Черное Солнце

– Солнцестояние, говоришь? – спросил дядя. – Возвращаешься на солнцестояние?
– Точно, – согласился Серапио.
– Похоже, в этом году будет тихо, – сказал Заш.
– Обычно в Товаше полно туристов, – добавил Тиоде, – и за то, чтобы получить место на барже, приходится побороться, так что для тех, кто поднимается по реке, мы обычно ставим тариф по высшему уровню. А в этом году вас только двое.
Ксиала согласилась:
– Айше рассказала мне о смерти матроны Черных Ворон и о беспорядках, после которых город закрыт.
Серапио склонил голову набок.
– В смысле?
– Начальник порта сказала то же самое, – призналась она. – Я хотела тебе сказать.
– Попасть в город будет сложно?
Дядя подал плечами:
– Мы не узнаем этого, пока не доберемся туда, но думаю, для нас это не будет проблемой. То, что мы – Созданные Небесами, достаточно для того, чтобы открыть несколько дверей, если понадобится, – он подмигнул Ксиале, которая слабо улыбнулась в ответ. Она все еще не доверяла этому человеку.
– Айше еще говорила что-то о культистах, – демонстративно сказала она. – Сказала, ты можешь рассказать нам больше.
Мужчина коротко глянул на Серапио:
– Ага, думаю, Серапио знает о них все.
И снова этот голодный взгляд.
Ксиала сидела рядом с Серапио, так что она откинулась назад, чтобы видеть его и при этом не сводить глаз с дяди.
– Он не будет вдаваться в подробности, – сказала она. – Возможно, вы могли бы рассказать мне больше.
Серапио встал – скамейка заскрежетала по полу, когда он отодвинул ее, – и все вздрогнули.
– Если вы не возражаете, я пойду отдохну.
Дядя тоже встал.
– Конечно. Если мы можем хоть как-то сделать ваше путешествие более приятным…
– В этом нет необходимости. Главное, чтобы мы были в Тове до солнцестояния.
Айше похлопала Ксиалу по руке.
– На барже почти нечего делать, кроме как разговаривать друг с другом и пить, но у нас есть кое-какие игры. Ты играешь в азартные игры?
– А еще есть рыбалка, – добавил Заш. – Нет ничего более успокаивающего, чем сидеть и смотреть, как мир проплывает мимо.
– Под дождем? – всхлипнул Тиоде.
– Сядь под навесом, болван.
– Я бы не отказалась сыграть пару партий, – сказала Ксиала. – Отыграть наши дорожные расходы.
– Хо! – рассмеялся Заш. – Думаешь, ты хорошо играешь?
– В кости?
– В патол, – сказал он. – Ты же знаешь, мы придумали его. Это официальная игра Товы.
– Что ж, позвольте мне обыграть вас в вашей официальной игре, – с улыбкой сказала она.
От ее слов все рассмеялись, а Тиоде бросился за доской и костями.
Серапио уже собрался уходить, и Ксиала положила руку ему на плечо.
– Ты в порядке? – спросила она. – Ничего, если я останусь и поиграю?
– Конечно. Я просто собираюсь отдохнуть. Буду в соседней комнате.
Ей хотелось сказать ему так много, но рядом были посторонние, и потому она сжала губы. И ограничилась простым:
– Я приду позже.
А потом Тиоде вернулся с игрой, и они принялись расставлять доску, выкрикивая правила и ставки. Ксиалу охватил общий азарт и радость, и к тому времени, как она наконец выбрала фигуру, дядя и Серапио уже ушли.
* * *
На закате Ксиала, спотыкаясь, вошла в общую комнату и обнаружила Серапио, сидящего на кровати, на которой они спали прошлой ночью, с ножом в руке. Она бросила пригоршню какао на стол посреди комнаты и, торжествующе улыбаясь, опустилась на ближайшую скамью.
Серапио поднял голову.
– Ты выиграла?
– Отыграла свою долю и еще чуть-чуть, – объявила она. – А еще получила одежду, которая была пошита не на мальчика-подростка. – Она потеребила малиновую бахрому, шедшую по подолу ее новой белой рубашки. – Никогда не играй с моряком на удачу. Нам всегда везет.
– Келло бы с этим не согласился, – сказал он.
Она помрачнела, хорошее настроение мгновенно испортилось от этой мысли. Когда они сели играть, Заш открыл бочку бальше, и она напилась вместе со всеми. Пожалуй, это были лучшие часы за прошедший месяц, и на какое-то время она забыла обо всех испытаниях, выпавших на их долю в море Полумесяца.
Она вздохнула и оперлась спиной на стол, пригладив ладонью волосы.
– Что ты там делаешь?
Серапио поднял руки, показывая ей.
– Вырезаю.
Она скептически заломила бровь:
– Режешь по дереву?
Он кивнул.
– Еще один талант. Сперва бой, теперь – резьба по дереву. Кто ты вообще такой? – Она хотела сказать это легкомысленно, пошутить, но вышло грубо.
– Я научился этому еще подростком, – сказал он. – Я был трудным ребенком – заблудившимся в своем собственном мирке и, надо признать, весьма рассеянным. У меня был наставник, обучавший меня дисциплине с помощью резьбы по дереву. – Он сжал губы, словно задумавшись о чем-то на мгновение. – Он не был добрым человеком. Часто бил меня, чтобы научить терпеть боль. Но при этом он научил меня делать красивые вещи, работать руками. – И Серапио протянул ей на правой ладони свою поделку.
Ксиала осторожно взяла деревянную фигурку. Это была она. Ну, не совсем она, а скорее морское существо – женщина с рыбьим хвостом. Мастер подробно вырезал отдельные чешуйки и теперь рисовал резцом длинные волны волос – столь мелкие, что они, казалось, шевелятся.
– Как красиво, – прошептала она.
– Это тебе, – сказал он. – Как только я закончу.
– Почему ты ничего не вырезал на корабле? – с любопытством спросила она. – Мы столько дней провели в море – и ты не сделал ни одной.
– Не было дерева, – просто сказал он. Достаточно простой ответ. – Что ты думаешь о наших хозяевах?
Она коснулась незаконченной фигуркой колена Серапио, возвращая ее ему.
– Хорошие люди, – сказала она. – Симпатичные. Родственные. Хотя в своей заветной игре не так уж и хороши, – рассмеялась она, коснувшись ладонью выигрыша.
– Ты им веришь?
– Более или менее, – сказала она. – Дяде – чуть меньше. Он странно смотрит на тебя, Серапио. Как будто что-то от тебя хочет.
– Я знаю.
Она удивленно глянула на него.
– По материнской линии он Водомерка, поэтому он относится именно к этому клану, но он сказал мне, что его дед по отцовской линии был убит в Ночь Ножей. Он – Черная Ворона.
– То есть он член твоей семьи?