Испытание счастьем

Стас кивком головы велит мне идти за ним в кабинет. В том, что это именно приказ, нарушение которого не сулит ничего хорошего, я не сомневаюсь. И не могу не подчиниться. В глубине души я принимаю свою вину в нарушении срока. Ведь Стас поэтому злится?
Я отметаю любую возможность банальной ревности. Даже думать об этом не могу. Почему-то это слишком тревожит. Пугает, врезается в душу. Не может быть правдой.
Ведь три часа его времени — гораздо более серьёзно, чем мой безобидный флирт с коллегой. У Стаса нет причин думать иначе, даже если он слышал всё.
Пауза разрушается слишком внезапно. Перебивает поток мыслей, заставляет вернуться в непредсказуемую реальность.
— Я вызвался помочь во время твоего обеда, а не выполнять за тебя всю работу, — спокойно сообщает Стас, и я вздыхаю с облегчением.
Во-первых, он держит себя в руках. Во-вторых, явно злится из-за потери времени, и только.
Вот только смотреть ему в глаза я почему-то не решаюсь.
Стоит объясниться, как-то оправдаться? Нет смысла. Я просто извинюсь и выслушаю всё, что Стас скажет. И будь что будет. Расторгнуть наше соглашение он не может — это не обговаривалось.
Я не успеваю подобрать нужные слова.
— Выставляешь меня дураком? — вдруг резко спрашивает Стас уже другой, грубоватой, интонацией.
Это заставляет меня всё-таки бросить на его взгляд. И я тут же понимаю: он знает, что был представлен боссу как мой жених. Видимо, догадался. Неважно, как. Главное: своим флиртом с другим я и впрямь поставила его в глупое положение.
— А тебе есть дело до их мнения? — вместо оправданий или признания вины вырывается у меня.
Ещё минуту назад я собиралась просить прощения, а теперь возражаю ему. И, самое странное, не жалею о своих словах. Хотя его резко потемневший взгляд всё-таки заставляет меня колебаться. Но лишь потому, что я опасаюсь реакции.
Я не знаю, чего от него ждать. Хорошо, что в кабинете только мы вдвоём. Только я не помню, чтобы запирала за собой дверь на замок. Да и закрыла ли вообще?
— Дело не в них, а в тебе.
Я не сразу сознаю смысл его слов. Некоторое время изумлённо смотрю на него, так внезапно и серьёзно нарушившего молчание. А потом, когда поняла, что имел в виду, отвожу взгляд.
Смотреть на Стаса, фактически признавшего, что для него имеет значение, как я к нему отношусь; становится вдруг невыносимо сложно. Только вот он продолжает глядеть на меня, практически в упор. Взглядом, с которым невозможно не считаться.
— Неужели ты ещё не поняла, что пользоваться мной и пытаться дурачить — не лучшая идея?
Какое насмешливое и обезоруживающее напоминание о встрече с моим бывшим… И последующем поцелуе-наказании. Охватившие тогда эмоции снова наваливаются на меня, сбивая с реальности. Не позволяют прийти в себя. В смятении я теряюсь с ответом. Смесь необъяснимых, но сильных чувств мешает мыслить трезво.
До тех пор, пока Стас вдруг не добавляет с безжалостной ухмылкой:
— Или тебе настолько понравилось?
Будто холодной водой обдали. Резкое возвращение в реальность. А его взгляд такой обжигающий, что душно.
Лёд и пламя в действии. С меня хватит.
— Мне пора вернуться к работе, — отчётливо говорю я, отчаянно желая провалиться сквозь землю. Испариться. Исчезнуть. Что угодно, лишь бы подальше от этого сулящего бурю взгляда.
Бурю, которая закрутит меня в себя. Безвозвратно. Ясно чувствую это.
Шаг влево — попытка вернуться к рабочему столу. Стас не позволяет.
— Мне пора взяться за работу, — ещё раз говорю я, стараясь звучать как можно увереннее.
Неожиданное прикосновение к моей руке лучше любых слов даёт понять, что я так просто не отделаюсь. Вздрагиваю, невольно поднимая взгляд на Стаса.
Теперь он смотрит иначе. Невозможно не заметить эту перемену. Сейчас в его глазах ни намёка на произошедшее. Будто всей этой ситуации и не было. Но только мне от этого ничуть не легче.
Боже, я ведь нравлюсь ему! Действительно, это так. Я знаю наверняка. Вижу. Как и то, что Стас больше не собирается скрывать это. И отпускать меня не собирается… Не сейчас.
Я перестаю дышать. Кожа предательски горит. Я уверена, что если вдруг не краснею, то уж точно выдаю волнение в лице. Но и отвести взгляд не могу. Словно чёртов гипноз. Какое-то непобедимое наваждение. И в голове — наш поцелуй.
Ощущения от этого воспоминания настолько сильны, что я теряю связь с реальностью. Не понимаю, в какой момент Стас на самом деле поцеловал меня.
У меня нет ни времени, ни возможности сориентироваться и осознать, что происходит. Разобраться, как реагировать. Разум практически сразу теряется за ощущениями, в которые меня окунают резко и без предупреждения. В голове туман, мысли путаются. Я всегда считала, что поцелуи — слишком личное. Но до этого момента, наверное, толком не сознавала истинный смысл своего утверждения.
Внутри что-то переворачивается, и это слишком мощное и захватывающее чувство. Взаимодействие тел, губ, языков порождает какую-то иную, куда более близкую и интимную связь. Прочно окутывающую, покровительствующую настолько, что даже при желании невозможно отделаться. А ведь я совершенно не готова к такому.
Но это и не имеет значения. Я слишком теряюсь в происходящем, чтобы решиться на какие-то действия. Развязный поцелуй, горячий язык, который то проникает, то ускользает… Я одновременно хочу и лишить Стаса этой странной власти надо мной, и продолжать, не останавливаясь. Но в итоге, чувствуя всё более согревающее расслабление, я лишь стою, цепляясь за Стаса. Не сопротивляюсь, но не отвечаю.
Его руки скользят по моему телу, а поцелуи тем временем переключаются на шею. Это сразу отдаёт в моей голове сигналом опасности. Одна из моих самых чувствительных зон. Что если я окончательно потеряю контроль?
Только не с ним. И, чёрт возьми, не здесь!
— Мы на работе, — нервно проговариваю я, когда понимание действительности становится пугающим.
Стас не отвечает, но и не отпускает. Слегка отстраняется, но продолжает держать меня в руках. А моё сердце бьётся так учащённо, что он наверняка это чувствует. Несколько пуговиц на моей рубашке уже расстёгнуты — я осознаю это, когда проследила за его горящим взглядом.
— Работа, — тише, но настойчивее напоминаю я.
И Стас тут же накрывает мои губы своими в новом, ещё более требовательном и даже собственническом поцелуе.
— Мне всё равно, — чуть позже раздаётся горячим шёпотом по моей шее его уверенный голос.
В подтверждение этим словам, Стас притягивает меня к себе максимально близко, сжимая талию. А его губы скользят по особенно чувствительной сейчас коже, вызывая мурашки.
Я уже мало что понимаю. Где-то в подсознании продолжаю бороться, чтобы ухватиться за реальность, но тело обессилено сдаётся. Видимо, Стас улавливает это. Его руки перемещаются мне на бёдра, прижимая к себе насколько возможно. И я нервно выдыхаю что-то ему в губы. Сама даже не понимаю, что. Получился бессвязный набор звуков.