ноги. — Я даже зад от этой бочки не оторву…
— Ты это, сбегай по улице направо, воон туда, — указал направление рукой второй охотник. — Там дом будет с синей дверью и сломанным забором. Скорее всего, ваш человек где-то там. У тебя есть четверть часа. Если вовремя не вернешься, вас обоих уже глава со своими бойцами искать будет.
— Понял, спасибо, — с благодарной улыбкой отозвался Эш. — Я шустро.
— А ты потом вломи своему здоровяку хорошенько, чтоб больше неповадно было! — крикнул Ларсу хмурый.
— А пацан-то с ним вообще справится?.. — усомнился вдруг второй, разглядывая Эша.
— Не сомневайся, — хмыкнул Ларс. — Он посильнее, чем ты думаешь…
Эш с упреком зыркнул на стигматика и, дружелюбно махнув рукой охотникам, поспешил по указанной улице.
Вот только никаких гарантий, что Хэн в доме с синей дверью, у Эша не было. Ведь про местного пьяницу он сболтнул просто так, для убедительности. С другой стороны, проверить все равно стоило, ведь все городские пьяницы друг другу — как земляки в чужом краю.
Но если везение вдруг откажет ему, придется искать Хэна с помощью стигмы. Эх, не попалиться бы…
И тут Эш услышал громкий голос кузнеца.
— … Да не бывает такого!..
— Что значит не бывает?! — возразил ему другой пьяный голос.
— Да потому что только акады так могут! Или хозяин места!..
— Потому что ты — дурак и людоед! Во! Понял? Вы все, мать вашу, людоеды!.. А я срать хотел на ваши акады, и ваших хозяев! Понял?.. Мы всю эту срань… — собеседник Хэна натужно закашлялся и уже тише добавил:
— Дай еще выпить…
Дальше спор продолжался уже гораздо тише. Эш пошел на звуки голосов, и вскоре увидел неподалеку от дороги, под большой раскидистой вишней, Хэна с бурдюком в руках и сухого старика с изуродованным лицом, одетого в кожаные штаны и простую рубаху с заткнутыми за поясной ремень пустыми рукавами. А в двух шагах от них, раскачиваясь на четвереньках, стоял третий, которому выпитого уже было слишком много и он явно готовился с минуты на минуту показать солнцу содержимое своего желудка.
Эш поспешил к ним.
— … а у нас — истинный зиккурат, а не эти ваши навозные кучи!.. — выкрикнул кузнецу в лицо старик.
— Ты что сказал?! — взревел разъяренный гигант, в исступлении хватая щуплого старика за горло. Тот весь покраснел, захрипел, забившись в его руке. Пьяный приятель безрукого не вмешивался — его наконец-то вывернуло, и сейчас бедняге не было дела, живой старик или помер.
Но двум молодым женщинам с мечами у пояса, проходящим мимо, дело до этого было.
Переглянувшись, они бросились к кузнецу, умелым рывком обнажив оружие.
— Хэн, оставь его! — с нескрываемой яростью в голосе крикнул Эш, рванув на выручку.
Здоровяк повернул к парню свое злое, распаленное пьяным спором лицо, и, будто опомнившись, растерянно разжал руку. Старик, шумно хватая ртом воздух, не удержался на ногах и упал в траву.
— Мерзкий чужак! — выкрикнула одна из женщин, подскочив к Хэну с мечом в руках.
Но тут между ней и кузнецом встрял Эш.
— Пожалуйста, опусти оружие!..
— Пьяная свинья! Он ответит перед главой за то, что сделал! Обидеть безрукого воина может только последняя сволочь!.. — возмущалась та, но ее подруга, которая была старше и суровей лицом, уже прятала меч в ножны.
— Вы пойдете с нами, — заявила она. — Не успели вас пустить в лагерь, как вы взялись за свои порядки, от которых отреклись!..